Психолог онлайн

Глава 13 Сталкеры

Мара уже собиралась отказаться. Её взгляд скользнул по блестящему баку мотоцикла — и зацепился. Сбоку, почти незаметно, были выведены не просто узоры, а странные символы — переплетение линий, напоминающее одновременно и рунический знак, и схему. Это было что-то очень далёкое от обычных байкерских эмблем.
Сердце ёкнуло. Случайность вела за собой случайность, складываясь в подозрительную закономерность.
— Вы... — голос её сорвался. Она сделала шаг к нему, уже не испытывая страха, а скорее отчаянную решимость. — Вы знаете Савелия?

Мужик замер. Его добродушно-снисходительное выражение лица сменилось настороженным, изучающим.
— Савелия? — он медленно провёл рукой по бороде. — Мало ли Савелиев на свете. И чего тебе от него нужно, раз уж ты к «тёмным птахам» в гости пожаловала?

Больше нечего было терять. Мара, запинаясь и путаясь, вывалила ему всё. О Лиле. О её исчезновении. О том, что она теперь «в сети». О проклятии. О поисках, которые завели её в это антикафе.
— ...и вот я ищу его, потому что только он, наверное, может всё исправить! — закончила она, почти задыхаясь.

Мужик слушал, не перебивая. Но с каждым её словом его настороженность таяла, сменяясь чем-то другим. Не удивлением, а тяжёлым, усталым пониманием. Он покачал головой, и по его лицу пробежала гримаса, в которой читались и досада, и странная отеческая снисходительность.
— Ну Сава даёт... — тихо, почти с восхищением выдохнул он. — Такую кашу заварить... Ну прям даёт.

Мара застыла, боясь пошевелиться.
— Так вы его знаете?
Байкер посмотрел на неё, и в его глазах мелькнула искорка.
— Знаю, — коротко кивнул он. — Можно сказать, наш человек. Только вот последнее время зазнался, в облаках летает. Видимо, так высоко, что до добра не доводит. Садись, — он хлопнул ладонью по пассажирскому седлу. — Поговорить надо. Но не здесь. Меня, кстати, Велимир зовут.

Мотоцикл с оглушительным рёвом свернул с асфальтированной дороги и помчался по грунтовке, ведущей к частному сектору. Мара вцепилась в кожаную куртку байкера, не веря происходящему. Они остановились у ничем не примечательного одноэтажного дома с зелёной крышей и палисадником, где росла обычная сирень.

Не успела Мара снять шлем, как входная дверь распахнулась. На пороге стоял Савелий. Он был бледен, в простой домашней одежде и выглядел так, будто не спал несколько суток. Увидев мужчину, он не удивился — лишь его взгляд стал тяжелее.
— Велимир. Я чувствовал, что ты близко.

Байкер, не говоря ни слова, сгрузил Мару с мотоцикла, мощными шагами подошёл к Савелию и, к ужасу Мары, схватил его за грудки, прижав к дверному косяку. Нависая над худощавым философом, он выглядел, как медведь, ломающий осинку.
— Тоже мне, Хранитель Врат нашёлся! — прошипел Велимир прямо в лицо ошарашенного Савелия. — Превращать людей в интернет-призраков?! Это твой способ хранить равновесие?! Где твоя мудрость, Сава?!

Савелий не сопротивлялся, но и не отводил взгляда. В его глазах горел холодный, яростный огонь.
— Она — угроза, Велимир. Её метод — упорное, слепое нежелание видеть. Она не просто не верила. Она систематически выстраивала баррикады, через которые истина не могла пробиться. Она учила других делать то же самое.
— Так ты что, решил её просто стереть?! — тряхнул его байкер.
— Нет! — в голосе Савелия впервые прозвучала страсть. — Я отправил её туда, куда она рвалась! В живой мир без её таблиц и диагнозов! Я дал ей шанс увидеть!

Он повел плечом, и Велимир, хмурясь, чуть ослабил хватку.
— Ты думаешь, я не знаю, что творят её последователи? — Савелий перевёл взгляд на Мару, и ей стало холодно. — Они приходят к людям, чья душа ранена магией, чьё сознание столкнулось с настоящим чудом. И что они делают? Убеждают их, что это «галлюцинация», «психоз», «искажение восприятия»! Засовывают их обратно в тесные клетки их разума, отрубая им крылья! Она не просто не верила, Велимир. Она была генералом в армии, которая ослепляет наших детей! Она возводила стену между мирами — кирпичик за кирпичиком!

Он выдохнул, и его плечи снова поникли, но взгляд не сломался.
— Да, я был резок. Да, возможно, жесток. Но я не видел другого способа остановить эту систематическую эрозию веры, пока она не превратила весь город в подобие своего бездушного кабинета.

Байкер наконец отпустил его. Он отошёл на шаг, смотря на Савелия со сложной смесью гнева и понимания.
— Дурак, — беззлобно выдохнул он. — Сила есть, а ума не припас. Говоришь словами наставника — но он был поехавший фанатик. И что теперь? Женщина там, в сети. И, как я слышал, неплохо устроилась. Помогает людям. И гномам, между прочим.

Савелий медленно выпрямился, поправляя мятый воротник. Его взгляд снова стал отстранённым и пронзительным.
— Это интересно. Но это не меняет главного. Пока она там — она доказательство. Живое.

Мара, молчавшая всё это время, наконец нашла в себе голос.
— Так помогите ей! Верните её обратно! Она всё поняла!
Савелий посмотрел на неё, и в его глазах мелькнула тень того самого человека, что спорил с Лилой о садах и стенах.
— Вернуть? — он тихо усмехнулся. — Это не видеокарточку вставить обратно в компьютер. Путь назад может быть куда страшнее, чем её нынешнее существование. И прежде чем что-либо предпринимать, нужно быть на сто процентов уверенным, что она действительно всё поняла. Не испугалась — а поняла.