Простите, магистр! Я больше не буду...

Глава 8

Глава 8

Я мерила шагами комнату, не решаясь отойти далеко от окна, в ожидании дракончика. Что-то Феня не торопился возвращаться. Усилием воли не позволяла рукам тянуться ко рту, а так и хотелось начать грызть ногти.

Неожиданно в дверь постучали.

– Кто там? – спросила я, подпрыгнув на месте от испуга.

Вильгельм не будет стучать, а никого другого я не жду.

– Милая, ты хорошо себя чувствуешь? – послышался из-за двери голос Эллы.

Я не успела ответить, явился Феофан с порога, то есть от окна, начал свой доклад:

– Можете не искать вашего эльфа, – довольно громко произнес он, – сдох он.

– Кто там у тебя? – удивилась бдительная орчанка.

Сделала страшные глаза в сторону подоконника, на котором, как я думала, сидит дракончик, призывая друга к тишине, и поспешила открыть дверь.

– Никого нет, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно правдивее, – у меня окно открыто, кто-то на улице громко разговаривает. Как раз хотела вас попросить, чтобы не шумели постояльцы. У меня голова болит, хотела поспать.

Хозяйка протянула мне поднос, на котором стояла красивая чашечка с ароматным чаем и в блюдечке лежал кусочек вишневого пирога.

– Принесла тебе перекусить, – оповестили меня, – а то ты такая худенькая! Совсем сил не будет. Теперь тебе нужно хорошо питаться. За двоих.

Вильгельм! Кошак такой. Я тебе это еще припомню!

– Благодарю вас, тетушка Элла, – мило улыбнулась ей, беря поднос из рук, раздумывая, как бы ее поскорее выпроводить из номера.

Орчанка уходить не торопилась. Она прошла в комнату, приблизилась к окну, выглянула в него.

– Никого нет, – пожала она плечами, – ну ничего, деточка, если еще раз кто-то побеспокоит, ты сразу мне скажи, я вмиг их приструню!

– Обязательно! – пообещала я.

Может следует снова применить на нее ментальное воздействие? Но не пришлось. Она сама озвучила повод, по которому ей лучше поскорее уйти.

– Может кто-то приехал? Пойду, посмотрю, встречу гостей. Заодно скажу всем, чтобы не шумели!

Добрая женщина ушла, оставив меня с легким чувством вины за свою ложь, но я тут же вспомнила, что Феня принес «потрясающие» новости и повернулась к нему, снимая с него чары невидимости, чтобы было легче воспринимать информацию, а также вернула «фамильяру» его привычный размер.

– Рассказывай! – приказала я и вся превратилась в слух.

Однако Феофан решил повредничать. Он медленно уселся поудобнее, расправил одно крыло, посмотрел на него на свет из окна, потом второе. Потянулся, совсем по-кошачьи выгнул спину, зевнул…

– Хватит! – вспылила я. – Рассказывай немедленно!

– А я пытался, – лениво ответил Феня, разглядывая свои когти на передних лапах, – ты меня заткнула и разговаривала с этой орчанкой.

Ах, вот в чем дело! Кажется, кое-кто ревнует?

– А надо было ей рассказать, что у меня тут прилетел несанкционированный дракон, о котором многие думают, что он мой фамильяр, а на самом деле нет?

– Чего ты сразу психуешь? – не понял тот самый дракон.

– А чего ты вредничаешь? – не уступила я.

– Уже и поговорить нельзя, – обиделся дракончик, но немного подумав, все же начал свой рассказ.

Мои самые страшные опасения подтвердились. Эльфийский посол был мертв, причем довольно давно. Его убили почти сразу после его отъезда из дома, но есть вероятность, что он погиб еще раньше, но об этом не хочется думать… Так вот, его убили и подняли. От этой мысли кровь стыла в жилах. Подняли не в качестве умертвия или зомби, его пытались «вернуть», только сделать это может не каждый некромант, а в том, что это дело рук некромантов, у меня не было сомнений.

– Плохо дело, – сказала я.

– Плохо, – вторил мне Феня.

– Надо все рассказать Вильгельму!

– Ну, расскажи, – меланхолично ответил дракоша, – только тогда тебе придется рассказать ему, откуда у тебя такие познания в магии некромантов.

Я скривилась. Вот эту информацию я точно никому говорить не собиралась. Но что-то нужно же сделать!

– За дохлого эльфа вся империя получит по ушам, – задумчиво произнес Феофан.

– Сама знаю, – вздохнула я.

Нас для этого и отправили с Вильгельмом, чтобы мы все выяснили и не позволили разразиться новой войне.

– Мы должны поговорить с Вилом, – приняла я решение.

– Ты уверена? – сверкнул глазами янтарного цвета приятель.

– У меня нет выбора…

– Ох, Тани, доведешь себя до инквизиции.

– Я постараюсь все ему рассказать так, чтобы не выдать нас с тобой.

Феня встрепенулся, от возмущения даже в размерах увеличился на миг. Я испугалась, что он внезапно примет свою истинную форму и разнесет всю таверну, но он быстро одумался и уменьшился.

– В чем ты нас можешь выдать? – выпустил струйку дыма дракоша. – Я дракон! Древнейшее существо. Истинный дракон. Не призванный дух, не поднятое умертвие. Я живой! Я настоящий!

– Конечно живой! – поспешила я заверить друга. – Не нервничай. Но нельзя, чтобы о причине твоей жизни кто-то узнал. Я это имела ввиду! Для всех ты мой фамильяр. Пусть так и будет, пока мы не уедем из дворца и пока я не закончу академию.

– У меня другой вопрос, – многозначительно произнес Феофан, – куда делся эльф? Вернее, его труп.

– Для того, чтобы это выяснить, нас сюда и прислали, – вздохнула я. – Нет, Феня, я должна все рассказать Вилу. Магистр Стайракс должен быть в курсе.

– Тогда рассказывай, – сдался дракончик, – только потом не говори, что я тебя не предупреждал.

Я снова наложила чары невидимости на Феню. Он вылетел в окно, чтобы не вызывать подозрений, только после этого прикоснулась к «обручальному» кольцу для вызова на связь своего напарника.

– Вильгельм, – проговорила я, активировав артефакт, – нам срочно нужно поговорить!

– Тани, – через время откликнулся оборотень, – я сейчас не могу…

Голос его звучал как-то странно, будто он был на грани трансформации и куда-то бежал.