Простодушны и доверчивы. Книга 2

Глава 25

Кофейная гуща с вермишелью

Она и прежде замечала, как чутко Венед реагирует на её настроение. Как с полуслова улавливает, куда её сейчас занесёт. Как правильно всё понимает, когда ей и самой невдомёк, что она сейчас такое учудила.

Вот и теперь он моментально почувствовал: девушка хорохорится, а самой обидно, что не сразу распознала, как ею вертят все, кому не лень. А она, между прочим, гордая и местами самолюбивая. Вжилась в роль волшебного персонажа с чудо-оружием и супер возможностями. Возомнила о себе, а сама курица курицей. Словом, тошнёхонько ей и немного стыдно. А юлить совесть не позволяет.

– Догадалась только вчера. Когда какой-то умник начал давить в противовес, – честно призналась Ветка. – А до этого… Прости, но Виклют мне очень нравился.

Венед обнял её за плечи, притянул к себе, нежно поцеловал в висок, не спуская глаз с происходящего вокруг. Поцелуя, как водится в Нави, не почувствовала, «нежность» ему приписала. Но приятно, когда у мужчины на тебя такая реакция: ты для него не пустой звук. Ты уже что-то значишь в его жизни, и значишь много.

– Когда твои чувства к человеку скачут туда-сюда, это кого хочешь наведёт на мысль, – воодушевившись, продолжила она уже спокойнее. – То Виклют меня восхищает, то от него воротит. То он блистает умом, то зануда. А тут ещё утром… Ты, кстати, не знаешь, кого он в реале выдаёт за себя? Этот вульгарный тип действительно его племянник?

– Как человек да. Сын его старшей сестры. Одержим одним из виклаков, – поморщился Венед, пнув перелестника, которого флегматичный естна пихнул под ноги своего предводителя.

Дух-обольститель – голый, потухший, уродливо кривящийся, но продолжавший ерепениться – попытался укусить стригу за сапог. И тут же получил пинок в челюсть. Выглядел он жалко – Ветка даже посочувствовала бедолаге. Он же не злодей: природа у мужика такая подлая. А с собственной натурой не повоюешь – ей, по крайней мере, это не удаётся.

– Отпусти его, – приказал Венед конвоиру. – Пускай катится к своему Большаку́.

– Гр-р-р? – удивился естна, с чего это какому-то голожопому прохиндею такая милость.

– Не хочу ссориться с Любостаем, – не отмахнулся, объяснил ему Венед своё решение: – Нам с тобой нужны постоянные стычки с его ушлёпками?

– Гр-р-р, – естна брезгливо выпятил кончик широкого синего языка.

– Вот и я говорю, – поддакнул Венед, – на хрен не сдались. Дай ему хорошего пинка и пусть катится.

Великан добросовестно исполнил приказ. В прямом смысле слова. Поднял перелестника за волосы над землёй, примерился и пнул так, что помятый красавчик буквально перелетел через затихавшую свалку.

– Мне показалось, ты раньше начала догадываться, – как ни в чём не бывало, продолжил Венед прерванную беседу. – До того, как тебя стало мотать между противоречиями.

– Да, я начала замечать мелкие несостыковки, – подтвердила Ветка, задумчиво разглядывая полуверицу, мигом притихшую у ног великана после впечатляющего полёта перелестника. – В Межмирье Виклют, конечно, высокомерен до тошноты, но умён. Да и ведёт себя довольно сносно. В реале же какой-то вульгарный разгильдяй. Заносчивый и глупый. А сегодня утром я узнала, что мой бывший начальник только делает вид, что пропадает на работе. Причём, делает только для меня: остальные в курсе. Так что, если разобраться, у меня и прежде были вопросы к нему и его племяннику. Где-то в глубине души я чувствовала, что с ними что-то не то.

– Где-то очень глубоко, – насмешливо поддакнул Венед.

И она ничуть не обиделась:

– Я полная дура.

– Наоборот, – вдруг очень серьёзно возразил Венед. – Я даже не ожидал, что ты так долго продержишься против этой лахудры, – ткнул он носком сапога полуверицу. – Против неё у тебя противоядия нет. Знакомься: ещё одна сотрудница твоего бывшего босса. Ты права: Виклют у нас непревзойдённый разумник. И не пошёл напролом, как Злодух. Не стал на тебя давить со всей дури. Эта крыса села тебе на хвост и травила мелкими дозами. Подталкивала к нему потихоньку, чтобы всё развивалось, как бы само собой. Но ты настолько вредная, что постоянно пробуксовывала.

– И всё-таки не заметила её воздействия.

– И я не заметил, – утешил её стрига. – Когда вторая сотрудница твоего шефа села на хвост мне. Ещё год назад, когда ты притащила к нам в мастерскую свою битую машину, – напомнил он, недобро щурясь на захныкавшую полуверицу.

Та последовательно отрабатывала сотни раз обкатанную программу. Прекрасно зная, что на милость стриги рассчитывать не приходится, выбрала более перспективный объект. Пялилась на Ветку жалобными глазами, заламывала руки, елозила на коленях, сверкавших в разодранном подоле красного сарафана.

Словом, вовсю давила на жалость. А поскольку эта задрыга ещё не утратила человеческий облик, но тёмные круги вокруг глаз и мертвенную бледность уже приобрела, у другой женщины могла вызвать инстинктивное сочувствие. Это шанс – мысленно согласилась с её тактикой Ветка и переспросила:

– С какой целью?

– Потом расскажу, – пообещал Венед и скомандовал: – Подними её.

Естна исполнил приказ, и полуверица завопила в голос, перекрывая стихавший шум почти закончившейся битвы.

– Отпусти её! – потребовал материализовавшийся рядом Виклют.

С ледяным высокомерием человека, которому все должны.

Злодух отчего-то к нему не присоединился. Хотя сегодня потерял немало своих подопечных: трепястьцы не умели благоразумно линять с поля боя – за отсутствием разума. Даже целиком погрузившись в собственные проблемы, Ветка машинально провожала глазами убывавших в небытие человекомордых медведеподобных духов. Тупых, злобных и не виноватых в том, что им достался паршивый хозяин.

– Кого? – почти равнодушно уточнил Венед и молниеносно ткнул полуверицу ножом из реального железа: – Её?

Естна поднял дико взвывшего духа ещё выше, с интересом наблюдая, как тот отчаливает в небытие. Обычно обитателей Нави подобное зрелище приводит в уныние и даже ужас. Великаны Венеда относились к нему поразительно философски.