Простодушны и доверчивы. Книга 2

Глава 7

Настоящие мужчины

– Не уйдёт, – имея в виду её приятеля, подтвердил Ска́мон, отступая.

– Ты сказал, Навь услыхала, я не забуду, – с расстановкой произнесла Ветка, вцепилась в руку Ивана и предупредила: – Что бы ни случилось, не отпускай. Ты ничего не увидишь, но только не отпускай мою руку.

– Звучит зловеще, – проворчал он.

Не сказать, будто в безграничном потрясении, которого можно было ожидать от нормального человека. Скорей, он пытался подготовить себя к чему-то пока неизвестному, но существующему, раз тут все так серьёзны.

И на девушку, одежда которой на его глазах претерпела мгновенную метаморфозу, Иван уставился испытующе, а не выпучился в полном обалдении. Хотя обалдеть было от чего. Впрочем, даже огненный кнут в руке Ветки не загнал Ивана в ступор. Он крепче сжал её руку, прохрипев:

– Не отпущу.

И все три двоедушника мгновенно оказались в Нави.

– Ничего себе, – пробормотала Ветка, не без труда удерживая разъярённый самобой.

Вокруг неё сжимались два кольца: реконохи и естны. Которые мгновенно сцепились друг с другом, устроив невыносимый концерт: вой, визг, шипение, рёв – кошачий концерт, на который пригласили свору овчарок.

Огненный кнут, не дожидаясь команды, сладострастно пропел и полоснул по спине ближайшего недольва. Венед прыгнул навстречу Скамону, и неизвестно, чем бы всё это закончилось, если бы над полем битвы не сгустилось тихое и одновременно мучительно оглушительное ворчание:

– Ишь, чего удумали? Поганцы непотребные. Ещё и девоньку мою втянули в игрища свои изуверские.

– Дедь! – не помня себя, заголосила Ветка, предчувствуя головомойку. – Я не виновата!

– После перебеседуем, – не обещавшим пощады тоном пообещал сидевший на дереве Нешто-Нашто. – Марш домой! Венедка, проводи. Тока прежде отправь восвояси своих дармоедин. Нечего им тут без присмотра шататься.

– Сделаю, Щур, – сухо пообещал Венед.

Ветка тут же выскочила в реал, представ перед напряжённо ожидавшим неизвестно чего Иваном. Тот покосился на ходивший ходуном разочарованный кнут и спросил:

– Теперь мы можем уйти?

– Теперь ты можешь уйти, – с неизъяснимым облегчением выдохнула она и спрятала обиженный самобой.

– Живым, – за каким-то чёртом уточнил объявившийся рядом Венед.

– Без объяснений? – уточнил Иван.

Не слишком, впрочем, настойчиво. Явно предлагая Ветке самой решить, когда она будет готова объясниться.

– Мы поговорим, – пообещала она, глядя ему прямо в глаза. – Обязательно. Но сейчас тебе всё ещё опасно оставаться здесь со мной.

– И ты здесь не останешься, – равнодушно напомнил Венед. – Я дал слово Щуру и не намерен его нарушать.

Он цеплял к поясу самострел. Всем своим видом показывая, что судьба какого-то мужика не интересней, чем стремление муравья выполнить план по перетаскиванию хвои в муравейник.

– Это действительно твой мужчина? – покосившись на стригу, задал Иван принципиальный для него вопрос.

И вроде не ревновал. Зато был серьёзен, как человек, намеревавшийся принять какое-то важное для себя решение. Скорей всего, раздумывал: стоит встревать в чужие отношения, или – как говаривал полковник – пускай оба идут-пляшут со своим карнавалом?

– Это мой враг, – честно ответила Ветка, дабы у Ивана не оставалось никаких сомнений на её счёт. – Который меня ненавидит. Мог бы, давно бы убил.

– Тоже боится твоего прадедушку? – как показалось, чуть злорадно усмехнулся злополучный мужик, которого угораздило встретить не ту женщину.

Полковник утверждал, что хуже этого только война. А он-то знал, о чём говорил: и с бабами у него затруднения случались, и на войне побывал.

– Его все боятся, – улыбнулась Ветка.

Прижалась к нему, вскинула руки на плечи и ткнулась губами в его подбородок, прошептав:

– Если ты не сбежишь, я посчитаю себя страшно везучей.

– Пока не собираюсь, – по-прежнему серьёзно заявил Иван, прижимая к себе непонятное создание, не описанное наукой. – Ты, конечно, не подарок.

– Даже не представляешь, насколько не он, – ядовито прокомментировал его заявление Венед.

– Ты не мог бы держать слово… ты знаешь где! – прошипела Ветка. – Я никуда не пойду, пока он не сядет в машину и не уедет.

– Я что, нанимался пасти твоего хахаля?! – взорвался Венед, гневно набычившись и поджав губы.

– Тогда свободен, – сухо буркнул Иван.

У которого, кажется, подходило к концу его невообразимое терпение. Ветка поняла это по тому, как он сжал её тело: едва косточки не затрещали.

– Не надо, – попросила она, потеревшись виском о его щёку. – Сегодня и без того напряжённый день. Тагир, мы попусту теряем время. Проводим его, и я безропотно пойду, куда скажешь. Тем более что мне очень приятна компания твоих… возможностей. Они поразительно приятные… люди.

Венед пронзил её мрачным взглядом человека, не обещавшего взбалмошной бабе лёгкой жизни. А потом запрыгнул в Межмирье – не удостоил даже фырканьем.

– Пошли быстрей, – выкрутившись из объятий Ивана, Ветка потащила его к выходу из парка.

– Ты можешь хотя бы сказать, кто вы такие? – всё-таки не удержался он от вопроса, хотя, судя по тону, не собирался слишком давить.

А кого бы он ни волновал? Не каждый день встречаешь людей, способных исчезать, не ударив тебя по башке и не отправив в отключку.

– В двух словах не расскажешь, – прибавляя шаг, дипломатично отмахнулась Ветка. – А создавать у тебя неправильное впечатление как-то не хочется. Не в моих интересах, – пошутила она, отнюдь не шутя.

– Моё впечатление о тебе никак не зависит от твоих фокусов с исчезновением, – вроде бы искренне заверил Иван. – И с прочими твоими чудачествами вроде огненного хлыста. Хотя это добавляет нюансов. Надеюсь, что ты человек, а не инопланетянка.

Ветка прыснула. Потом перешла на лёгкий бег, коротко сообщив:

– Нет.

После чего и вовсе припустила вприпрыжку, вынудив его прекратить расспросы. Добежав до машины, хотела просто попрощаться, но он притянул её к себе. Убрал с лица выбившиеся пряди и поцеловал – она не возражала. Но и растягивать приятный момент не стала: