Прозрачность

Глава 10, часть 2

Часом ранее, проснувшись, юноша уже пробовал заходить в другие комнаты, но успел побыть лишь в двух или трех гостевых помещениях, не пытаясь исследовать их более тщательно, чем лишь для удостоверения, что там нет людей.

И Соа примерно запомнил, в какой стороне находилась его спальня, и в какой — столовая. В голове проложив примерный маршрут, юноша выдвинулся вперед и открыл первую дверь. Как и раньше, ему приходилось держаться стены и двигаться, держась за нее или другие предметы мебели. В первой комнате был лишь пустой стол, кресло перед ним и кровать. Ориентироваться было сложно, много пустого пространства не давали юноше возможность свободно передвигаться. Чтобы найти шкаф или тумбочку ему пришлось почти что ползать по стенам и полу, но единственное, кроме стола, на чем могло лежать хоть что-то, были две полочки. На одной стояла пустая шкатулка для благовоний.

Выйдя в коридор и сделав мысленную пометку мелом на пройденной комнате, И Соа двинулся дальше. Обойдя более пяти помещений, юноша ничего нового не нашел. От продолжительных ползаний он уже начал уставать, поэтому, оказавшись в следующей, И Соа просто опустился на пол, чтобы немного перевести дух.

Пленник справедливо полагал, что ничего интересного он найти не сможет. Вряд ли его похитители рискнули бы оставлять ему хоть что-то ценное. В худшем случае ему придется рассмотреть возможность побега через окно, но И Соа даже не знал, на каком этаже сейчас располагаются его апартаменты.

Впрочем, юноша даже не был уверен, можно ли называть его положение «пленом».

Когда дыхание выровнялось, а конечности прекратили сильно ныть, И Соа с интересом провел ладонью по полу: половицы во всех предыдущих комнатах здесь сменились на широкую плитку. Стало теплее. И Соа поднялся на ноги. Уже привычно шагнув вперед и ожидая наткнуться на стол, юноша наткнулся лишь на воздух и, нелепо взмахнув руками, споткнулся. И Соа издал тихий звук на выдохе и в своем падении успел зацепиться за что-то, стоявшее рядом. Тяжелое и громкое.

Грузно упав на бок, юноша повалил на себя некую металлическую стойку, на которой что-то висело, которая моментально взорвалась оглушительным перезвоном, от которого у И Соа заложило уши. Совершенно потеряв любые ориентиры, юноша ощущал вокруг себя лишь звон, стоявший, казалось, во всем доме, как сотня железных балок били бы друг по другу. По спине И Соа застучали многочисленные металлические предметы небольшого размеры, но что именно, понятно не было. Инстинктивно прикрыв голову, юноша пережидал град несильных ударов: стукаясь друг о друга, о каменную плитку и снова друг о друга, они создавали нескончаемое эхо. И лишь наконец стихнув, оно позволило И Соа приподнять голову.

Тихий перезвон раздался вновь. Тогда И Соа оперся на руку, но даже от такого малого движения вся комната на секунду снова наполнилась звуком, на этот раз намного тише. И Соа медленно завел руку за спину.

Его тело оказалось погребено под сотней небольших колокольчиков, скрепленных тонкой прочной нитью и начинавших звенеть от любого движения. Осознавая это, И Соа, уже спокойно игнорируя шум, выпутался и проследил по колокольчикам, откуда они начинались. Как он и предполагал, металлическая стойка, которую он задел, и была тем, к чему колокольчики крепились.

Поморщившись, И Соа поднялся и отошел обратно к стене. Эта комната определенно отличалась от предыдущих: следовало быть более аккуратным и внимательным. Так что теперь юноша медленно небольшими шажками шел вдоль стены, намереваясь для начала обойти все по периметру.

Первая сторона уже оказалась больше, чем обычно. Стены также отличались наощупь, их шершавость сразу привлекла внимание. Но шершавость эта была не от случайных неровностей, она была намеренной, и юноша смог проследить пальцами единую линию, уходящую в какой-то узор, но что именно он изображал, понять было сложно.

И Соа дошел до угла. Угол этот не походил на обычный, да и углом то его сложно было назвать, ведь стены мягким полукругом заворачивались и переходили на другую стену. Шла она не под прямым углом, а чуть шире. Комната формой отличалась от общепринятых. Пройдя еще один подобный поворот, юноша уловил странный звук, напоминавший какое-то потрескивание. И без того медленный шаг замедлился еще сильнее, И Соа прислушался. Треск не становился ни громче, ни тише, и сложно было узнать его, но все встало на свои места, когда И Соа прошел вперед еще несколько шагов: стало намного теплее, а загадочный треск теперь явственно напоминал треск костра. Камин? Юноша протянул руку вперед, и, чем дальше он ее протягивал, тем большим теплом ее обдавало. Он не стал играть с судьбой и дожидаться, когда его пальцы обожгут языки пламени. От камина шел слабый-слабый и почти неуловимый приятный запах, но И Соа не смог узнать его. Хмыкнув своим мыслям, И Соа представил огромную ароматическую свечу заместо камина и покачал головой.

К слову о свечах... Долгожданная мысль проскочила в голову юноше, и он вспомнил, что, проснувшись, нащупал зажженную — в отличие от всех остальных в гостевых пустующих комнатах — ароматическую свечу.

Решение оставить комнату с камином на потом было принято не сразу, слишком уж И Соа жаждал изучить ее как следует перед тем, как уйти. Но вслепую делать это было совсем несподручно и велик шанс, что он снова опрокинет что-нибудь, на этот раз намного тяжелее и опаснее. Оставалось лишь надеяться, что у него окажется достаточное количество воска. Во всех остальных баночках воск лежал лишь тонким слоем на дне, и в худшем случае юноше придется снова бродить по всем комнатам и вышкрябывать остатки.

Последнее, о чем думал И Соа сейчас — за его ползаньями все это время могли беспрестанно наблюдать. Юношу это не столько смущало, сколько... Может быть, и правда смущало. Но ничьего дыхания или шороха одежд он не слышал.

Обратный путь вышел зигзагообразным: И Соа решил не искать столовую, а вернуться в свою комнату напрямую, так что ему пришлось идти еще не изведанным путем. Доселе прямой коридор сменился небольшой лестницей, в три ступеньки, и оборвался впервые закрытой дверью.