Просто напиши. Сборник рассказов и миниатюр

Право убивать

Антиутопия
#лицензия_на_убийство


Лицемерие! Лицемерие кругом. Они думали, что так будет честно - дать право убивать, самому вершить суд над “неугодными”, творить правосудие. Зачем разбираться, если можно просто разрешить убивать. 

Да, я живу в мире, где есть Лицензия на убийство. Когда человеку исполнится двадцать, он делает свой выбор, называет число – количество жизней, которые он готов отнять. 

Но у любой медали две стороны: завтра ты перейдешь кому-нибудь дорогу, и тебя застрелят. 

Через неделю мне исполнится двадцать, и я не могу, физически не могу убивать, претит сама мысль. Я ненавижу этот мир, погрязший в лицемерии и страхе, где правит безнаказанность и жестокость. 

У меня есть подруга, символично, что мы подружились на курсах стрельбы в десятилетнем возрасте, и только потом я узнал, что она дочь главы города. Говорят, что яблоко от яблони недалеко падает, но Рокси укатилась далеко от своего жестокого отца-деспота – добрая, гуманная, от неё я заразился аллергией на убийства. 

*** 
– Рокси, мне завтра двадцать, я стану чьей-то мишенью, и потенциальным убийцей. Рокс, я не хочу жить в этом мире, – даже мысль о выборе приводит меня в отчаяние. 

– Как хорошо, что я старше тебя на целый год, – она смеется, но сочувствующий взгляд выдаёт её с потрохами: она тоже боится. – До встречи послезавтра! 

Мы видимся с ней трижды в неделю – лишь короткие десять минут перед стрельбой и после, потом охрана забирает её и везет под конвоем домой. 

Как Рокси будет смотреть на меня после выбора? Рокси, прости – дурная идея засела мне в голову, надеюсь, ты меня простишь, я попробую всё изменить. 

В день рождения они пришли, и я сказал цифру, холодно, равнодушно, подтвердив официально. Теперь я могу убить одного человека. 

*** 
– Привет, убийца! – Рокси как всегда улыбается и не упустит случая подколоть меня перед стрельбой. 

– Тебе осталось жить ровно год, – в горле ком, глаза щиплет, но я улыбаюсь. 

На стрельбище я не целюсь, сердце колотится от волнения, ладони потеют, а мысли разбегаются, и последнюю обойму я оставляю в пистолете. 

Как всегда после тренировки мы подходим сдать оружие и наушники. Рокси оценивает мою мишень: 

– Декстер, ты сегодня явно не в форме, – она передаёт своё оружие тренеру, поворачивается ко мне и перестаёт улыбаться. 

– Рокс, прости! – я направляю на неё пистолет. – Иди сюда. 

– Мне не нравится твоя шутка, – она явно боится. 

Я обхватываю и крепко прижимаю её спиной к себе, к виску девушки приставляю дуло. 

– Декс, ты чего?! Ты не можешь меня убить, мне нет двадцати, – голос срывается, она не сопротивляется, но пытается меня уговорить. – Ты ведь не убийца, я знаю! 

Нас окружают её телохранители, семь дул пистолетов направлены на нас. 

– Ещё шаг и она умрет! Звоните её отцу, – я ещё крепче сжимаю Рокс, чувствую, как она дрожит. 


Папочка явно любит свою дочку: 
– Что тебе нужно? – уже через пять минут глава города стоит передо мной подняв руки. 

– Отмените, запретите лицензии! Убийство – это преступление, – я стараюсь говорить уверенно, но в горле сухо. 

– Давай обсудим это в спокойной обстановке, отпусти Рокси, – дипломатично выдает он. 

– Нет! Прямо сейчас! Сделайте заявление, объявите всем, что отменяете закон, никто не может отнимать жизни других! Никто! – я не замечаю слез на своих щеках, глаза щиплет. 

– Да ты спятил! Это разрушит всю систему, начнется анархия и все начнут убивать ещё больше! Ты идиот, лицензия ради твоей же безопасности! – рассердился глава. 

– Папа… – сломлено выдавила Рокси. – Пожалуйста. 

– Ладно, – соглашается он, но взгляд злой и решительный, так просто он не сдастся. 

Пока глава города делал поспешное официальное заявление, объявляющее запрет лицензии и убийств. Я по-прежнему крепко держал Рокс, рука затекла. 

Глава города выполнил мои требования, и я отпустил руку с пистолетом, выпустил Рокс, она быстро обернулась на меня, и по взгляду я понял, что она не злится. 

Я совершенно не представляю, что будет дальше, но я верю в людей, верю, что они не захотят больше убивать.

15.04.2018