Прости за мою любовь

44

Днем мы с Морозовым почти не пересекаемся. Сталкиваемся только на обеде опять в столовой. Переглядываемся во время еды и опять расходимся в разные стороны. Надеюсь, вечером мы сможем побыть наедине и поговорить. От предвкушения у меня пропадает аппетит.

Наш отряд сегодня разделяется. Девочки с Морозовым, мальчики со мной. Мне в копании парней уютно, они меня слушаются, мерзко не хихикают и ведут себя почти адекватно. Благодаря слаженности мы выигрываем три испытания подряд. Грязные, усталые, но довольные после трудного очередного дня мы с ребятами заваливаемся в здание шумной компанией.

— Пока второй и первый отряд не вернулись, предлагаю вам посетить вам, — говорю своим подопечным перед тем, как они разбредутся по комнатам.

— Совместный? — ухмыляется Коля, светловолосый парень из моего отряда. Я пару раз ловила на себе его заинтересованный взгляд. Если судить по анкете, ему только исполнилось восемнадцать, на щеках еще не прошли подростковые прыщи, гормоны, видимо, бьют в голову, напрочь отбив мозг.

— Совместный с другими парнями, — киваю я на смеющихся ребят.

— Ну так неинтересно, мы хотели бы совместный с девчонками или с тобой, — не унимается Коля.

Закатываю глаза от столь явной наглости. В мечтах, мальчик, в мечтах. Неожиданно передо мной вырастает высокая гора.

— Гуляй давай, Николай, — оттесняет парня рыжий Егор, — будешь себя так вести, с девчонками душ принимать будешь только во сне.

— Себе приглядел нашу Дашу? — хмыкает Коля перед тем, как свалить в закат вместе с остальными парнями из моего отряда.

Вот сейчас мне не хватает Кирилла. Днем все было нормально, какая муха укусила ребят к вечеру? Или у них от усталости переклинило мозги? Девушек не хватает?

— Чушь не неси, — рявкает в затылок удаляющемуся Коле Егор, тот в ответ выкидывает руку и демонстрирует нам средний палец.

Как мило.

Устало тру лоб. Интересно, как Морозов справился с девчонками? Атаковали флиртом, пуская в ход свои феромоны? Настя, наверное, была рада провести день с Кириллом без моей компании. Можно предупредить девушку о наличии бывшей на территории, хотя зачем упрощать кому-то задачу. Ну вот, я тоже иногда бываю недоброй.

Делаю шаг в сторону своей комнаты, но понимаю, что рядом все еще стоит Егор.

— Ты что-то хотел? — спрашиваю удивленно.

Мне он нравится, несмотря на то, что все в лагере на него глазеют и просят сфотографироваться при любом удобном случае, ведет парень себя нормально. Не зазнается из-за своей популярности. Смешно шутит, выполняет задания и сегодня после испытаний выглядит самым грязным. Вот кому не мешало бы сходить в душ первым и переодеться.

— Ты не видела мою толстовку?

Хлопаю глазами.

— У тебя тоже украли одежду?

Я бы так сильно не удивлялась, если бы днем ранее не украли мою собственную. Все-таки Егор какая-никакая знаменитость. Кто-то мог захотеть забрать себе его вещь, пусть и ношеную.

— Украли? — Брови Егора резко поднимаются. — Тоже? Иванова страдает клептоманией?

— Иванова? Причем тут Маша?

— Я ей одолжил толстовку вчера, дойти до комнаты. Она пролила на себя колу. Платье на ней такое было, что и в сухое виде ничего не скрывает, что уж говорить о мокром.

Егор хрипло смеется, а я судорожно пытаюсь сопоставить факты, которыми владею. Маша и Егор или Маша и Леша? Где ночевала Иванова и с кем? Она же не совсем дура, чтобы начать крутить с двумя парнями роман в столь закрытом пространстве? И все же видели ее утренний поцелуй с Кузнецовым, или не все?

— А-а-а, — только и могу выдать я.

— Скажи ей, чтобы занесла мне, если больше не нужна. Вы ведь в одной комнате живете?

— Да, конечно, я ей все передам.

В комнате Маши не оказывается, на телефон она тоже не отвечает. Желтая толстовка Егора небрежным комком брошена на ее кровати. Я решаю, что если парень за ней зайдет, то непременно верну, а уже потом поговорю с Машей. Мне кажется, у подруги от меня стало слишком много секретов. Может быть, она обижается на мой отъезд и решила отдалиться?

Не было ни дня, чтобы я не думала о предстоящем академе и переезде в Германию. Почему именно сейчас Морозов решил сблизиться, ведь даже если у нас что-то получится за пределами этого лагеря (мысленно душу прорывающийся в душе марш Мендельсона), то дольше двух-трех месяцев, пока я еще в городе, у нас нет будущего. Он после университета собирается на год в армию, я после новогодних праздников не планирую возвращаться домой. Меня простреливает колкая боль в области сердца. Зато рядом с ним здесь как всегда останется Нелля. Вместо меня будет рядом. Придет на помощь по первому зову, если надо, то и утешит после моего отъезда.

Что же мне делать? Я еще не настолько уверена в его искренности и чувствах, чтобы предпринимать что-то самой. Знаю только одно: первый шаг ни за что не сделаю. Хватит с меня этих шагов навстречу Морозову, от которых он лишь убегал. Во мне живут разные червячки сомнения, которые грызут изнутри вперемешку с моими комплексами. Как трудно быть безответно влюбленной девушкой, у которой появилась надежда.

После ужина я говорю с мамой и Олегом по видеосвязи, они довольны квартирой, которую получилось снять, показывают ее мне со всех сторон. Я вяло улыбаюсь, не переставая радоваться за них и бороться со своими сомнениями ни на минуту. После звонка хочется поговорить с Машей, но ее в комнате опять нет, и я понимаю, что после завтрака ее так и не видела. Толстовка Егора исчезла.