Прядущая

Часть 1.

Заранее прошу прощения за ошибки, которые вы найдете в тексте)

— Ни зги не видно, — девушка всматривается вдаль, стараясь хоть что-нибудь разглядеть. Стекло от ее дыхания запотевает на пару секунд: снаружи холодно и очень сыро.

Дождь льет потоками. Стекая тугими струями, кнутом хлещет по окнам непрекращающимся водопадом. Впереди стена, через которую очертания деревьев кажутся неясным пятном. Листья не выдерживают порывов ветра и падают на дорогу, еще совсем зеленые. Осень через два месяца. До начала учебного года осталось совсем ничего: дней двадцать восемь, а то и меньше.

Весса провела рукой по запотевшему стеклу, стирая капли. Погода никого не жалеет.

Изредка проблеск молнии освещает кабинет. В сезон дождей здесь всегда царит приятная полутьма. Несколько пар свечей сиротливо стоят в разных уголках просторного помещения и скорее служат ориентиром, нежели действительно освещают пространство. Высокие окна с переплетами шпросов бросают на пол причудливые тени, превращая кабинет в гигантскую шахматную доску. Здесь вместо фигур — столы. Их около десяти на каждого куратора: направление не очень популярно.

«Прядильщики» — пренебрежительно отзываются о них коллеги. В отличие от боевых магов и чародеев, прядущие всегда оставались в тени, хоть порой и держали весь бой на своих нитях. Их считают бесполезными, прячущимися за чужими спинами — второсортными бойцами арьергарда. Словно позиция на поле боя определяет ценность волшебника.

Нелепый предрассудок, ведь именно прядущие первыми поднимали защитные барьеры, опутывали врагов невидимыми путами, подпитывали союзников магическими нитями.

Однако справедливости ради стоит сказать, что специфика этого вида магии весьма существенна. Сложная технология магических нитей: пусть они и прядут практически любые заклинания, но из-за траты времени и высокой концентрации мало эффективны, когда дело доходит до ближнего боя. Неподвижный маг — легкая мишень для подобравшегося врага. После войны их остались единицы, но те немногие, кто выжил... Прядущие, что прошли войну, входили в Первый круг сильнейших волшебников. Подобный маг ценнее роты солдат.

У одного из таких Весса проходит практику на должность преподавателя в академии. Ей понадобилось десять лет бесконечных тренировок, чтобы попасть сюда. Слезы и бессонные ночи — лишь малая часть платы для достижения цели. Сбитые в кровь пальцы, когда магические нити рвали плоть сквозь плотную кожу перчаток, заклинания, распадающиеся на глазах от малейшей дрожи в руках. Именно благодаря своей целеустремленности она сидит сейчас на широком подоконнике, кутаясь в мягкую шерстяную накидку, и раздумывает о том, что ее ждет дальше.

С наступлением нового учебного цикла все факультеты приглашают волшебников на экзамены, успешно пройдя которые можно стать практикантом. Все стажеры, в зависимости от выбранного направления, прикрепляются к определенным преподавателям, которые следят за прогрессом и раздают задания.

На самом деле они скорее являются помощниками наставников и помогают выполнять весь непосильный объем работы. Официально — обучение под руководством мастера. По факту — латание дыр в расписании, проверка сотен пергаментов и вечные ночные дежурства. Чаще по окончании стажировки, что длится около 50 лет, отличившиеся получают приоритетное право стать новыми преподавателями в стенах академии. Желающих обучать подрастающее поколение немного, поэтому это полезный симбиоз, как для академии, так и для стажеров.

Послевоенное время уже почти сошло на нет, и многие страны активно взаимодействуют друг с другом. Война между расами, длившаяся более восьми тысяч лет, окончилась пятьсот лет назад подписанием Единого мирного соглашения.

Теперь эльфийские послы пьют вино с гномьими старейшинами в сверкающих залах Имперского конклава. Фэйри, чьи предки задыхались в подземных туннелях, теперь торгуют магическими кристаллами с людьми — теми самыми, что когда-то отравили почву подземного мира.

Но Весса понимала: мир здесь держался не на доверии, а на усталости. На том, что даже бессмертные души устают ненавидеть.

Академия была живым памятником этой усталости. Местом, где дети вчерашних убийц, да и сами участники битв, сидели за одними партами, стискивая зубы, чтобы не выкрикнуть проклятия. Где каждый жест вежливости был замаскированным оскалом, а каждый урок истории — напоминанием о том, как легко всё это может рухнуть.

И все же представители каждой расы решили сотворить совместное будущее. Мирное сосуществование и общее благополучие являются одними из приоритетных задач. Все стороны пришли к соглашению о сотрудничестве, однако до сих пор ходят ожесточенные споры вокруг одного конкретного способа.

Речь об этом месте, где на данный момент все расы тренируются и учатся вместе в течение определенного времени. Академия — это место, созданное ради поддержания хрупкого мира после войны, куда главы, несмотря на недовольство, отправляли своих детей в качестве гарантии о ненападении.

Наладить коммуникацию с представителями других видов оказалось нелегко. До сих пор возникают споры на почве расовой принадлежности. В аудиториях, предназначенных для мирных дискуссий, до сих пор вспыхивают драки — достаточно одного косого взгляда, одного случайного оскорбления, произнесенного на родном языке. Из-за затяжной войны многих переполняет недовольство друг другом. Будучи врагами вчера, сегодня они вынуждены делать вид, будто ничего не было.