Психолог для бывших

Глава 20. Кофе с привкусом пепла

Сити жил в ритме безупречно отлаженного конвейера. В холле башни пахло дорогим парфюмом и приторно-сладким ароматом больших денег. Катя зашла в кофейню на первом этаже — ей нужно было десять минут тишины, прежде чем снова подняться в «аквариум» к Марку.

Она ждала свой двойной эспрессо, глядя в панорамное окно, как вдруг услышала голос, который всегда был для нее лишь набором скриптов из дешевого бизнес-тренинга.

— Катерина? Какой кейс! Не ожидал увидеть тебя в этих координатах.

Она медленно обернулась. Перед ней стоял Стас — лучший друг Игоря. Он выглядел так, будто только что сошел с борта частного джета: идеально выглаженная белая рубашка, беспроводной наушник в ухе и манера каждые тридцать секунд проверять котировки на часах. Его виниры слепили белизной, а лицо выражало ту самую «хищную» уверенность, которую Катя научилась распознавать как первый признак глубокой неуверенности.

— Привет, Стас. Вижу, твоя «стратегия успеха» все еще включает в себя наушник в ухе даже во время кофе-брейка, — спокойно ответила она.

— Это не наушник, а канал связи с реальностью, — Стас ослепительно улыбнулся, и эта улыбка была такой же искусственной, как и его зубы. — Слышал, ты удалила блог. Решила сделать дауншифтинг? Или просто «перегорела» как предохранитель?

Катя сделала глоток обжигающего кофе, не отводя взгляда от его «фарфоровой» улыбки. — Скорее, решила сменить масштаб декораций. В моем блоге было слишком много персонажей, которые думают, что жизнь — это серия сторис.

— О, я понял. Теперь ты играешь в высшей лиге? — Стас демонстративно окинул взглядом холл башни. — Только имей в виду: в Сити не любят психологов. Здесь ценят только те «души», которые можно оцифровать и занести в таблицу Excel. Ты тут выглядишь как... как виниловая пластинка в серверной. Красиво, но функционал сомнительный.

— Функционал — это то, что ты предлагаешь своим клиентам-неудачникам вроде Игоря. Я же занимаюсь смыслами. А смысл — вещь дорогая, тебе не по карману.

Стас усмехнулся, его взгляд на секунду стал колючим. Ему не нравилось, когда им пренебрегали. — Смыслы — это для бедных. Для богатых — результат. Кстати, Игорек очень расстроен. Говорит, ты променяла «высокие вибрации» на какого-то уличного мужика. Это что, новый тренд? Психологическая регрессия в пролетариат?

— Это называется жизнь, Стасик. Настоящая, не лакированная. Попробуй как-нибудь, хотя твои виниры могут треснуть от избытка подлинности.

Она развернулась и пошла к лифтам, чувствуя, как Стас провожает ее взглядом, в котором уже зрел план очередной «шахматной партии».

Бар «Неон». Вечер того же дня.

Модный бар с неоновой подсветкой. Игорь сидел, уставившись в бокал с крафтовым пивом. Стас крутил в руках смартфон, периодически поглядывая на часы.

— Она даже не посмотрела на розы, Стас, — голос Игоря дрожал от уныния. — Там был какой-то... сантехник. И она смотрела на него так, будто он спас ее от пожара. Это унизительно. Я предложил ей мир, а она выбрала ключ на девять.

Стас издал короткий саркастический смешок. — Друг мой, ты совершил классическую ошибку. Ты пытался купить ее чувства флористикой. Это прошлый век. Женщины вроде Кати не любят цветы, они любят чувствовать себя правыми. Пока она «спасает» этого дикаря, она чувствует свое интеллектуальное превосходство.

— И что мне делать? Признать, что я проиграл какому-то сантехнику?

— Нет. Ты должен разрушить ее зону комфорта, — Стас наклонился ближе, его глаза хищно блеснули в свете неона. — Она думает, что она — центр этой маленькой интеллектуальной вселенной. Давай добавим в ее жизнь немного хаоса.

— О чем ты?

— Знаешь эту ее подружку, рыжую гадалку? У нее на днях какой-то «фестиваль женской силы». Давай закажем туда группу аниматоров в костюмах гигантских микробов. Пускай потанцуют вокруг ее «кристаллов». И обязательно найми фотографа. Катя сгорит со стыда, когда это попадет в чаты.

Игорь на мгновение засомневался, покручивая бокал. — Не слишком ли это... мелко?

— Это база, Игорь! — Стас небрежно хлопнул его по плечу. — Мы сделаем ее жизнь невыносимой. Сначала микробы, потом устроим ей «газлайтинг по-соседски». Закажем на ее адрес штук десять доставок пиццы, которые она не заказывала. Пусть соседи решат, что малышка спятила.

Игорь медленно кивнул. Уныние в его глазах сменялось нездоровым, лихорадочным интересом. — Звучит как план.

Квартира Кати. Поздний вечер.

Девушка сидела на диване, обложившись книгами. В квартире было непривычно тихо. Эта тишина всегда помогала ей сосредоточиться, но сегодня она казалась липкой и тревожной.

Резкий, дребезжащий звонок в дверь заставил ее вздрогнуть. Катя взглянула на часы: 22:45. Она никого не ждала.

Подойдя к двери, она увидела в глазок парня в красной кепке с огромной термосумкой. — Доставка пиццы! — крикнул он, не дожидаясь вопроса. — Вы ошиблись, я ничего не заказывала, — ответила Катя через дверь. — Нет-нет, адрес указан верно. — парень сверился с чеком. — Три «Маргариты», две «Пепперони». Оплата наличными.

Катя нахмурилась. Она уже собиралась ответить резче, как лифт снова звякнул. Через секунду к первой сумке добавилась вторая, желтая. — «Якитория»! Сет «Гейша» и три порции мидий!

— Послушайте, это какая-то ошибка... — начала Катя, приоткрыв дверь, но тут же пожалела об этом.

На площадку вывалился третий курьер, едва не сбив первых двух. — Осетинские пироги! Пять штук! Девушка, открывайте шире, у меня горячее все!

В коридоре мгновенно воцарился хаос. Запахи чесночного соуса, рыбы и жареного теста смешались в тошнотворную смесь. Курьеры начали спорить между собой, кто приехал раньше, а Катя стояла в дверном проеме, чувствуя, как ее охватывает холодная ярость.

— Что здесь происходит?! — из соседней квартиры, как чертик из табакерки, выскочила Маргарита Степановна. Ее лицо, густо намазанное ночным кремом, в тусклом свете подъезда выглядело зловеще. — Сижу у Ивановны, слышу — шорох в подъезде. Что такое?! Ты что, решила здесь притон открыть?!