Прыжок за мечтой. Шинни

Глава 4

Глава 4

Он нёсся с автоматом в руках по лесу, пытаясь догнать убегающую Катю. Она играет в догонялки, смеётся, и не знает, что вокруг немцы, что идёт война. Ей весело. Вокруг лежат убитые красноармейцы, а она будто их не замечает. Бежит, на ходу успевает рвать ромашки. Лёгкое ситцевое платье порхает на ветру и кажется, что она не бежит, а летит. Вот только это не та Катя, а та, которую он любил когда-то давно, в прошлом. Вот она останавливается и оказывается Нюрой. Тревожно смотрит на Костика и пытается показать пальцем ему за спину. Костик оглядывается, а там убитый Звягин, вылезает из-под земли и щерится порванным ртом: живы будем – не помрём!

  Костик пытается закричать, но чьи-то руки перехватили горло и крик застрял внутри. Он встречается с ухмыляющимся Топушковым и пытается освободиться от удушающего захвата, но раздаётся крик и…

Костик резко сел в кровати, со лба тёк пот, вся исподняя рубаха пропиталась потом. Сглотнул и тяжело выдохнул. Приснилось. Протёр рукавом лицо. Комната. Кровать у стены, окно завешено простыми однотонными шторами. Деревянный шкаф для одежды, покрытый морилкой, с дверцами, в которые вставлены стёкла. Рядом комод, покрытый белой вязаной скатертью с узорами. На скатерти в ряд пять маленьких слоников и фотография в деревянной самодельной рамке. Костик пригляделся и узнал тётю Шуру рядом со статным молодым парнем с богатым чубом. Глаза прищурены, на лице улыбка. Тётя Шура тоже улыбается. Довоенное фото.

- Проснулся? – тётя Шура смотрела ласково и с улыбкой. – Как голова? Не болит?

- Мне в Москву лететь на игру! – опустил ноги на пол Костик, ища глазами одежду.

- В таком виде? Ты на себя в зеркало смотрел? Развелось ныне шпаны, пройти по улице опасно стало.

Костик подскочил и увидел на стене у входа в комнату, зеркало. Квадратное, нижний уголок треснул. Огромный синяк на пол-лица. Там, где оставалась полоса после стычки с непонятным, наверное, сумасшедшим уголовником, виднелась новая полоса. Теперь две, практически параллельные раны украшали лицо.

- Я думала, что алкаш, какой лежит. Нажрался и воткнулся головой в снег. Подошла, а это ты. Принесла домой, компрессы поставила, вроде ничего не сломано. Как себя чувствуешь?

- Нормально, - прошептал Костик и скинул мокрую рубаху.

- Ты уж, племянник, прости, что твоё всё сняла и постирала. Это рубаха от моего, - голос у неё дрогнул.

- Спасибо, тётушка. Главное, кости целы. Плечо немного болит и раны на лице саднят, а так нормально. Сколько сейчас времени?

- Ночь ещё. Пойдем, полью тебе, окупнёшься и спать ложись. К нашим шёл?

- Не дошёл только, - ответил Костик. – Завтра к обеду надо быть на базе команды. Поедем с ЦДКА играть.

- Ты вон, хорошо подготовился, - тётя Шура ушла на кухню.

В расположение команды Костик приехал вовремя и на входе был встречен Румянцевым и Звонарёвым.

Виктор присвистнул.

- Основательная подготовка к игре!

- Александров! Это что такое? – у тренера даже шапка поднялась кверху. – И как я такого красивого повезу в столицу? Ты головой иногда думай! Переломы, ушибы?

- Всё нормально, Александр Иванович! Я в полном порядке!

- Давай к врачу! Что он скажет, то и будет! – Румянцев глубоко и нервно вздохнул. – Чую неприятности будут.

- Костя, рапорт написать придётся. Что и как было, - вклинился Звонарёв.

- Понятно, - кивнул Костик и побрёл в санчасть.

И только взялся за дверную ручку кабинет санчасти, как его окликнули.

- Александров? Ну, конечно! Кто же ещё? Опять кого-то из команды бил? Теперь я так этого не оставлю! – Шалошко, радостно потрясая кулаками, умчался по коридору.

Переполох, который устроил Шалошко, дошёл до генерал-лейтенанта Курдюмова. В итоге было решено сержанта Александрова, до выяснения всех обстоятельств дела, оставить в Новосибирске. Румянцев был зол, ходил к Курдюмову, но тот лишь разводил руками. Дисциплина, служба.

В итоге команда в столицу на четвертьфинал с командой с ЦДКА улетела без Александрова.

Костик написал рапорт, был допрошен  по обстоятельствам дела. Следователь доехал до тёти Шуры и взял её показания, а утром следующего дня был арестован Топушков.

- Так это, товарищ начальник…

- Гражданин начальник, - поправил его следователь.

- Так это, товарищ гражданин, он сам на нас накинулся и сразу в морду.

- Ты же говорил, что один был!

- Я один был и он один был. Как меня увидел, сразу с кулаками. Я его предупреждал, что я контуженный и за себя не ручаюсь, так он как зверь налетел, ничего не слышит. Пришлось ударить.

- Ага, несколько раз ногами. Вас послушать, Топушков, то вы белый и пушистый, а Александров бывалый уголовник.

- Так он сидел? Не знал.

- Топушков, хватит дурочку из себя корчить. Кто ещё принимал участие в избиении?