Пряники с медом, или Легенда о Снежном псе

ГЛАВА 9, в которой описывается вокзал – место для встреч, но не для зрелищ

На вокзале Груембьерра царила суета и хаос. Двери ежесекундно хлопали, с перрона вваливались пассажиры, жаждущие за время короткой стоянки купить пирожки или выпить горячего чая. Они топали ногами, отряхивались от снега, потирали озябшие руки и спешили к маленькому угловому буфету. Другие пассажиры сидели на сиденьях в ожидании поезда, не желая выходить раньше времени на обледенелый, продуваемый всеми ветрами перрон.

Роззи, стоя в середине зала, чувствовала себя полководцем, руководящим отступлением. Двое молодых людей, один долговязый, в драповом пальто с меховым воротником, другой - невысокий рыжеволосый молодой человек в большой лохматой шапке, преданно заглядывали Роззи в рот. Долговязого звали Филлип, а рыжий откликался на имя Вернон.

– Сначала несите свернутые декорации, затем мебель. На одной повозке все не увезем, – решительно отдавала приказы Роззи.

– Ну и сколько это будет продолжаться? – посетовал долговязый Филлип, изгибаясь в сторону Роззи знаком вопроса. – Это уже второе место, откуда нас гонят. Ну перевезем мы все на портовый склад. А вдруг и оттуда нас попросят удалиться?

– Я имела с ниссом Эдмарусом конфиденциальную беседу, – чуть понизив голос, сказала Роззи, отчего молодым людям пришлось склонить к ней головы в попытке услышать хоть что-то в вокзальном шуме, и Филлип стал еще больше напоминать вопросительный знак. – Начальник порта сказал, что до открытия весеннего судоходства склады будут пустовать, так что мы можем их использовать для нашего спектакля безо всяких проблем.

– Ну да, так и директор школы говорил, – хмыкнул Вернон, – а потом начальник вокзала.

– Вы предлагаете бросить нашу затею? – строго поинтересовалась у молодых людей Роззи. – Ну уж нет! Мы полгода тренировались. Костюмы шили. Столько сил и души в наш спектакль вложили. Будем обустраиваться на складе. Из порта нас так легко не выкурить. У мэра не будет объективной причины для отказа.

– Он может найти и субъективную. Да просто высосанную из пальца, – не согласился Вернон.

– У нас нет другого варианта, – развела руками Роззи. – Я обошла все хоть сколько-нибудь просторные помещения в Груембьерре, но никто не захотел с нами связываться. Это все происки Мэгги.

– Что ж, – развел руками Вернон. – Тогда будем играть среди бочек из-под селедки и угольных куч.

Все трое молодых людей переглянулись и тяжело вздохнули.

– Если бы не эта чертова Мэгги!.. Ведь собиралась уехать из города на это время! – проскрипела зубами Роззи.

– Так-так! – раздалось за спиной у шушукающейся троицы. – Кого это тут в очередной раз просят с вещичками на выход?

Театральные соратники вздрогнули и обернулись.

Прямо за их спинами стояла Мэгги со своей подругой Анни. На Мэгги была пышная серебристая норковая шубка и бархатная шляпка в тон. Зеленые глаза Мэгги просто излучали злорадство, а на губах расплывалась ехидная улыбка. Ссутулившаяся за ее спиной Анни еле слышно поздоровалась с Роззи и замолчала, предпочитая, по своему обыкновению, не вмешиваться в разговор.

– Кого это тут метут поганой метлой изо всех уголков Груембьерра? – продолжала изгаляться Мэгги. – Кто тут у нас оказался не пришей кобыле хвост?

– Мы найдем место для своей постановки, – сверкнула глазами Роззи. – И сыграем спектакль. Наперекор всем завистникам.

– Ой! Да чему тут завидовать! – запела Мэгги, апеллируя к своей подруге, и Анни верноподданически закивала головой. – Артисты погорелого театра! А во главе его отставной козы барабанщица!

И смех Мэгги серебряным колокольчиком разнесся под сводами вокзала. Роззи выпрямилась.

– Что, Мэгги, зависть глаза застит? Тебя не взяли, вот ты и исходишь желчью?

– Ой да кому вы нужны? – отмахнулась рукой красавица. – Если я захочу, то такой спектакль устрою, что вам и не снилось! Такой, что обо мне столичные газеты писать будут. Не так ли, нисс Бэкспид? – повернулась назад Мэгги.

Тут только Роззи и ее друзья увидели, что Мэгги находится в обществе высокого импозантного нисса. Нисс был одет в длинное пальто с пышным бобровым воротом. На голове нисса была шляпа, а в руках саквояж. Покрой одежды обличал в нем столичного жителя, а то, с какой небрежностью нисс опирался на трость, вкупе со снисходительным взглядом чуть выпученных голубых глаз, показывало, что нисс прекрасно осознает важность и ценность своей персоны для мироздания.

– Абсолютно ве… Вы глаголете истину, нисса Мэгги, – любезно заметил столичный нисс и чуть наклонил голову в ее сторону. – Нельзя было бы сказать лучше.

Мэгги задрала нос и с гордостью окинула троицу друзей взглядом.

– Это что еще за фрукт? – недоуменно шепнул Вернон Роззи и Филлипу.

Ответ на этот животрепещущий вопрос воспоследовал незамедлительно. Сквозь толпу пассажиров колобком прокатился градоначальник собственной персоной и, отдуваясь, стал раскланиваться с приезжим.

– Папа! Ну где ты пропадал? – возмутилась Мэгги, но тут же сбавила обороты визгливости и, налившись сладкой, как патока, улыбкой, представила новоприбывшего мэру: – Это нисс Бэкспид, известный актер из столицы, которому я писала по объявлению… Ну ты помнишь?

– Помню, деточка, – с тоской сказал мэр, глядя на актера, как на свалившуюся ему за шиворот охапку снега.