Проводник для ведьмы

Глава 11 Заговорщики

Глава 11

Заговорщики

Конечно, поездка в монастырь меня совершенно не радовала, но очередное путешествие не радовало вдвойне. После того как я смогла окончательно прийти в себя после моего столь странного разговора с Хароном, едва не стоившего мне жизни, я оказалась вообще непонятно где.

Даже, не смотря на некую потерю зрения и полный упадок сил, до меня дошло, что сопровождение полностью поменялось. Да и темп езды тоже изменился не в лучшую сторону. В отличие от моих прежних соглядатаев, теперешние мало внимания придавали моему состоянию нестояния. Меня просто куда-то везли в очередном закрытом экипаже, только на этот раз без всяких объяснений. Хорошо еще, ночные кошмары канули в лету, как и последствия после переделки.  

А вот монастырь все больше отдалялся от моих чаяний и чаяний моих освободителей, в наличие которых я старалась верить. И пугало меня вовсе не отсутствие нужных людей, а мое состояние, в котором меня держали. Я практически ничего не видела, если не считать нечетких размытых образов, которые иногда мелькали перед моими глазами и только. А попытки пристального внимания только провоцировали тошноту и стойкое головокружение. Сама, наделенная способностями к лечению и знающая симптомы, терялась в догадках из-за поведения собственного организма. Влияния чужой магии на организм не чувствовала, хотя понимала, оно было, пусть и в ничтожных дозах. Напитки, отвары, еда, которыми меня потчевали, тоже не могли нести столь пагубного воздействия именно на органы зрения. Я хорошо разбиралась в ароматах приносимых мне блюд и не могла понять, что же происходит и кому выгодно мое беспомощное состояние.  

Про то, что произошло в палатке, меня никто не расспрашивал, из чего я сделал единственный вывод. Мне, находясь в бессознательном состоянии, удалось в кратчайшие сроки преобразовать тело снова в женское и полностью убрать следы воздействия Харона, уничтожив все видимые и невидимые последствия.

Что случилось с самим Хароном, не знаю, от него не было ни слуху, ни духу. Даже на мои прямые попытки найти его присутствие он не отвечал. Верить в то, что Харон исчез окончательно было боязно из-за его болезненной тяги к проявлению лицедейства и возможности выпрыгнуть из своего угла не в подходящий момент.

Зато кандалы на запястьях изменились по определению. Нет, воочию, я их так и не смогла толком рассмотреть, зато хорошенько ощупала и проверила имеющейся у меня в наличии свободной толикой магии. Они, как и прежние, добротно сдерживали мои магические силы, но несли несколько иную функцию, чем старые, по ощущениям. В отличие от казенных, наложенных в тюремных застенках, эти использовались именно как сдерживающий элемент, не дающий их носителю использовать все силы. Они совершенно не запирали мою магию на замок, просто давали иллюзию несвободы.

А раз с меня сняли столь заметную деталь, значит, похитители не принадлежали к партии короля и скорее всего, были именно противниками, имеющими в своем арсенале возможности по сокрытию преступников, изъятых у законников.

Очень хотелось надеяться, что это не сторонники Харона, так как после возвращения из небытия, у меня не было желания снова отдавать тело сумасшедшему Янусу, от которого я, надеюсь, избавилась с таким трудом. Сколько времени я находилась под присмотром уже иных соглядатаев, не имела ни малейшего понятия. Я несколько потерялась во времени и пространстве, и отсутствие нормального зрения только способствовало этому обстоятельству.

Каждодневная тряска и редкие остановки слились в один продолжительный день, прерываемый одним приемом пищи, пусть и обильной. Я много спала, стараясь во сне восполнить все треволнения тела и нервов. Для меня воспоминания о попытке Харона завладеть телом по-прежнему оставались самым ярким впечатлением недалекого прошлого и пока я не чувствовала проявления своего мучителя, старалась отдыхать по опыту зная, появится он не скоро. Харон не привык проигрывать, а потому где-то зализывает раны и копит силы для будущей изощренной мести.

Проснувшись в очередной раз, прислушалась к внешнему миру, который мне не был полностью доступен. Вроде бы ничего не происходило. Хотя нет, изменения все же были. Мы стояли. Получается, прибыли на место или ждем чего-то мне пока недоступного. Никогда не думала, что простое временное помутнение остроты зрения настолько ослабляет все инстинкты. Я ощущала себя слабой, едва ли не больной, хотя раньше со мной такого никогда не происходило, даже после того, как укоротили мои магические способности. Этот физический недостаток действовал на меня крайне болезненно. Из-за него я старалась больше спать, дабы не лишать себя надежды на полное излечение.  

Кроме человека, приносящего мне еду, ко мне никто больше не заглядывал, и я не знала полной картины моей временной слепоты. По крайней мере, мне хотелось думать, что слепота временная и все встанет на свои места, едва меня привезут в необходимое заговорщикам место.

И вот, по ощущениям, это время, наконец, наступило. Коляска, в которой меня везли, стояла. Я, настороженно прислушивалась к окружающему меня пространству, пытаясь понять, как действовать дальше.

Прошло где-то минут десять-двадцать, пока к моему убежищу соизволили подойти. Я напряглась, услышав чьи-то уверенные шаги, приближающиеся к моему убежищу. Дверца коляски со скрипом отворилась и ко мне заглянула расплывчатая фигура, облаченная в серные однотонные одежды. Цвета я пока толком не различала.

- Госпожа должна следовать со мной, - низкий мужской голос по тембру я не узнала. Видимо сменили моего основного соглядатая.