Псих на мою голову

Глава 4. Не надо мне ваше «Спасибо».

Николь.

Проснувшись утром, я долго брожу по квартире, пытаясь восстановить в памяти все подробности вчерашнего вечера. Чем больше думаю о случившемся, тем более нереальной кажется вся ситуация.

Ну не бывает таких родителей, как Иван. Я думала, такие экземпляры давно перевелись — они вымерли вместе с мамонтами в прошлом тысячелетии. Конечно, я понимаю: люди разные, и идеализировать их бессмысленно. Но этот человек… он прямо за гранью здравого смысла и добра.

Наконец добравшись до кухни, завариваю себе кофе и, сделав первый глоток у окна, понимаю: никакого удовольствия он не приносит. Перед глазами — картина, которая кого‑то могла бы умилить, а детей и вовсе обрадовать. Но только не меня, ведь мне придётся откапывать машину. Снега навалило до колена…

Громко вздохнув, отставляю чашку и иду одеваться. Если буду тянуть, то опоздаю в институт. В моём случае студенты, конечно, будут только рады, а вот руководство — совсем наоборот.

Кроме того, что мне почти тридцать и я всё ещё учусь в университете, я одновременно являюсь младшим преподавателем этого же университета, только на другой кафедре. Вот такой я вечный студент.

Учиться мне действительно нравится. Родители поддерживают мои стремления и ни в чём меня не ограничивают. Да, какие‑то деньги я зарабатываю сама, но основную часть расходов по‑прежнему покрывают они. Зарплата младшего преподавателя философии не так уж велика…

Сколько себя помню, я всегда была такой: много читала, ходила на всевозможные кружки. После окончания школы — конечно же с золотой медалью — я решила проявить самостоятельность и доказать родителям, что способна сама выбирать, кем быть и чему учиться.

Мама у меня преподаватель философии, а папа, кроме того что преподавал политологию, позже стал деканом кафедры «Социальных и гуманитарных наук». Поэтому я решила пойти от противного и поступила на экономический факультет.

Доучившись до четвёртого курса и получив диплом бакалавра, я всё‑таки пришла к выводу: точные науки — это мои муки. Следующим шагом стало получение второго высшего образования.

С философией я была на «ты». Мне всегда были интересны рассуждения о смысле жизни, свободе воли и природе человека. Я легко ориентировалась в текстах, которые большинству казались скучными и непонятными.

Учёба давалась мне легко, а диссертация стала настоящим вызовом, который я приняла с азартом. Защита прошла успешно, и вскоре я уже работала младшим преподавателем на кафедре философии. Мне нравится объяснять студентам сложные вещи простыми словами, видеть, как у них загораются глаза, когда они вдруг понимают то, что раньше казалось сложным и недоступным.

Большинство считает философию ненужным предметом, но именно с неё начинается становление личности, формирование мировоззрения и развитие критического мышления.

Со временем я почувствовала, что философии мне мало. Она даёт ответы на глобальные вопросы, но не всегда помогает разобраться в конкретных человеческих судьбах. Отсюда я сделала вывод: там, где есть два высших образования, легко может появиться и третье. И теперь, заканчивая обучение, готовлюсь писать диплом, который, надеюсь, станет мостиком между двумя моими мирами — философией и психологией.

Как я вижу своё дальнейшее развитие? Работу в университете я однозначно бросать не собираюсь, но как вариант рассматриваю открытие частной практики, связанной с психологической помощью проблемным семьям.

Дима с его… «Дураком» могли бы стать прекрасным началом моей карьеры. Интересно, может «Дурак» — это фамилия? Хотя, кто вообще записывает контакт отца в телефоне по фамилии? Обычно — «папа», «батя», «отец». А тут — «Дурак»… Странные они, ох и странные.

С этими мыслями я надеваю тёплую дутую куртку, высокие сапоги и выхожу из дома на снегоборьбу. Настроена откопать свою машину и поехать на работу именно на ней — ни на такси, ни тем более на общественном транспорте. Только вот придётся придумать, где её припарковать, чтобы отец не увидел, иначе влетит мне…

Выходя из подъезда, сразу прикрываю рукой глаза: яркий белый снег режет, доставляя неприятный дискомфорт. Ступеньки ещё не почищены, из‑за чего их почти не видно. Хватаюсь за поручень и, нащупывая каждую, медленно спускаюсь вниз.

Прокладываю себе путь, словно ледокол, раздвигая снег ногами в разные стороны. На удивление, дорога уже почищена — видно, что недавно проезжал трактор. Только вот сделал ли он лучше? Отвалы снега такие высокие, что прежде чем я доберусь до багажника, придётся преодолеть целую дистанцию с препятствиями.

Самое забавное — лопата у меня есть. И, конечно же, лежит она именно там, в багажнике.

Откуда у младшего преподавателя философии лопата? Осталась от бывшего — своеобразное «наследство». Всё забрал, а о ней забыл. Так с прошлого года она и лежит в машине.

Да‑да, из меня ещё тот автолюбитель: всё, что мне действительно нужно, спокойно помещается в салоне.

Добравшись до багажника, достаю ключ из сумки и… роняю его прямо в сугроб.

— Вот чёрт! — говорю так громко и с таким отчаянием, что спугиваю голубей, бродивших неподалёку у мусорных контейнеров.

Наклоняюсь и запускаю руку в снег, пытаясь проследить путь ключей. И, по закону подлости, они оказываются почти на самом дне.