Прозрачное яблоко Авалона

Испытания

Элиза, сжимая в руке яблоко с прозрачной мякотью, светящейся изнутри, словно маленькая луна, и медальон с портретом Эрика, который согревал ее сердце, шагнула в темную пасть подземелья. Воздух тут же стал влажным, прохладным, с запахом сырости и камня. Стены подземелья, словно гигантские чудовища, давили на нее своим весом, а тишина, густая и тягучая, была похожа на предвестника грозы.

- Сиенна, ты чувствуешь, что здесь? – шептала Элиза, сжимая амулет. – Это место… оно пропитано мраком, словно древний гроб.

- Да, – отвечала Сиенна, невидимая днем, но в этом темном царстве ее голос звучал как звон колокольчиков, рассыпавшихся по небесной синеве, – здесь пахнет страхом и отчаянием. Но я чувствую и силу, и волю, и надежду. Мы отыщем меч, Элиза. Мы спасем Эрика.

В подземелье было холодно, хотя осеннее солнце все еще грело землю. Но холод этот был не просто от влажности, а от мертвой тишины, от уходящей жизни, от забвения, которое висело в воздухе тяжелым туманом.

Элиза, оглядываясь по сторонам, видела призрачные тени, которые плясали на стенах, словно духи ушедших воинов, хранивших тайны этого места. Она чувствовала, как её сердце стучит все быстрее и быстрее, словно барабан в преддверии битвы.

- Смотри, Элиза, – прошептала Сиенна, – перед нами раздвоение пути. Куда идти?

- Слева – темный коридор, покрытый паутиной, словно каменный гроб, – ответила Элиза, – а справа – проход, озаренный тусклым светом, как в забытой пещере.

- Слева – путь молчания, – сказала Сиенна, – а справа – путь испытаний. Мы должны выбрать свой путь, Элиза. Какой из них приведет нас к мечу?

- Я выбираю путь испытаний, – решительно сказала Элиза, – путь молчания – это смерть. А мы не хотим умирать. Мы хотим жить.

***

Элиза сделала шаг в проход, озаренный тусклым светом, и в этот момент увидела его – Гратина, мушкетера, посланного Морганой, чтобы препятствовать ей. Он стоял перед ней, с выражением злости на лице, словно воин, готовый к битве. Его шпага блестела в тусклом свете, готовая убить и уничтожить.

-Ты не пройдешь, девушка, – сказал Гратин, его голос был хриплым от жажды, – Королева приказала мне остановить тебя. Ты не доберешься до меча, и Эрик останется в Авалоне на веки.

- Я не отступлю, – ответила Элиза, ее глаза блестели огнем решимости, – я пойду до конца, чтобы спасти своего любимого. И ты не сможешь меня остановить.

- Ты не знаешь силы Королевы, – сказал Гратин, – она может все. Она может превратить тебя в камень, в пепел, в пыль.

- Я не боюсь, – ответила Элиза, – у меня есть то, чего нет у нее. У меня есть любовь, и она сильнее всего на свете".

- Любовь – это слабость, – прошипел Гратин, – а сила – это мощь. Она победит твою любовь, она уничтожит все, что тебе дорого.

Гратин взмахнул шпагой, и Элиза, с вскриком, отскочила в сторону. Шпага пролетела мимо нее, оставив за собой след из пыли и камней.

- Ты думаешь, что можешь остановить меня этим железным куском? – сказала Элиза, её голос звучал холодно и уверенно, – я пройду через все препятствия, чтобы вернуть Эрика. Я не отступлю.

Сиенна, невидимая для Гратина, взмахнула волшебной палочкой, и вокруг Элизы закружился вихрь из ветра и пыли. Гратин, потеряв ориентир, зашатался и упал, ударившись головой о камень.

- Я не допущу, чтобы ты убивал Элизу, – сказала Сиенна, ее голос звучал холодно и безжалостно.

- Ты не можешь меня остановить, – прохрипел Гратин, прижимая руку к голове, – я служу Королеве, и я должен выполнить ее приказ.

- Ты ошибаешься, – сказала Сиенна, – ты не служишь Королеве. Ты служишь своему страху. И этот страх уже тебя победил.

Сиенна взмахнула палочкой еще раз, и вокруг Гратина завертелся вихрь из воды. Гратин, захлебываясь, пытался встать, но вода тянула его вниз, в бездну, где уже не было ни жизни, ни света, ни надежды.

Элиза, оглядываясь на ушедшего Гратина, почувствовала ужас и жалость. Но она знала, что он был просто пешкой в игре Морганы, и она не могла ему помочь.

- Он был не виноват, – сказала Элиза, – он просто следовал приказу.

- Да, – ответила Сиенна, – но он выбрал путь мрака. И это было его решением.

***

Элиза сделала шаг вперед, и перед ней открылся темный коридор. Он был узким и длинным, словно кишечник земли. Стены его были из грубого камня, и на них не было никаких украшений, только глубокие трещины, словно шрамы от древних битв.

- Этот коридор – проход в прошлое, – сказала Сиенна, – он ведет к гробу короля Артура, но он опасен. В нем спрятаны тайны, которые могут убить. Ты должна быть осторожна.

Элиза сделала шаг в коридор, и в этот момент она почувствовала, как время начинает играть с ней в свою игру. Она увидела, как перед ней промелькнули образы прошлого: Король Артур, его рыцари, их великие битвы, их славные победы. Она увидела, как король Артур лежит в гробу, и его меч лежит рядом с ним, сияющий в темноте, словно звезда.

- Этот коридор – не просто проход, – сказала Сиенна, – он – портал времени. Он может перемещать тебя в другие эпохи, в другие миры, в другие жизни.

- Я не боюсь, – сказала Элиза, – я должна пройти через все испытания, чтобы спасти своего любимого.

- Я чувствую нечто нехорошее, – прошептала Сиенна, – нечто великое и опасное близко.

Внезапно коридор задрожал, и из его стен появились драконы, их глаза горели огнем, а их дыхание было как извержение вулкана. Их было трое. Первый дракон - был величественный, словно гора, покрытая изумрудной чешуей. Его чешуя переливалась всеми оттенками зеленого, от нежно-салатового до глубокого изумрудного, словно мозаика драгоценных камней. Его крылья, широкие и мощные, словно паруса корабля, были украшены золотыми жилками, которые переливались на солнце, как узор из драгоценных металлов. Его глаза, огромные и золотые, словно два солнца, смотрели на мир с мудрой и спокойной силой.

Второй дракон - тонкий, изящный, словно пламя. Его чешуя, красная, как рубин, переливалась яркими оттенками красного, от нежно-розового до темно-бордового. Крылья его были тонкие, словно ткань из пламени, и оставляли за собой шлейф искрящегося дыма. Его глаза, яркие и пронзительные, как две звезды, горели огнем, и в них можно было увидеть неистовый характер и безрассудную отвагу.