Противостояние. Миртана.

Глава одиннадцатая. Огни в ночи.

          - Мы не можем позволить осадить город! Каждый день с севера и запада страны прибывают беженцы! Мы должны защитить каждого!

          - У нас не хватит еды, милорд. Шпионы поговаривают, что в Ардее готовится восстание против сборщиков провианта. Дескать, и так нет пищи.

          - Повесить каждого! Веревки и деревьев хватит! Венгард – последний оплот человечества на этой земле…

          - А Варант, значит, не человечество…

          - Эти проклятые фанатики Белиара должны сгореть под солнцем Инноса! Нордмар пал, в мире держится всего три крепости, а новостей из Хориниса до сих пор нет. Живы ли войска лорда Хагена?

          - Мне кажется, что нет. Необходимо послать еще один отряд, поменьше.

          - У нас нет кораблей! Каждое утлое суденышко за сотни золотых вывозит крыс из Миртаны! И покупают ведь билеты! Наши перехватчики успевают останавливать, дай Иннос, одну десятую всех кораблей, уходящих из страны. И куда они бегут?!

          - Милорды, успокойтесь!

          Белиар только ведает, как Матиаса впустили в главный зал дворца короля. Весь городской гарнизон был поднят посреди ночи по боевой тревоге – на дозорных башнях зажглись предупредительные огни. Где-то между Ардеей и Венгардом рыскал достаточно большой отряд орков. Откуда они, каковы их цели? Этого не знал никто из собравшихся в зале. Матиас тут же попал под крыло стареющего паладина Пирациса, старого интригана с языком, подвешенным настолько, что однажды именно он возглавил заговор против генерала Ли, прославленного полководца. Пирацис был верен королю, как маг огня Инносу, но со всеми прочими он не считался – это знали даже в приграничном Фаринге, обложенном орками.

          Самого Избранника Инноса, носителя Скипетра Варанта, к сожалению, Матиас так и не увидел – поговаривали, что Робару нездоровилось, и все управление войной он полностью доверил Кобрину, генералу королевской гвардии, потомку древнего знатного рода, на удивление, не обделенному умом и храбростью. Разумеется, он принадлежал к Ордену, хоть доспехов паладина и не носил, предпочитая форму гвардии. Из-за этого он порою конфликтовал с Пирацисом, который как раз выслушивал последние указания перед выходом за пределы Венгарда.

          - Судя по всему, там сейчас находится наш отряд фуражиров, посланных в Кап Дун два дня назад. Если они здесь, то в их обозе должен находиться провиант на неделю как минимум. Если начнется осада, то каждая горсть зерна будет на счету. Надеюсь, вы это понимаете, милорд.

          - Разумеется, Кобрин, - фыркнув, ответит Пирацис. Судя по всему, он уже подыскал себе следующую жертву для дворцовых интрижек.

          - Не забывайся, Пирацис, кто первый советник по военным делам. Зря ты тогда убрал Ли. Может, мы бы уже были около Клана Молота. Впрочем, чего сейчас говорить… Тордир!

          - Да? – будто ожившая статуя, выскочил из темноты один из помощников генерала.

          - Проводи Пирациса до внешних ворот. Проследи, чтобы все было хорошо. Через несколько часов должен прибыть отряд из Готы с ранеными. Там до сих пор идут бои.

          - Да, милорд! Пройдемте!

          У юго-западных ворот города царила легкая суматоха. Часть отряда, посланного в сторону Ардеи, уже вышла за пределы Венгарда, еще часть оставалась около ворот, пытаясь организоваться в некое подобие настоящей армии, той, что была во времена войны с Варантом. С тех пор от королевской рати осталось только былое название. Большая часть талантливых военачальников либо оказалась в Долине Рудников (как тот же Ли), либо погибла. Кто-то сумел перейти на сторону врага, кто-то сбежал на острова. Сама же армия комплектовалась в основном из насильно призванных крестьян, горожан и учеников мастеров из ремесленных кварталов оставшихся под контролем Робара городов. Обучать этих «солдат» толком не успевали, и зачастую сразу же бросали в бой без толкового снаряжения (особенно часто поговаривали о печальной участи корпуса монтерских ополченцев, погибших в битве под Трелисом). Даже паладинов, воинов Инноса, благословленных самим богом, осталась в лучшем случае половина от того количества, что насчитывалось в начале войны.

          Матиас совершенно не хотел идти куда бы то ни было, но служебный долг, ровно как и клятва Инноса, гнали его вперед. Да и, черт возьми, должен же он рано или поздно совершить качественный скачок в своей карьере! Судя по всему, противник не располагал большими силами, так что разобраться с ним не стоило большого труда. По крайней мере, теоретически.

          Пирацис сразу же отрядил паладина-подранка в арьергард, который должен был, по наскоро озвученному плану, сразу же взять под контроль обоз и, не вступая в бой, доставить груз провианта в Венгард. По дороге Матиас едва не споткнулся за другого рыцаря, прощавшегося со своим маленьким сыном, стоявшего в слезах и с деревянным мечом в руках.

          - Мы скоро вернемся, Сэмми, не плачь.

          - Но я тоже хочу с вами!

          - Оставайся!

          - Мама говорит, что ты погибнешь!

          - Погибну… Ха! Мы бьемся за свободу и Инноса! Нет никакой смерти! Если только битва…

          - Пойдем, быстрее! Парням из сборщиков податей нужна помощь! - прервал трогательное прощание Пирацис, хмурый, как небо над нордмарской плавильней.

          Вздохнув, отец похлопал по плечу своего сына, поправил висевший на поясе меч и почти бегом, нарушая все представления простолюдинов о высших слоях общества, направился в передовой отряд, по пути едва не столкнув старого мага Ромула в канаву с вонючей водой. Служитель Инноса, несмотря на знание шестого круга магии, отправился с Пирацисом по старой дружбе, обещая оказывать медицинскую помощь раненым бойцам и, в случае чего, пометать огненные шары в орков. Шел Ромул в арьергарде, рядом с Матиасом, но на вопросы паладина о состоянии дел в Венгарде он отвечать не хотел. Ну да и ладно.