Псих на мою голову

Глава 13. Поговорим?

Николь.

Подъезжаем к моему дому. Машина плавно тормозит, но я чувствую напряжение Ивана — будто пружина внутри него готова распрямиться. Думаю, если бы не моё присутствие, он давно уже сказал что-то резкое и грубое Диме. Почему-то я уверена: их общение натянуто. Возможно, сказалась смерть матери-жены. Хотя есть вариант, что это их извечный стиль — холодные реплики, недоверие, вечная борьба. Один большой ребёнок, недолюбленный и неуслышанный в детстве, соревнуется с настоящим ребёнком, который ещё не понимает до конца мир и не умеет строить с ним отношения.

— Ну всё… пока… — говорит Иван, выпроваживая меня из машины. — Спасибо за помощь.

Оборачиваюсь и смотрю на Диму. Мне жаль его. Хотя, возможно, ему и не нужна моя жалость.

— А пойдёмте ко мне? Я вас чаем напою.

Иван не успевает и рот открыть, чтобы «культурно» отказаться, как Дима вдруг говорит:

— Ну хорошо, — и выскакивает из машины.

Перевожу взгляд на Ивана.

— Мать Тереза, значит… Ну-ну, посмотрим, во что твоя жалость выльется, — бурчит он, глушит двигатель и тоже выходит.

А я, которая хотела как лучше, остаюсь сидеть растерянная в машине.

Вдруг — стук в моё окно. Я вздрагиваю.

Дверь резко открывается.

— Тебя приглашать надо? — ухмыляется и протягивает руку, чтобы помочь выбраться из авто. — Или передумала?

— Ничего я не передумала, — выпрыгиваю сама, отчего вязаное платье средней длины превращается в мини, открывая край моих колготок с имитацией чулочного верха.

Одергиваю платье и поднимаю глаза на Ивана. И да, он смотрит именно туда, куда не надо…

— Не холодно? — интересуется с насмешкой. — Видно, кавалер у тебя был так себе, раз наряд не пригодился.

— Вам-то что? — дергаю подбородком.

— Да мне вообще фиолетово, — ухмыляется. — Прошу, — жестом приглашает меня в мой же подъезд.

Заходим толпой в квартиру.

Я разуваюсь и скидываю шубу на пуфик — потом повешу.

— Иван, если хотите помыть руки, то ванная здесь, — приоткрываю дверь. — Потом проходите в гостиную, а мы с Димой пока приготовим чай. Поможешь мне? — спрашиваю у мальчика, принимая его куртку и шапку.

— Помогу, — ворчит он куда‑то в пол, снимая ботинки.

Мы расходимся в разные стороны.

Я пропускаю Диму вперёд и закрываю за собой дверь кухни.

— Ну что, — хлопаю в ладоши и потираю руки, — давай соорудим к чаю вкусные бутерброды. Тебе можно доверить нарезку колбасы?

Дима неопределённо дёргает плечом, давая понять, что ему всё равно, чем заняться.

— Мой руки, — открываю воду в раковине и, выдавив мыло себе на ладони, подвигаю бутылочку ближе к нему. Он следует моему примеру.

Усаживаю его за стол и вручаю разделочную доску, нож и колбасу. Сама же занимаюсь приготовлением чая.

— Как прошёл твой день? — начинаю издалека.

— Нормально, — бубнит себе под нос Дима, сосредоточенный на резке колбасы.

— А я сегодня была в гостях у родителей. Представляешь, они прожили вместе тридцать один год.

— И не надоели они друг другу?

— Нет. Они разносторонние личности. У них есть любимая работа, хобби… А чем тебе нравится заниматься в свободное время?

— Играю в игры на телефоне.

— Какие?

— Brawl Stars, Minecraft, Roblox. Последнее время только в Roblox: «Девяносто девять ночей».

— И в чём смысл этой игры?

— Выживание, — объясняет смысл вкратце.

— Просто выжить?

— Не просто выжить, а выжить в лесу на протяжении девяноста девяти ночей. Нужно добывать ресурсы, строить укрытия, защищаться от монстров и сектантов, а ещё обеспечивать себя едой и оружием.

— Очень напоминает реальную взрослую жизнь, — мягко улыбаюсь. — А общение с друзьями? У тебя есть друзья?

— В сети. Мы выживаем вместе.

— А в школе? Есть друзья?

— Нет. Они все придурки…

— Это ты в каком классе?

— В пятом…

— Если тебе не нравится эта школа, можно перейти в другую.

— Это и так другая. Я в ней с сентября.

— Понятно. А кроме школы и игр, ты куда-то ходишь? Мальчикам обычно нравятся единоборства, каратэ…

— А… — отмахивается. — Была у меня одна нянька, водила на английский. Я ей говорил, что хочу на программирование, а она меня не слушала. Ну я её и допёк, — смеётся, — убежала, сверкая пятками.

— Я понимаю, что ты уже взрослый, — начинаю с комплимента, чтобы перейти к «но». — Но всё-таки контроль со стороны более старшего человека важен. Я так понимаю, твой отец много времени проводит на работе…

— Ага, двадцать четыре на семь, — хмыкает. — Мы с ним соблюдаем нейтралитет: я не лезу к нему, а он ко мне.