Они начали встречаться. Тайно. От себя, от окружающих. «Обсуждение проекта», «рабочие встречи» — эти формулировки никого не обманывали, особенно самих них.
Леонид показал ей свой мир: закрытые клубы, вернисажи, благотворительные балы. Алиса пыталась вписаться, но чувствовала себя этнографом на чужеродной церемонии. Ее искренность раздражала, смущала, а иногда — цепляла. Кто-то из «друзей» Леонида начал звать ее «наивным дикаркой», но за глаза.
Однажды на приеме Карина «случайно» опрокинула бокал красного вина на платье Алисы. Дешевую, но единственную вечернюю одежду, которую та с трудом нашла в секонд-хенде.
— Ой, какая неловкость! — сладко сказала Карина. — Но, милая, тебе все равно пора бы обновить гардероб. Это платье... оно из прошлой жизни.
Алиса покраснела, чувствуя на себе десятки любопытных взглядов. Леонид подошел, снял пиджак и накинул ей на плечи.
— Оно прекрасно, — сказал он твердо, глядя на Карину. — Как и его хозяйка.
В машине по дороге домой Алиса молчала.
— Прости, — наконец сказал Леонид. — Она...
— Она права. Я здесь чужая. Ты пытаешься впихнуть меня в свою жизнь, как квадратный колышек в круглую дыру. И ломаешь меня.
— Я не хочу тебя ломать. Я хочу... — он замолчал, не находя слов.
— Что? Спасти? Облагородить? Это тоже форма высокомерия, Леонид.
Он остановил машину у ее общежития. Грязь, разбитые фонари, запах сырости.
— Я не могу это принять, — резко сказал он. — Ты талантлива. Ты заслуживаешь большего. Позволь мне дать тебе это.
— А если я хочу заработать сама? — тихо спросила она. — Если я хочу, чтобы ты любил меня, а не свой проект по «социальному лифтингу»?
Он не ответил. Он поцеловал ее. Впервые. Это был поцелуй отчаяния, гнева и невыносимого влечения. Миры смешались, и на мгновение исчезли социальные пропасти.
Отредактировано: 28.12.2025