Простодушны и доверчивы. Книга 2

Глава 27

Привет, детка

Их принесло на макушку высокого холма, торчавшего посреди небольшого кластера. Как всегда, окружённого горами. Те служили границами между секторами Нави и были трудно проходимы. Так называемые дикие круги – все кластеры имели форму идеальных и не очень кругов.

Любой дух старше трёхсот лет мог свободно телепартировать с участка на участок, минуя горные хребты границ. Не попадая лишь на те, что были надёжно защищены их владельцами: либо Большаками, либо достаточно древними существами, скопившими немалую силу Нави. А вот новичкам приходилось продираться сквозь дикие круги на своих двоих.

Именно там их гибло больше всего: местные обитатели, выжившие на этих кругах натурального ада, миролюбием не отличались. И в силу скверности человеческого характера при жизни, и по причине отсутствия доступа к Яви. Живую человеческую энергию они могли хапнуть, лишь схарчив какого-то духа, пойманного на своей территории. И, естественно, имевшего в запасе этот вожделенный нектар, позволявший сохранять хотя бы остатки разума.

Правда, некоторые обитатели пограничных гор ещё на заре времён догадались установить деловые отношения с Большаками или другими хозяевами кластеров. Те снабжали дикарей животворной силушкой, а взамен получали наёмников, приходящих на помощь в недобрую минуту нападения захватчиков. Несмотря на великую и всеобъемлющую репутацию Большаков, даже у них изредка пытались отжать наделы – что уж говорить о прочих помещиках?

Ветка внимательно оглядела окрестности вокруг холма: красиво. Болотный край, но не из тех, от вида которых тошнит. Здесь ярко-синие пятна чистой воды окружала нежная зелень сплошного травяного ковра. Покрытая тут и там семейками густо растущих низких пушистых кустов. В целом картина благостная и умиротворяющая. За которой могло скрываться что угодно: сильный болотник умел наводить морок, державшийся постоянно.

Зачем? Всё за тем же: приманка. Если духу-новичку удавалось перебраться из соседнего кластера через дикие круги, контраст с этим благословенным краем мог сослужить ему дурную службу. Бедолага расслаблялся, а его цап-царап! Круговорот живой человеческой силы в неживой природе Нави.

– Где мы? – уточнила Ветка, покосившись на Венеда.

Неизвестно как, но со временем новоявленные приставники научились чувствовать, какой предстоит поход. То ли прямо и только прямо, то ли туда и сразу обратно по своим следам. В организме нигде ни свербило, ни пиликало, ни подавало иных сигналов – просто они знали это без всяких видимых причин. Вот и сейчас Ветке было очевидно: пойдут вперёд, не оглядываясь.

В принципе, она прямо сейчас могла пройти сколько угодно шагов и вернуться по ним на исходную точку. В результате её добросовестно перенесёт в какой-то произвольный сектор. Где кнутобой свалится на кого-то, как снег на голову, и вряд ли хозяева страшно обрадуются нежданной гостье. Так что с этим в Нави не шутят.

– В максимальной близости от нужного сектора, – по-прежнему хмурясь, проворчал Венед. – Нешто сказал, что прямо туда попасть не выйдет. Сектор плотно закрыт по периметру: не просочиться. Он-то, конечно, сможет сломать запоры.

– Принцип невмешательства, – согласилась Ветка, что лучше им не помогать.

Неизвестно, куда эта помощь забросит: если сильно повезёт, то в дали дальние. Откуда они будут тащиться к нужному месту неделю, торча в Межмирье сутки напролёт

– А все кластеры вокруг напичканы возвратными заклятьями, – продолжил инструктировать Венед. – Нешто сказал, что он тут проложил невидимые тропки, ломающие возвратные заклятья. Смухлевал, но самую малость, чтобы Навь не заметила. На каждой такой невидимке оставил метку, от которой и нужно сворачивать, чтобы не натолкнуться на возврат сюда, – притопнул он ногой, обозначая начало их пути. – И не кружить бестолку на одном месте.

– Пойдём через дикие круги? – догадавшись, не слишком-то напряглась Ветка.

Да, будет трудно. Но и двоедушники не подарок. Хотя и лакомый кусок: живые всё-таки, вожделенной силушки в них с избытком.

– Идём? – понукнула она застывшего стригу.

Тот и с места не трогается, и вокруг не оглядывается, дабы разведать, что тут и как – значит, чего-то ждёт. Иди кого-то. Любопытствовать не стала: он и без того весь на нервах. Не хотел рисковать её жизнью – тепло отозвалось в душе, и Ветка машинально вложила руку в его лапищу. Он так сжал кулак, что мог переломать ей пальцы – будь в их потусторонних телах кости.

Наконец, стриге надоело торчать на месте, и он буркнул:

– Догонят.

Начал неспешно спускаться с холма, на этот раз пристально поглядывая вокруг. Наверняка не доверял здешнему благолепию – согласилась с ним Ветка. Вот и оберег дёрнулся: самобой тоже почувствовал угрозу хозяйке.

Почти спустившись к самому болоту, Венед остановился шагах в двадцати от него и криво ухмыльнулся.

– Морок? – спросила Ветка, зная, что он различает подобные вещи гораздо лучше неё.

Тагир стал одержимым ещё подростком: почти двадцать лет связан с Навью. К тому же не просиживал на одном месте: куда только не заносило этого неуёмного искателя приключений. Недаром его Нешто – в отличие от прочих стриг – привечает: чует родственную душу завзятого бродяги.

– Нете́ча, – пояснил Венед и добавил: – Придётся подождать. Один я тебя тут не протащу.

– Даже пробовать не будем, – согласилась Ветка.

Нете́чей в старину называли старое русло реки, где вода не текла, а застаивалась. Со временем такое русло где-то пересыхало, а где-то зацветало и медленно превращалось в болото. Вся эта зелёная прелесть на поверхности была только своеобразным покровом, под которым нет ни клочка твёрдой земли. Ступи на обманный ковёр, и тю-тю: снизу тебя подхватят заботливые руки и утащат на глубину. Местные уже знают о прибытии вкусных гостей: сидят где-то под своим травяным маскировочным укрытием и слюнки глотают.

– Виват, молодожёнам! – прозвенел за спиной голосок, который Ветка ожидала услышать меньше всего.