Противостояние эльфов

Глава 6. Ход 6. Испытания на корону. Дамиан

Дамиан:

— Как ты узнал? — Этьен явно был в недоумении, на что Дамиан лишь горько усмехнулся. Он и сам прежде не предполагал о своём столь высоком статусе, чтобы подобные новости ему сообщались лично. Однако, когда перед ним со зловещим карканьем с небес спустился посланник Рэбэнуса, Дамиан уже не ждал ничего хорошего. Чёрная птица — вестник смерти. Только завидев её в стремительно сгущающихся сумерках, у Дамиана ёкнуло сердце.

— Йоран, — прокаркал посланник демона и уселся на одинокую нижнюю ветвь ближайшего красного клёна.

Дамиану показалось, что он летит в бездонную пропасть. Перед глазами всё поплыло, теряя очертания, а в голове воцарилась неестественная тишина, словно в мире разом выключился весь звук. Внутри будто оборвались невидимые нитки, прежде заставлявшие держаться с высоко поднятой головой, отчего Дамиан ощутил себя рухнувшей безвольной марионеткой, выпущенной из рук кукольника. Представление закончилось. Занавес.

Невыразимая боль, казалось, поглотила тело и разум, заставив выпасть из реальности. Дамиан и сам не знал, сколько простоял в полном оцепенении, прежде чем вновь услышал удар собственного сердца, прозвучавшего как оглушительный набат. По телу прошла невольная судорога, и поток мыслей вновь ворвался в опустевшую голову.

Перед глазами подобно ярким молниям вспыхивали трогательные воспоминания: задушевные беседы, уроки, на которых настоял сам Йоран, балы, турниры. И каждый раз память сосредотачивалось на лице короля, его мягкой, но не лишённой толики ироничности улыбке, на тонких морщинках, указывающих на весёлый нрав, и глазах, тех самых умных, светлых и любящих, пронзительно смотрящих в душу. Дамиану было невыносимо от осознания, что больше ему никогда не ощутить на себе взгляд короля. И словно в насмешку внезапно почувствовал, что кто-то пристально смотрит на него. Чёрные горящие глаза пялились на Дамиана требовательно и вызывающе. Птица всё ещё чего-то ждала. Встретившись с этим обжигающим взглядом, Дамиан на миг снова замер, а потом нервно склонился в почтительном поклоне. Он не знал, будет ли того достаточно, однако что-то произнести сейчас просто не мог. Впрочем, посланника демона, похоже, удовлетворило выказанное почтение, и не успел Дамиан приподнять голову, как услышал шелест крыльев. Птица почти моментально скрылась в темнеющих небесах, и, едва она пропала, Дамиан вдруг ощутил непоколебимую решимость немедленно вернуться во дворец. Ему нестерпимо захотелось оказаться в числе первых, кто простится с Его Величеством. Это мгновенно стало делом первостепенной важности. И Дамиан тут же развернулся в сторону дворца Совета. Он был настолько погружён в себя, что не замечал более ничего вокруг, и потому даже вздрогнул, внезапно наткнувшись на влюблённую парочку. И эта встреча была подобна подлому удару ножа в сердце. Дамиана пронзило болезненное чувство, когда он узнал в любовниках Нэйдж и Этьена. Как будто ему сейчас мало горя!

— Я возвращаюсь, — холодно сообщил Дамиан, отводя взгляд в сторону.

Смотреть на их объятья было невыносимо. И хотя он в бессилии сам позволил этому случиться, но разве мог даже в страшном сне предположить, что увидит их любования воочию? Однако в следующий момент произошло нечто неожиданное: Нэйдж высвободилась из объятий Этьена и подбежала к Дамиану.

— Я с тобой! — заявила она, подхватывая его под локоть.

— Что?! Почему? — Столь странный поступок вызвал удивление не только у Дамиана, но и у Этьена. Эльф выглядел обескураженным, на его красивом лице застыла глупая полуулыбка, и всё же во взгляде читалось сочувствие.

— Я не настолько жестокосердна, чтобы предаваться праздным прогулкам, когда дорогой для меня человек переживает глубокую утрату, — выдала Нэйдж, и её слова поражали в самое сердце. Дамиан подозревал, что всё сказанное вполне могло быть обыкновенным притворством, но в то мгновение он отчаянно нуждался в любой поддержке. «Дорогой для меня человек» — от этой фразы на душе заметно потеплело и посветлело. Он просто не мог поверить тому, что Нэйдж так легко бросила Этьена, которым, казалось, была весьма увлечена. Она даже не попрощалась с эльфом! Дамиан пребывал в полном изумлении, но должен был признать, что присутствие девушки послужило ему утешением. Так же он оценил и тактичность Этьена, тот не стал донимать никого вопросами и не пошёл за ними следом.

— Держись, друг! — сказал он, оставаясь в саду.

Так их дороги разошлись, что принесло Дамиану некое облегчение. Ведь с одной стороны ему необходимо было одиночество, так как не желал показывать свою слабость даже близким друзьям, с другой — он отчаянно нуждался в утешении и поддержке. И именно близость Нэйдж дарила ему желанный душевный покой. Они не обмолвились ни словом, но даже в этом молчании была какая-то магия. Дамиан ощущал, как медленно заполняется разверзшаяся внутри пропасть, как притупляется нестерпимая боль, и в его погруженном во мрак сердце вновь пробивается лучик призрачной надежды.

Они медленно добрели до каэрских покоев, удивительным образом не встретив никого по пути. Вероятно, бал подходил к концу, и все гости собрались в бальной зале на мазурку. Впрочем, этому обстоятельству стоило бы порадоваться, так как едва ли у Дамиана нашлись бы силы с кем-то сейчас говорить. Пока ещё ему нужно было время, чтобы пережить утрату и восстановить душевное равновесие. Хотя, во многом благодаря присутствию рядом Нэйдж, он надеялся вскоре отыскать в себе необходимую решимость, чтобы должным образом встретиться с врагами и новыми трудностями, которые обещали свалиться на его голову в ближайшем будущем.