Пташка

Моя пташка

Джоэл давно забыл, что значит давать второй шанс. Забыл, как это – позволять эмоциям брать верх. Когда-то, может, он и был добрее. Может, даже верил, что в нём есть что-то человеческое. Но это было так давно, что теперь казалось чужой жизнью.

В охотники за головами он пошёл не от хорошей жизни. Жрать было нечего, работы нормальной не было. А вот грубое, но чертовски привлекательное лицо оказалось единственным, что помогало выживать. Бабы липли к нему, как мухи на падаль. Им не нужен был он – им был нужен его член и дешёвый коктейль. И неважно, где он их трахал – на заднем сиденье машины, на грязном матрасе или в вонючей кабинке бара.

Десять лет такой жизни, и ни разу никаких проблем. Только вот шлюхи стали одинаковыми. Дырки узкие, горячие, но пустые. Даже покупая девок и разрывая их до слёз и визга, он всё равно не получал того, чего искал. Иногда не мог даже кончить, как ни бил, ни кусал, ни тянул за волосы, пока те не хрипели.

Зато кулаки он разбивал в кровь с удовольствием. Выбивать долги было проще простого, особенно у тех, кто думал, что сможет скрыться. Опытные охотники не размахивали пистолетами и не орали. Они просто приходили. Смотрели прямо в глаза. И ты уже знал: крови не избежать. Ему нравилось это чувство. Нравилось видеть страх. Нравилось ощущать липкий, тёплый след чужой крови на руках. Это было его.

Сейчас, сидя в полутёмном баре с дешёвой музыкой и липким полом, он медленно прокручивал стакан скотча в руках. Горький вкус обжёг язык, согревая изнутри. Джоэл скосил глаза вбок и сразу заметил её – блондинка, с сиськами и задницей на месте. И взгляд… не отрывала от него ни на секунду.

Он хмыкнул. Ещё одна, которой нужен хороший трах. Все они одинаковые. Милая обёртка и та же пустота внутри. И всё же он уже знал, чем всё закончится: вечером её горло будет рваться от его члена, а слёзы потекут по лицу.

— Секс на пляже – для той красотки, — кивнул он бармену.

Когда перед ней поставили коктейль, девка прикрыла рот ладонью и захихикала, бросив на него быстрый взгляд.

"Строишь из себя скромняжку? — усмехнулся он про себя. — Та же блядь, как и все".

Утро прошло в работе: выбивание долгов. Один конченый коневод решил, что может кинуть букмекера. Ошибочка. Джоэл нашёл его быстро. И не только его, но и жену, которая теперь, привязанная к стулу, рыдала, глядя, как её муж скулит от ударов. Она предлагала себя, умоляла остановиться, а должник просил забрать её в счёт долга.

"Мрази", — только и подумал тогда Джоэл, продолжая бить, пока не получил, за чем пришёл.

И теперь, вечером, он смотрел, как блондинка ломается. Прячет глаза. Делает вид, что не такая. Но все они одинаковые. Все ломаются.

В мужском туалете её платье уже было испачкано, колени больно упирались в грязный пол, а рот широко раскрыт. Джоэл держал её за волосы так, что наверняка рвёт корни, и двигался грубо, с почти злым наслаждением. Он хотел, чтобы она задыхалась. Хотел, чтобы слёзы текли по её щекам.

Но, даже чувствуя, как член жёстко упирается в её горло, он понимал всё равно не кончит. Не с ней. Не сейчас.

И когда сучка осмелилась прикусить его, терпение лопнуло. Он выдернул член и отвесил ей пощёчину. Не ту, что хотел – он мог бы выбить все зубы за такой финт, но всё же достаточно сильную. Девка повалилась на пол, захлёбываясь рыданиями.

— Блядина, — холодно выдохнул он, застёгивая штаны.

Деньги кинул бармену и вышел. Сигарета мгновенно вспыхнула между пальцами. Ночная прохлада обжигала кожу, но ему было плевать.

Он шёл по улице, застёгивая кожанку. Яйца ныли – не кончил. И, чтобы добить картину, эта сучка успела его укусить. Поправил член в штанах, прошёл мимо шумных пьянчуг, мимо клуба, из которого вырывалась глухая музыка, и поднялся по лестнице. Он думал только об одном: включить порнуху и кончить. Просто выпустить пар. Но, завернув за угол, замер. Девчонка. Худая, низкая, простенько одетая, возилась со связкой ключей возле своей двери.

"И кто же ты, пташка? — скользнула ядовитая мысль. — И как громко ты будешь пищать, когда я тебя трахать начну?"

Он натянул на лицо самую милую улыбку, какую только мог изобразить, и двинулся к ней.

— Помощь нужна, красотка, — голос его был мягким, дружелюбным.

Девушка вздрогнула, выронила ключи. Джоэл нагнулся, поднял их, протянул ей. Она торопливо забрала связку, скользнув взглядом по его лицу. И, конечно, задержалась на тонком шраме, пересекающем щёку. Он почувствовал её взгляд. Захотелось скривиться, но удержался.

— Нет, спасибо, я сама, — тихо сказала она.

Повернулась к двери, вставила ключ и быстро скрылась в квартире. Дверь захлопнулась перед его носом. Джоэл сжал кулаки. "Что за нахрен?.." Он развернулся, зашёл к себе, скинул куртку, открыл холодильник и вытащил пиво. Сел на диван, откинул голову и закрыл глаза. И снова – перед глазами та девчонка.

— Чёрт, — выругался он, откинулся вперёд, открыл бутылку и сделал большой глоток.

"Не видел её раньше… значит, переехала недавно" — подумал он, откидываясь на спинку и закидывая ноги на столик. Надо будет прояснить, кто она такая. Пташка не знала, но её уже наметил охотник.

Джоэл проснулся от того, что тело ныло, а в горле стоял противный привкус дешёвого пива. Диван под ним скрипел, вокруг валялись пустые бутылки. Он поднялся, пошатнулся, сбросил с себя одежду и поплёлся в душ.

Прохладная вода лилась на плечи, смывая липкий пот и остатки ночи, но внизу уже стоял, как по часам. Джоэл выругался сквозь зубы, упёрся рукой в холодную плитку и другой медленно провёл по члену, собирая смазку. Стоило прикрыть глаза и перед ним встала эта чёртова соседка. Мышь. Невзрачная. Не в его вкусе. Но сейчас… Сейчас он представлял, как она стоит на коленях, виляя задницей, как сама тянется к своей сладкой дырочке.