Провинциалка в академии. Золушка для ректора

Глава 2

Настоящий момент…

Я готовила полугодовые отчёты к отправке в министерство магии, когда дверь приёмной с грохотом распахнулась и в проём просунулась…

… ель.

Верхушка ели, если быть точной. Раскидистые пышные ветви застряли в проходе. Из коридора донёсся полный озадаченности и непонимания голос:

– Странно… Я был уверен, что пройдёт.

Я на секунду обречённо опустила веки, крепче сжимая в руках плотный конверт с документами.

Сомнений не было: голос принадлежал моему непосредственному начальнику, и он… судя по всему, решил притащить в свой кабинет дерево. Его нам только и не хватало.

… о том, что скоро празднование Нового года, я благополучно забыла. Скажем так, потерялась в днях, несмотря на то что являюсь секретарём.

Надо признать, временами я бывала очень рассеянна и виртуозно умела игнорировать то, что меня совершенно не интересует. Господин Блэквул говорит, что это мой особый талант. Я ему верю…

– Что вы задумали на это раз? – вздохнула утомлённо, выходя из-за стола.

Стряхнула со свитера крошки печенья, прекрасно зная, что стоит ректору щёлкнуть пальцами, и они испарятся магическим образом.

– О, Лиза! – преувеличенно воодушевлённо отозвался он, пытаясь заглянуть в проём, но мешали колючие ветки. – Вы здесь? Надо же, какая неожиданность!

– Врёте вы всё так же паршиво, – хмыкнула, скрещивая руки на груди. –Признавайтесь. Думали, я пошла отправлять почту, и решили протащить в свой кабинет ЭТО? Полагаете, я бы не заметила?

– Вы два месяца не замечали мой новый галстук! – обвинительно воскликнул тёмный маг, пытаясь всё же впихнуть дерево.

– Он был ужасен, – парировала невозмутимо. – Я не хотела травмировать свою психику.

Из-за ели послышался смешок.

– В таком случае, ель тоже может нанести ущерб вашей психике. Не могли бы вы закрыть глаза и сделать вид, что ничего не видели? – с надеждой спросил он, перестав мучить несчастное дерево.

… в воздухе заискрилась магия. Она сильно отличалась от классической – светлой.

По полу стелились мрачно-дымчатые клубы.

Буквально на глазах ель уменьшилась до таких размеров, что легко помещалась в руках. И почему ректор не сделал этого сразу? На что он надеялся, вообще?

К слову, в этом мы с ним очень похожи. Оба временами неуклюжие, невнимательные и небрежные. Сначала делаем, а потом думаем. И, видимо, поэтому прекрасно понимаем друг друга. Иногда. А иногда я откровенно пугаюсь этого человека, настолько он может быть суровым.

… просто мороз по коже.

– Я знаю, что вы не любите Новый год, – словно оправдываясь, заговорил этот невероятный человек, вытворяющий порой необъяснимые поступки, – но я обещал Вирре, что в этом году мы нарядим ёлку вместе. Это мой первый большой праздник с племянницей…

… с тех пор, как у ректора появилась племянница – дочь его давно погибшего брата, он заметно изменился. Пожалуй, в лучшую сторону. Но в то же время стал слишком сентиментален, начал впадать в детство.

Настолько, что иногда мне хотелось отчитать его и поставить в угол.

– С чего вы взяли, что я не люблю Новый год? – поинтересовалась скептически, приподняв бровь. – Никогда не говорила подобного…

Губы ректора изогнулись в ироничной усмешке, отчего на гладко выбритых щеках появились ямочки.

«И давно они там?»

– Прошлый вы проспали, – менторским тоном изрёк он. – А в позапрошлом сказали, что если я притащу новогодние украшения, вы сожжёте их вместе с моим кабинетом.

– Не было такого, – ответила ровно, не дрогнув.

Ректор хитро сощурился и ткнул меня указательным пальцем в лоб.

– Да у вас начались проблемы с памятью, моя дорогая. Такая молодая девушка, а уже такие серьёзные проблемы со здоровьем, – сокрушительно покачал головой и целенаправленно зашагал в свой кабинет.

– Стоять. – От моего спокойного тона ректор почему-то сбился с шага и очень неуверенно повернулся.

– Что-нибудь ещё? – спросил, притворно улыбаясь.

Я склонила голову к плечу.

– Вы ведь снова увеличите это дерево, да?

– Да, – всё так же улыбаясь, отозвался он. Лишь чернильные глаза искрились мальчишеским весельем.

– И будете его украшать вместе с Виррой? Значит… и кабинет тоже? – прищурилась подозрительно. Ректор очень медленно кивнул. – Приёмную не трогайте, – предупредила, смиряясь с происходящим.

– Хорошо, – кивнул он, всё с той же приклеенной к губам неестественной улыбкой, и скрылся у себя.

– Что-то здесь не так… – пробормотала озадаченно и только когда покинула приёмную с почтовой сумкой, перекинутой через плечо, всё поняла.

В администрации творилось нечто невообразимое. Магистры, словно обезумевшие дети, вешали на стены гирлянды без всякой магии, рисовали на окнах, пихали ещё одно такое же колючее дерево в горшок.

Судорожно сглотнув, я подошла к стоящей на стремянке магистру по запрещённым чарам.

– Леди Грауд… – позвала страшным шёпотом. «Женщина в чёрном», как прозвали магистра ученики, обернулась через плечо, вопросительно промычав. – Что всё это значит? Мы готовимся к войне?

Магистр расплылась в добродушно-сочувственной улыбке.

– Почему сразу «к войне»? Новый год же, – беспечно пожала плечами и вернулась к своему занятию.

– Но в прошлом году мы ничего подобного не делали, – растерянно отозвалась я.

– В прошлом году в нашей академии не проходил бал-маскарад, – раздался насмешливый голос за спиной, заставивший меня повернуться.

Боевой маг в красном колпаке с белым помпоном смотрелся… в общем-то, привычно. Ему даже шло.

– Господин Марлок, – поздоровалась учтиво, склонив голову в поклоне. – Позвольте полюбопытствовать, а кто отдал приказ о его проведении?

Боевой маг, славившийся своим дурным характером, притворно задумался.

– Сложно сказать. Вам не по душе балы, Лизонька? – прищурился хитро, отчего я вздрогнула.

– Назовите меня ещё раз так… – вымолвила угрожающе, ощущая, как мутнеет перед глазами от бешенства.