Психолог для дракона

Глава 20. Чтобы стать царем природы, надо вначале завоевать престол.

Утро Леры началось с уже привычного шипения чем-то недовольной Виры. Что-то рано питомица проснулась, солнце еще не поднялось над горизонтом, небо серое.

– Дай поспать, а? – сонно ответила Лера и перевернулась на другой бок, натягивая повыше одеяло. – Хозяйка вчера чуток повеселилась, вернулась с вечеринки поздно, имей совесть и лежи тихо.

Ответом ей был удар змеиной головы о стеклянную стенку террариума.

– Чего тебе неймётся? – возмутилась Лера, садясь на постели и протирая глаза.

 Ах, да, она же вчера ее не кормила, а сегодня обязательно надо кинуть еды. Нет, не кинуть: она обещала кормить ее с ручки, так что – вперед, Лера, попри свои страхи! Дрожащая рука с болтающимся в ней куском мяса просунулась в люк террариума. Бросок змеи – и завтрак благополучно перекочевал в ее желто-черную утробу. Еще несколько кусочков и сеанс утренней терапии можно считать завершенным.

Лера вытерла холодный пот со лба:

– Спасибо, что не кусалась, Вирочка. Вот не думала, не гадала, что доведется мне ядовитую змею с руки кормить! Ну, будем надеяться, что толк от моих мучений все-таки будет.

Тут Лере пришло в голову, что результаты ее тренировок уже есть: к змеиным ночным шорохам и присутствию Виры рядом с кроватью она уже привыкла, так как спала сегодня хорошо и спокойно. Более того: к утру ее мысли прояснились, и она поняла, что обнадежило ее в уверениях Изиры о невозможности противостояния дракону!

Да, Лера приняла этот факт как доказанный: уж коли множество разумных и сильных духом людей (таких, как Селиан, Эриас, сама Изира и наверняка много прочих) не смогли предотвратить вторжение в их разум драконьей силы, то это действительно сделать невозможно. Лера не страдала непомерным самомнением, которое могло бы нашептывать ей, что именно она – та единственная и особенная, что сможет совершить невероятное. Лера привыкла доверять тем выводам, что подтверждены опытом большого числа людей разных возрастов, полов и занятий, иначе терялся сам смысл профессии психолога, а ее нынешние надежды базировались на том обстоятельстве, что все говорили лишь о невозможности противодействия дракону, но никто не заикался о невозможности противодействия самому себе. Она же давно решила, что первым делом надо пытаться избавиться от фобий, а сама при ментальных атаках Гленвиара на нее инстинктивно пыталась ему помешать, тратила почти все силы именно на безнадежное «противостояние дракону», вместо того, чтобы сосредоточиться на подавлении собственных страхов. Что говорить, если, приходя в себя, она не могла даже вспомнить, до какого этапа самовнушения успела добраться!

«Нужно перестать сопротивляться влиянию клиента и полностью перенастроиться на себя, – задала себе установку Лера. – Это трудно: когда что-то летит нам в лицо, мы закрываемся рукой и отклоняемся инстинктивно, это тоже рефлекс. Я так и поступала до сих пор, и результата не было. Мне требуется сознательно этот рефлекс подавить: не отдергивать руку, которую обожгло огнем, не бежать в ужасе от оскалившейся собаки, а углубиться в себя, в свои собственные страхи и все силы направить на то, чтобы максимально подавить их, не тратя энергии на безуспешные попытки вышвырнуть из своей головы напавшего дракона. Концентрируемся на противостоянии фобии и точка! Теория гласит, что нет фобий – нет той дверцы, что открывает гипнотизеру проход в твой разум. Итак, отныне целенаправленно исследуем только одну рабочую гипотезу: как только я перестану бояться змей, я сделаюсь неуязвима для ментальных атак дракона».

Этот мысль так захватила ее, что вдохновила... на большую глупость: Лера смело подняла лючок и, как вчера, опустила в террариум руку. Змея сыта, чего ей бояться? Укуса? Так это не смертельно, вакцина действует, вчера убедилась, а лишняя тренировка не помешает – ей следует максимально быстро избавиться от фобии.

Предмет ее страхов поднял треугольную голову и уставился немигающими глазами на неразумную хозяйку. Лера задрожала, но руку из террариума не убрала. Вира медленно развернула свои кольца, словно давая шанс одуматься, но Лера упрямо мотнула головой и не отстранилась, даже когда змея плавно скользнула ближе.

– Еще один укусик и буду я здорова, – клацая зубами, приговаривала Лера.

Внезапно Вира метнулась вперед, обвилась вокруг руки и ринулась по ней вверх, прочь из своей тюрьмы. Выше и выше, вот ее голова поравнялась с плечом оцепеневшей от ужаса и паники Леры!

«Мамочки, шея!!! Она же меня задушит!» – осенило психолога, не сумевшего предугадать такой исход своей «терапии».

Истошный вопль змею не остановил, но инстинкт самосохранения вывел Леру из ступора и ее левая свободная рука взвилась, ухватывая змею за узкое место позади головы и с силой его сдавливая, отодвигая от лица пасть с оскаленными зубами и мечущимся из стороны в сторону раздвоенным языком.

Лера потянула змею в бок, желая снять ее со своей руки, но Вира так легко не сдалась: она сдавила свои кольца и Лера опять вскрикнула – на этот раз от боли. Питомица явно оставила на ней свой след в виде большого длинного синяка, опоясывающего руку от запястья до локтя. Лера разозлилась.

– Слушай, змеюка подколодная, кто из нас царь природы: я или ты?! А ну слазь немедленно! – Сильнее сжала шею змеи и потянула резче.