Простое желание

2

Интар

Он больше не мог выносить ее ревности. Все шло не так, а сил больше нет. Будь проклята та ревнивая девушка, что подстроила все это. Только благодаря ней, колдун был смертельно ранен стрелой наемников и сброшен в озеро Забвения. Вода в нем была мутная и холодная, яд уже действовал, парализуя мышцы, но теперь этим занялся холод. Поверхность ускользала от него, плавилась неясными бликами и образами, а одежда тяготила и утягивала на дно. Интар буквально чувствовал, как отчаянно билось в груди его сердце, пытаясь сопротивляться и сохранить тепло. Кровь замедлялась и сквозь рану тонкой лентой взмывала над поверженным телом, растворяясь в воде. Если бы не яд, то он мог бы попытаться довериться течению и молиться Атэо, чтобы создатель его услышал и помог воде вынести бедолагу на берег, но даже такой возможности не было. Тело постепенно теряло чувствительность, оставался только холод. Обреченно закрыл глаза, прощался с миром и поблагодарил за подаренную ему жизнь, теперь, колдун был готов встретиться с богиней смерти, но у судьбы были иные планы. Кто-то едва ощутимо прикоснулся к нему, но вместо ожидаемой Амаорэ, Интар смог различить на мутном фоне прозрачный силуэт парня, смотрел ему в глаза и тепло улыбался. Он был подобно зеркальному отражению на расстоянии вытянутой руки и искренне улыбался, желая добра. Его прозрачные руки были протянуты в попытке обнять и колдун, доверился ему, попытавшись протянуть ему руку. Вода легко подтолкнула безвольное тело к призраку. Парень прильнул к Интару, заключив его в свои мягкие и одновременно крепкие объятья, затем растворился в воде.

- Спасибо. – Пронеслось в голове и душа мага природы, окрыленная наполняющим тело теплом, покинула свое убежище. – Покойся с миром.

Интар был благодарен за тепло и покинул мир живых с улыбкой, отпустив ненависть и злость, а вот занявший его тело юноша был оглушен быстрыми ударами сердца и мириадами иголок по замерзшим конечностям. Осознание, что он тонет, пулей ворвалось в мозг, заставив чувство самосохранения на некоторое время притупить боль, а живительной силой оказался ударивший в голову адреналин. В голове птицей билась только одна мысль "ВЫЖИТЬ". Паника охватила его уже на берегу, колдун хотел смеяться и одновременно плакать, но, не позволив себе быть в воде, медленно выполз на сушу и обессилено рухнул на траву. До него далеко не сразу дошло осознание того, как далеко был берег и сколько же сил, понадобилось, чтобы доплыть до него. Теперь, он действительно смеялся, радуясь, что обманул смерть и его больше не мучают капельницы, а из глаз текли слезы от боли волнами накрывающей его и сдерживать их Интар не мог. Глубоко в душе парень был безумно рад, что мог чувствовать горячие слезы, стекающие по лицу и вес собственного тела. Тела, которое полностью ему подчинялось. Одежда казалась сковывающей пленкой, оболочкой, что срослась с кожей и добавляла телу некоего веса. Придавливая к земле.

Около двух часов колдун просто лежал, греясь в лучах жаркого солнца, борясь со сном, одежда благополучно высохла, а в груди еще немного покалывало, карие глаза с вытянутым зрачком смотрели на небо, на свету они чудесным образом казались желтыми, кошачьими. Длинные волосы нежно-зеленого цвета пестрили яркими перьями, вплетенными умелыми руками в косу у левого виска. Среди магов и колдунов это сразу говорило о том, что перед ними маг природы, который связан с ней напрямую, а в народе таких называли колдунами. Теми самыми золотыми серединами между воинами и магами, но способными быть хорошими травниками. Высшие маги с такими вообще не хотели считаться. Для них колдуны были сродни фокусникам, но чаще называли их дикарями, свято веря, что в отличие от высших, колдуны лишенные элементарных благ цивилизации одичали и не способны на что-то великое. На самом же деле, лесные эльфы относятся с почетом к колдунам, считаясь с их мнением и знаниями, ведь они тоже считались с природой. Украшение на перьях в виде разноцветных бусинок – достижение магом определенной ступени в магии. Интар был выше среднего роста, в силу своего ремесла обладал развитой мускулатурой, но рядом с воинами жилист и носил легкие одежды эльфов, выполненные на заказ специально для мага природы – подарок от лесных эльфов. Легкие одежды, но необычайно прочные, как и все, что сделано ими. Маги не бывают толстыми, вся энергия уходит на чары, но Интар был еще и молод, внешностью создатель не обидел и некоторые эльфийки это замечали, как и простые девушки, с которыми колдуну приходилось общаться, чтобы быть в курсе важных для него дел. Пребывание в воде озера Забвения не прошло даром, сердце колдуна успокоилось и билось размеренно, словно впустило в себя вселенское спокойствие, охладело. Чувства и воспоминания подобно паутинке, переплетались, вызывая дискомфорт и чувство потерянности. Сомнения на счет собственной личности и правдивости происходящего. Выровняв дыхание, Интар прикрыл глаза, довольно растянулся на высокой траве и сделал глубокий вдох, полной грудью вдыхая приятный запах влажной травы. Он привыкал к некому чувству легкости и в тоже время приятной прохлады. Старался упорядочить хотя бы то, что уже произошло. Юный маг не чувствовал больше холода, но судя по побелевшим травинкам коснувшимся его тонких пальцев, рядом с ним стало холодно. Все еще не веря в свою удачу, юноша осмотрел свои руки и не верил тому, что видит чистые вены, не тронутые иглами капельниц от которых он просто бесился, но не мог ничего сделать. Там, в своем мире, новый хозяин тела был прикован к кровати, умирал в мучениях, снаружи просто лежал, а внутри кричал и выл от боли. С трудом смог вспомнить свое имя. Павел. Парень ясно помнил, что в больницу попал после ножевого ранения, которое он даже не сразу заметил. Не осознал вовремя всю серьезность. Врачи сделали все, чтобы спасти его, но этого оказалось мало, никакого чуда не произошло и судьбоносный жест заведующего, отключил ИВЛ, а душа, потерявшая последние нити, которые связывали с телом, покинула свою тюрьму. Теперь, Паша знал точно, что смерти нет и правы были те, кто уверяет, что смерть – только начало. От раздумий его оторвало выразительное фырканье в лицо и обдало горячим дыханием. Гость иного мира выругал себя за то, что все же закрыл глаза, и кто-то смог подкрасться к нему, но увидев склонившуюся над ним лошадиную морду, почувствовал некое облегчение. Конь был без седока и никаких посторонних шумов или шагов не было. Прислушиваясь к своему телу, Павел сделал вывод, что в целом смог более-менее адаптироваться. Юноша перекатился на живот и осознал, что перед ним племенной конь, дикий и свободолюбивый жеребец с необычайно красивыми глазами. Белый конь с рыжими пятками стоял рядом с колдуном и склонил над ним голову, словно чего-то ждал и не терпеливо изредка бил копытом по земле. Интар был магом природы и его необычные глаза позволяли видеть истинную суть вещей, а точнее тонкие потоки энергии, которые пронизывали мир и все живое, словно огромная паутина из разных цветных нитей. В душе царил покой и умиротворенность, но долго разлеживаться он себе позволить не мог. Конь будто прочитав его мысли, вновь фыркнул и лег на землю. Колдун потрепал скакуна по загривку и оседлал его, как сумел, ведь раньше у него не было возможности покататься на лошади, коня же позабавили потуги парня.