Простодушны и доверчивы. Книга 2

Глава 10

Опытная сердцеедка

Весь оставшийся вечер племяшей было не видно, не слышно. Забрались к себе наверх и о чём-то шушукались. Спать легли вовремя без понуканий. Утром, проснувшись и выглянув в окно узнать прогноз погоды, Ветка увидала их на заднем дворе. Оба занимались на снарядах спортивной площадки с особым воодушевлением. Даже Ладуся, не особо любившая это дело –

относившаяся к нему, как к досадной необходимости.

В дверь бухнули пяткой:

– Завтрак готов!

Или у Ольги заняты руки – машинально подумала Ветка – или нервничает из-за предстоящей детям операции по выявлению противника. Они с Ильёй вчера поспорили, кто поедет на пляж для подстраховки, а кому стеречь очаг. Вообще-то очередь сестры, но у женщин свои взгляды на очерёдность, взятые на себя обязательства и прочие мелочи жизни. Если что-то можно спихнуть на мужчину, почему бы не попробовать?

С мужем Ольге, вне всякого сомнения, круто повезло: друг друга любят взасос, он олицетворение настоящего мужчины и, к тому же, с ним всегда интересно. Один недостаток: на кривой козе его не объедешь. Сестра больше десяти лет практикует этот тренинг личностного роста: с какой только стороны не подъезжала, не подходила, не подкрадывалась. Как только не улещивала, не подлащивалась, не подмасливала – всё бестолку.

Мужик сказал – мужик сделал. А ты потом стоишь и глазами хлопаешь, силясь понять: то ли радоваться тому, что он такой, то ли ночью тихонько задушить? Никакого понятия, что у женщины на душе, когда её хотелки остаются безответными. Иной раз не то, что пяткой – башкой хочется во что-то бухнуть.

И чего нам бабам надо – задавалась Ветка извечным пустопорожним вопросом в душевой кабине под холодной водой. Когда вроде уже всего до фига. А у тебя новый зуд. Опять трепет предвосхищения, мандраж предвкушения и прочие потрясухи. Чаще всего ни на чём не основанные – только на собственных фантазиях.

Вчерашнее предупреждение бабуленьки насчёт Ивана приходилось насильно втаскивать в голову, чтобы закрепить на видном месте. Однако его благополучно уносило сквозняком нетерпеливого ожидания встречи. Если бы Ольга в своё время не влюбилась внезапно и всепоглощающе – размышляла Ветка над своим поведением – она сама бы сейчас относилась к Ивану, как партизан к растяжке на лесной тропе. Однако опыт сестры доказывал, что любовь с первого взгляда существует на самом деле.

Почему, в таком случае, у неё должно быть всё по-другому? Почему донашивать за старшей сестрой одежду можно, а пройти изведанной ею дорожкой нельзя? Может, у них это наследственное?

– Долго ждать?! – бухнули пяткой в дверь ванной.

Ветка хмыкнул, вытираясь полотенцем:

– Мы пойдём другим путём, – взглянув на себя в зеркало, процитировала она девиз деда.

– Сконцентрируемся на его недостатках. Если он тоже из породы «мужик сказал, мужик сделал», попробуем представить свою горемычную судьбу лет на десять вперёд.

Стёпка с Дуськой чинно сидели за столом и безропотно лопали овсянку. Которую недолюбливали даже усыпанную ягодами-фруктами. Двойняшки из кожи вон лезли, доказывая свою профпригодность в качестве тылового сопровождения разведки.

Разведкой – по их мнению – была тётка. У которой на этот счёт имелось другое мнение: она шла навстречу судьбе с полуприкрытыми от непритворного счастья глазами. Когда вечером набрала Ивана и предложила провести время на пляже, тот, не скрывая радости, тут же согласился. В рабочий день. Не откладывая свидание на вечер или выходной. Присутствие племянников избранницы его ничуть не смутило, не расстроило.

Ну, какие тут ещё нужны доказательства того, что он никакой не стрига? Стоит вспомнить встречу с каждым из них, чтобы легко представить себе, как эти двуликие двоедушники взвились бы до потолка, требуя не тащить им в довесок чужих деток. А этот принял всё спокойно и даже дружелюбно.

– Видела бы ты сейчас себя, – проворчала Ольга, подавая сестре бутерброд с маслом, посыпанным сахаром.

Бессменную любовь, зародившуюся во времена их довольно скромного житья-бытья, когда полковника уволили из армии по сокращению. Даже теперь никакие сласти-мордасти не могли занять место скромного бутерброда их детства.

– Тебе трудно было уступить? – укоризненно глянула Ветка на зятя.

Чем больше Ольга чем-то гремела и дулась – старалась вытрясти из него согласие отдежурить дома за неё – тем невозмутимей становился Илья. И, кажется, сестра разошлась не на шутку.

– Вот ещё, – буркнула Бельмондошка, насыщавшаяся вкусными красками лежащих в вазе фруктов. – С чего бы ему уступать? Три дня дома сиднем сидел. Придумали тоже: из мужика верёвки вить.

– А давайте всё наоборот, – не выдержав, предложила Ветка. – Вы оба на пляж, а мы останемся дома. Пригласим Ивана в гости и…

– Ишь, чего удумала! – возмутилась шишиморка. – Я те дам! Затейница выискалась. Битвы в доме учинять. Разок уж спалили дом, так и в другой спалите.

– Очень смешно, – удивилась сестра её предложению, моментально перестав дуться. – Как ты себе это представляешь? Каких лазутчиков рядом с ним можно опознать, если их не обнаружить?

– Домашние духи лазутчиков на порог не пустят, – согласился Илья. – Ладно, езжайте вместе.

– Нет. Я слегка перегнула, – нехотя проворчала Ольга, ставя перед мужем кружку с чаем. – Ты и так за меня вчера отдежурил. А я хоть в автосервисе покрасовалась.

– Никогда не женюсь, – пробурчал Стёпка, отодвигая тарелку. – Если самая лучшая мама такая вредная жена.

Они посмеялись, и грозовые тучи, всё утро бродившие по дому, развеялись.

На свидание выдвигались порознь. Илья уехал первым, трижды повторив, где он заляжет в засаду. Ветка с племяшами загрузилась в «Ауди» и неспешно покатила в сторону городского пляжа. Погодка ворожила. Денёк начинался многообещающе: чистое небо, жаркое солнце. Вода в озере, конечно, ещё не прогрелась, но кого летом в Сибири этим смутишь? Сначала тебя водичка холодом обожжёт, потом солнышко приласкает – жить можно.