Психолог для дракона

Глава 21. Верная теория быстро дает практические результаты.

По дороге к голубой гостиной Лера размышляла о том, что ее список вопросов, подготовленный к прошлой консультации, утратил свою актуальность. Какая разница, ощущает ли дракон пробуждение инстинктов и насколько полно уходит в бессознательное состояние, если он в любом случае не может себя контролировать, а человек никак не может его ментальное вторжение остановить? Ее новая рабочая гипотеза: «как только я перестану бояться змей, я сделаюсь неуязвима для ментальных атак дракона», позволяла отложить в сторону проблемы драконьих рефлексов и соответственно высвобождала время для других насущных вопросов. В первую очередь надо выяснить, на что, кроме фобий, опирается Гленвиар в своем ментальном воздействии на человека. Или это единственная опора?

Дракону опять не понравятся ее вопросы.

«Ничего, прорвемся!» Лера отважно распахнула двери и вошла. Угрюмый клиент сидел на своем месте и буравил ее неприязненным взглядом.

– Как прошло твое утро? – прощебетала Лера. – Прекрасная погода, солнце теплое, все условия для отличного настроения, как считаешь?

– Считаю, что есть все условия перестать мне «тыкать», – мрачно ответили ей.

Лера оторопела. Она молча прошла к столу, сложила на него бумаги, села перед клиентом и спокойно напомнила:

– Вы сами предложили перейти на «ты». Вчера, когда вы приходили со своим мечом. Если за ночь ваше желание изменилось – не проблема, вернемся к официальному стилю.

Золотого Дракона так перекосило, что догадка не заставила себе ждать и Лера процедила, грозно прищурившись:

– Переход на «ты» предполагался односторонний? Забудьте. Или мы оба обращаемся друг к другу как равные, или держимся на «Вы». При посторонних предлагаю второй вариант, но опять-таки – на взаимной основе.

– Равные?! На взаимной основе?! – мигом озверел дракон и Лере быстро предоставилась возможность испытать свою новую рабочую гипотезу.

В разуме Леры противостояние дракону перешло на другой уровень.

«Ага, здравствуй, змейка. У-уу, какая ты страшная, но ведь сытая, да? И ты похожа на мою Виру: у тебя красивые золотые глаза».

Воображаемая змея немного прибалдела и приспустила раздутый капюшон. Чувствуя нарастающее давление в висках, Лера изо всех старалась этому давлению не сопротивляться и боль была приглушенной. Требовалось сосредоточиться на змее, что готовилась к броску. Удар! Клыки впились в подставленную руку и Лера ухмыльнулась:

«Вакцина, детка!»

В этот раз фантомной боли от укуса не было. Змея предприняла еще одну атаку, целя в лицо, в глаза, и Леру начал затоплять страх.

«Ты сыта! – мысленно закричала она. – Сыта и хочешь спать! Ты лежишь в террариуме и не можешь выползти!»

Мысли начали путаться. Она бессознательно попыталась отшвырнуть от себя змею, но тут же накатила дикая боль и Лера вновь сдалась, падая на пол и подползая к своему хозяину.

Прошло время...

– Я так понимаю, что сегодняшнее утро у вас с самого начала не задалось, не стоило и спрашивать о том с порога, – кряхтя, сказала Лера, поднимаясь с пола.

Ей молча протянули традиционный бокал с бордовым вином, который она привычно выпила залпом. Гленвиар столь же молчаливо проявил галантность: подвел ее не к стулу, а к креслу у камина, усадил и принес свой стул. Лера откашлялась, возвращая голос, и поинтересовалась:

– Сколько времени я продержалась до того, как начала кричать?

– Целых три минуты. У вас потрясающая выдержка – мало кто способен молчаливо терпеть боль так долго.

«О, он не знает, что боли не было? То есть, моя новая рабочая гипотеза – это реальное ноу-хау в этом мире? Сей факт вдохновляет! Если хочешь добиться того, чего никогда не бывало, то должен делать то, что никто до тебя не делал».

Лера приободрилась и одарила клиента сияющей улыбкой. Ах, какая она умница! Придет в свои комнаты – обязательно поцелует Виру. Пусть та цапнет ее за губу – она переживет, а потом и фантомная змея таким налетом ее не устрашит.

Гленвиар долго смотрел с любопытством и наконец не выдержал:

– Чему вы улыбаетесь? И что такое бормотали себе под нос, пока не рухнули на пол? Что-то вроде: «Сыта, уже сыта! Ты сыта и между нами стекло».

– О, не обращайте внимания, – отмахнулась Лера, – это рабочие моменты. Вчера же условились: если будут заметные сдвиги к лучшему – расскажу. Давайте поговорим о вас.

– В какой момент мое сознание полностью отключается и насколько трудно контролировать себя после? – хмыкнул Гленвиар.

– Нет, я изменила тему консультации. Сочла, что бесполезно обсуждать рефлексы, поскольку человеку с ними никак не справиться. Я уверовала в невозможность сопротивления дракону и смирилась с этим фактом, так что не буду вас больше мучить неприятными, глубоко личными вопросами.

Гленвиар замер. Лера отказывается от попытки его осчастливить? Соглашается, что это невозможно? Несмотря на то, что он давно ждал этого признания и не сомневался, что оно непременно рано или поздно последует, его неразумное сердце защемило от мимолетной острой боли. Неужели в глубине души он все-таки позволил себе надеяться? Глупо. Он всегда знал, что чудес не бывает, ни в одном из миров волшебные феи не живут, следует рассчитывать только на себя и на немногих верных соратников, на их профессиональное мастерство. Лера, безусловно, тоже специалист, но специалист человеческий, он же сам об этом вчера думал, а теперь и она это поняла.