Псих. Сердце помнит

Глава 1

Фрейя

Тепло. До последнего осознанного вдоха я чувствовала его тепло. Даже не было страха, я не боялась смерти, потому что наша безумная любовь изначально подразумевала трагичный конец. Вопрос был лишь в том, когда он наступит!

Объятия. Мы притягивали друг друга так сильно, будто каждый хотел запихнуть в себя любимого. Эта попытка слишком жалкая и безрезультатная, когда хочется обнимать сильнее, сжимать сильнее, чувствовать сильнее, но физически это просто уже невозможно. Хочется ухватиться намертво так, чтобы больше никогда не отлепиться.

Поцелуй. Мы страстно целовались как никогда, упиваясь вкусом друг друга.

Падение. Оно не причинило столько боли, сколько мысль о том, что мы больше не увидимся. Так мало времени вместе, так много потерянного за годы бессмысленной разлуки.

Крушение. До самого последнего момента, он крепко держал меня, оберегая от неизбежного.

Темнота. Поглотила слишком быстро. Было похоже на пустоту, невесомость, в которой только тишина. Но она, как оказалось, не несёт покой. В ней некомфортно, неприятно, хочется проснуться, чтобы больше её не слышать. Тишина пугает, потому что ты в ней оказываешься совершенно один!

— Фрейя? — слышу я обеспокоенный голос куколки.

— Мамочка! — тут же зовет меня Тиана.

— Невестка?!

Я слышу голоса, но моя голова раскалывается от каждого резкого звука. Казалось, что кровь идет из ушей каждый раз, когда кто-то пытается меня позвать. Маленькой десертной ложечкой выковыривает мне мозги, а потом залазит железной щеткой, чтобы проскрести все остатки.

Слышно хорошо, но будто под водой. Перепонки вот-вот лопнут от такого напряжения. Я хочу попросить всех замолчать, но просто не могу!

В какой-то момент чувствую острую боль во внутреннем сгибе локтя, и все заканчивается. Я вновь отключаюсь и слышу тишину.

Две недели спустя

— Мое лицо будто спина после папиных лечебных банок. Просто ужасно!

— Всё пройдёт, не зацикливайся на этом, даже швов не видно. Ты восстановишься и будешь красивее прежнего! — подбадривает меня Ритка.

Вот уже полчаса беременная подруга сидит со мной и болтает обо всём на свете, чтобы отвлечь.

— Я хочу съездить к нему сегодня, — говорю я, откидывая зеркало в сторону.

После операций на левую часть лица из-за переломов синяки и отёчность до сих пор не проходят. Серо-буро-малиновый цвет лёг на кожу сплошным полотном.

— Нам сообщат, если он очнётся, Фрейя!

— Куколка, я не могу, мне нужно его всё равно увидеть!

Две недели назад мы упали в озеро. Каким-то чудом Тайрон смог выплыть вместе со мной и вытащить меня на берег. Я ничего не помню, скорее всего, сразу отключилась, а он спас меня. Вот только я очнулась, а мой муж — нет!

Нас нашли спустя восемь часов после взрыва. Наши люди сначала разгребли завалы, потушили пожар, достали из бункера всех, а потом начали искать нас.

Оба были в отключке. Вода спасла нас от огня, но не от обломков. Я отделалась вывихом, переломом лицевой кости, синяками, порезами и ушибами, а у Тайрона всё было намного серьёзнее — кровоизлияние в мозг.

Ему уже сделали три операции, но он до сих пор не приходит в себя. Каждый день либо сама, либо с Тианой приезжала к нему и сидела у его кровати. Сначала я не хотела брать свою небесную девочку, но она так сильно плакала и просилась к своему дракону, что моё сердце просто не выдержало.

— Мамочка, а дракон спит? — спросила она тогда, не понимая, что происходит.

Маленькие глазки блуждали по его перебинтованному телу.

— Да, он восстанавливается и набирается сил, потому что много их потратил, чтобы защитить меня, понимаешь, бусинка?

Тиа спрашивала, почему забинтована голова, почему он так долго не просыпается, почему ему пришлось нас защищать...

Я всегда говорила дочери правду и, несмотря на её возраст, рассказывала всё как есть, подбирая более понятные для неё слова.

— Где Тиана? — спрашивает Рита.

— С Зоей, сегодня она весь день будет с ней! Я поеду одна.

Бедная няня пережила всё с нами довольно стойко! Хоть я и продолжала её уговаривать уйти от нас, мне нужна была её помощь с дочкой. Сейчас с бусинкой я не могла долго присматривать. Почти все мои мысли были с ним...

— Хочешь, я с тобой? — предлагает она уже в который раз.

Максим и подруга боятся, что я сойду с ума, если буду торчать в больнице с Тайроном слишком долго, мой ПТСР обострится, и мне снова придётся проходить консультации у психиатра.

— Нет, — мотаю головой отрицательно. — Вообще я вам говорила, что оставаться необязательно, вы подвергаете себя опасности. Оставили бы нас и...

— Прекрати нести чушь! Максим бы никогда тебя не бросил! Я тоже! — резко перебивает меня подруга. — Как только Тайрон очнётся, свалим отсюда, как и хотели.