Психолог для дракона

Глава 9. Ненависть – понятие многогранное. Каждая грань ярка и по-своему неповторима.

Всю ночь Лера дрожала от страха под теплым одеялом, слушая шорохи, раздающиеся из стеклянного ящика у ее кровати. Ей непрерывно мерещилось, что змея приподнимается на своем хвосте, упирается головой в прозрачную крышку, сдергивая хлипкую защелку, а потом медленно переползает через высокую стену ящика. Разум пытался доказать, что метровую гладкую стену змея не переползет, даже если сумеет балансировать на кончике хвоста, чтобы достать до края, но разум во всю проигрывал чувствам, которые призывали бегом бежать из этой комнаты и от этой запертой за стеклом змеи. Сон сморил Леру ближе к рассвету, но был беспокойным: смеющийся сын, бегущий ей навстречу по зеленой траве, спотыкался о разлегшуюся в траве змею и личико его искажал испуг. Пробуждение было внезапным, а первое, что увидела Лера, раскрыв глаза – это уставившуюся на нее живую и шевелящуюся черно-желтую кобру...

Утро в южном крыле дворца Золотого Дракона началось с истошного вопля иномирной ведьмы. Прибежавшие на крик бравые стражники, трепеща от страха, но следуя велению долга, рискнули заглянуть в ее покои. За ними протиснулась внутрь служанка Лима, приставленная к важной гостье. Растрепанная ведьма, забыв вооружить глаза своими волшебными стеклами, сидела на постели, зажав рукой рот, и смотрела на змею, поселенную вчера в ее спальне главным советником.

– Что-то случилось, высокочтимая Валерия? Вас спасать надо? – пробасил старший по этому дворцовому крылу стражник.

– Нет. Простите за ложный вызов, я в порядке, – ответила ведьма, шумно выдыхая. – Просторный террариум со всем необходимым Вире принесли?

После уточнений, кто такая Вира и причитаний служанки на тему «как же ей убираться в комнате, если тут разлеглась эта жуткая змеюка», новый дом для рептилии был доставлен: с лианами, пустотелыми тонкими стволами деревьев, травой, небольшим водопадом, низвергавшимся в глубокое озерцо и прочими прелестями змеиной жизни. Сверху в стеклянной крышке имелся люк, дававший доступ к содержимому этих змеиных апартаментов. И сейчас остро встал вопрос, кто будет запихивать в этот люк Виру, переселяя ее из прежнего ящика.

Оказалось, змей боятся все, даже стражники.

– Вам же вчера вакцину ввели? – робко напомнила Лима, с отчаяньем смотря на Леру – девушка ужасно боялась, что пересаживать змею прикажут ей.

Пришлось Лере признать, что переселением Виры ей придется заниматься лично. Отпустив стражу и отослав Лиму за платьем, Лера кинула змее очередной кусок мяса и сказала:

– Извини, подруга, переезд в новостройку откладывается из-за проблем с трансферным гидом. Фобия у гида, понимаешь? Знаю, что ты не виновата и вообще ни при чем, но такова несправедливость жизни. Схожу в зверинец, посмотрю, как его работники вас отлавливают такими длинными палками с крюками на конце – тогда и переедешь. И не мечтай, что я сама тебя ручками брать буду – пока позову работника из зверинца. Воспитаю в себе безразличие к раздражающему фактору, то есть к тебе, красавица моя, тогда и на ручки пойдем.

Время перевалило за девять часов, пора было завтракать и отыскивать в паутине дворцовых коридоров проход в западное крыло. Впрочем, добраться до голубой гостиной золотого дракона удалось без труда: Лима вызвалась быть проводником, а она работала во дворце сызмальства и знала его, как свои пять пальцев. Служанка, бесконечно счастливая, что не ей придется кормить змею и ухаживать за ней, что выпускать змеюку в свободное ползание по комнатам высокочтимая Валерия не планирует, щебетала как весенняя пташка. Проходя по коридорам, она попутно рассказывала, где чьи покои расположены, где советники живут, где заграничные гости во время визитов останавливаются, где бальные залы, залы для торжественных приемов, большие и малые гостиные. Лера как бы невзначай задавала краткие вопросы: как ведут себя придворные и заграничные гости по отношению к служанкам, часто ли золотой дракон впадает в гнев и каков из него хозяин. Со слов Лимы выходило, что гнев свой Гленвиар изливает редко и только на приближенных к нему подданных, на слуг же вообще внимания не обращает, и что хозяин из него отличный: щедрый и рачительный. Чтобы устроиться на работу во дворец, надо выдержать большой конкурс из множества желающих, а ей, Лиме, повезло – мать кухаркой на кухне работает и с двенадцати лет дочурку в горничные пристроила. Чужие драконы во дворец приезжают редко, на памяти Лимы еще таковых не было, а придворные ведут себя со служанками сдержано, лишнего себе не позволяют, не то что в некоторых богатых домах, где любую служанку могли без спроса временной любовницей сделать, а потом за порог выставить.

– Правда, все равно повелителя побаиваются – если он прознает о таком нарушении закона о добровольности любых отношений, то велит виновного палками по пяткам бить и заставит его выплатить девушке денежную компенсацию, в том же размере, что всем наложницам драконов положена: это огромная сумма! А если ребеночек народится – то пожизненное содержание девушке назначить, – дополнила Лима. – На личный прием к повелителю по четвергам тьма народу в ратушу ломится, только всех он принять не в состоянии, а к следящим за порядком не все идти хотят – повелителю доверяют больше.

– А если богатей соврет, что служанка добровольно согласилась его любовницей стать?

– Как же он соврет перед шаром истины? – поразилась Лима. – А повелителю и шар не нужен, ему и так солгать невозможно.

– Наложницы у богатых людей тоже есть? – закинула удочку Лера, тщательно разбираясь в местных традициях.