Простодушны и доверчивы. Книга 1

Глава 15

Дождались светлого денёчка

Пройдя ещё три сектора туда-обратно, они с бабуленькой опять оказались в лесу: самом обычном. Ничего в нём особенного: ни мрачного, ни благостного. Шагов через двадцать вышли на огромную поляну, по пояс заросшую травой.

– Ну, вот и ваш дом, – анонсировала Шанель, махнув лапкой с Лёкиного плеча.

Она глянула в указанном направлении и ничего не увидела. Кроме небольшого холмика.

– Дождались светлого денёчка, – задумчиво протянула Лада Всеславна. – В землянках я ещё не живала. По каким только гарнизонам нас не мотало, везде был водопровод.

– В смысле? – не поняла внучка, пытаясь разглядеть их виллу, находящуюся за границей реальности. – Это что…

– Землянка, – подтвердила бабуленька и поплыла вперёд, разрезая волны травы малиновым пароходом.

Лёка поплелась за ней, прикидывая, как бы увильнуть от прополки сорняков. Если это и вправду землянка, и она заросла по самую крышу… Мамочки родные! Да она так на собственном огороде не пахала!

Однако всё обошлось. Подойдя к своей законной недвижимости, бабуленька достала оружие приставника, и вокруг моментально сдохли все заросли. Верней, испарились. Убрав уникальное средство прополки, Лада Всеславна оглядела осевший в землю сруб из почерневших рассохшихся брёвен. Во всяком случае, так показалось Лёке. Но, когда она вслед за бабулей протиснулась в низкий узкий дверной проём, поняла, что половина внутреннего помещения действительно выкопана в земле. С которой так же слизало всю траву.

И обнажило примитивный каменный очаг без трубы, над которым зияло в крыше отверстие.

– По-чёрному топили, – пояснила бабуленька и присела рядом с очагом: – Ну-с, посмотрим.

– Некогда тут рассиживаться, – проворчала игошка, привстав на плече. – Мимо сторожи-то мы проскочили, да, видать, наследили. Сей час явятся. Ты, матушка, очаг разжигай, да пока не справишься, от него не отходи. Поймешь, что край, домой ворочайся, на выручку не бросайся. Мы и без тебя управимся. Пошли, – сухо бросила она Лёке.

Она вскарабкалась к двери по бревну с вырубленными в нём ступенями – лествице, как назвала её бабуленька. Выбралась наружу и увидала старых знакомцев: великаны волоты. Вдвое выше её. С виду обычные перекаченные амбалы, только руки длинноваты. И рожи тупые – словно одним топором вырубленные – но вполне человеческие. Они объявились на опушке, куда Лёка рванула со всех ног. Чтобы принять бой, как можно дальше от землянки.

– Как тока в свой дом вошли приставники, – бубнила в ухо Шанель, – с него спало заклятье. Прежде-то в него никто не мог забраться и очаг разрушить. А теперь можно. Пока твоя бабушка там колдует, нельзя их до дома допускать. Ну, ты тут обороняйся, а я гляну, как там у ней дела.

– Обороняйся, – передразнила её Лёка, наблюдая, как на неё надвигаются шестеро волотов. – Хоть в штанах, и то ладно. А то любуйся на их причиндалы.

Вообще-то она здорово рассчитывала на свои волшебные стрелки. И запускала их в полёт одну за другой. Понимала, что с одного выстрела такого монстра можно и не уложить. Но твёрдо рассчитывала, что быстро затюкает их насмерть. Верней, дематериализует.

Однако великаны дематериализоваться не захотели. Стрелы прошивали их насквозь, а эти увальни, как топали вперёд, так и продолжали. С непреклонной уверенностью в своей неуязвимости. Она заподозрила неладное. Тем более что взгляды пары центральных нападающих обращены на приставника. А вот четверо остальных пялились исключительно на землянку.

Поскольку при них не было оружия – а такими слонами легко свалить набок локомотив –

Лёка быстро догадалась, каков их план. Если дружно навалятся, запросто обрушат еле живой сруб на очаг. А там бабуленька – с замиранием сердца потихоньку отступала она к землянке.

Получится удержать эту шайку, не получится – в последний момент она должна быть рядом с бабушкой. Без внучки та никуда отсюда не уйдёт – сколько не расписывай, как лучше сделать. Поэтому в лепёшку разбейся, но окажись внутри – приказала себе Лёка, рискнув изменить планы врага.

Она разбежалась, делая вид, что летит прямо на центровых. Когда её уже почти коснулись огромные лапищи, вильнула вправо. Прошмыгнула в тыл врага между теми волотами, которые вожделенно пялились на землянку, не видя ничего вокруг. Оба центровых тотчас развернулись и неловко бросились на юркую лучницу. Остальные, как пилили вперёд, так и продолжили. Всё зря: отвлечь их на себя не вышло.

Улизнуть от преследователей труда не составило: они в разных скоростных категориях. И Лёка бросилась обратно. Заняла свой последний рубеж перед самой землянкой и продолжила бесполезный обстрел. Пускала одну стрелу за другой – никакого толка.

– Чтоб вы сдохли, – досадливо процедила она под нос, лихорадочно размышляя, не пойти ли на них врукопашную.

А что? Семь бед – один ответ.

– Не выходит? – участливо поинтересовались из банки.

– Поможешь? – раздражённо буркнул приставник, не прекращая бессмысленную стрельбу.

Блисковицы возвращались к хозяйке, повесив нос. И с надеждой подмигивали: дескать, не тормози, сделай что-нибудь.

– А я чем помогу? – явно ненатурально удивилась Шанель. – Ежели сама себе помочь не хочешь.

– Как?

– Заговором.

– Подскажешь, каким?

– А я откуда знаю? Мне ворожба приставников неведома.

Помогла, называется – зло подумала Лёка, шаг за шагом отступая вниз по лествице в землянку. Которая вот-вот рассыплется под напором добравшихся до неё волотов. И брёвна повалятся на голову колдующей у очага бабуленьки.

В дверном проёме показалась рожа одного из центровых. Перекособоченный, укреплённый трухлявыми жердинами проём затрещал. Блисковицы безостановочно били ему промеж глаз. Проносились сквозь уродливую башку и пропадали снаружи. Затем возвращались, протискиваясь в щели между ходившими ходуном брёвнами, и снова в лоб. Круговорот огня в природе.