Птица без крыльев

Глава 5

Прошло семь месяцев, но мне так и не удалось забеременеть. Я понимала, что мы ничего не планировали. Алан просил меня не зацикливаться, и все же мне было сложно не думать об этом. Я успокаивала себя, что малыш придет в нужное для нас время. Старалась отпустить ситуацию, но прошло семь месяцев. Беспокойство проникло в мой мнительный мозг. В итоге я решилась, в тайне от мужа, сходить на прием к врачу.

От волнения я едва могла говорить. Доктор прописал мне анализы, УЗИ и множество разных процедур. Через неделю меня пригласили, чтобы объявить мои результаты анализов и дать рекомендации.

В кабинете приятно пахло акациями. Я постаралась расслабиться и дружелюбно улыбалась доктору Фриману, который вел себя несколько скованно.

— Доктор Фриман, мне не терпится услышать ваши рекомендации. Видите ли, мой муж Алан очень любит детей, и мне очень хочется подарить ему ребенка. Но, конечно, он очень терпелив и никогда не торопит меня. В смысле, он не зациклен, — запнулась и выпила глоток воды. — Простите меня, я нервничаю.

— Миссис Кинг, мне сложно сообщать вам результаты ваших анализов, но мне придется это сделать. К большему сожалению, вы, — серые глаза пристально взглянули на меня, и после паузы он продолжил: — Вы не сможете подарить мистеру Кингу ребенка.

— Что? Я не совсем понимаю.

— Вы бесплодны, миссис Кинг. Мне очень жаль. Извините, что огорчил и сообщил вам об этом, но это моя работа.

— Мистер Фриман, простите. Что вы такое говорите? — я глупо улыбнулась, не понимая слова доктора.

Доктор стал говорить что-то о моей матке, он долго объяснял, но я не запомнила ни слова. В моих ушах стоял звон. Бесплодна. Бесплодна. Бесплодна! Не дослушав доктора, я выскочила из кабинета и побрела прочь. Прочь от страшной правды, от диагноза, от отвратительного приговора, поделившим мою жизнь на до и после. С тех пор я ненавижу запах акаций.

Конечно, я не собиралась мириться со словами доктора Фримана. Я не собиралась сдаваться. Мой разум отказывался мыслить здраво. Мне казалось, что все мои стремления шли в гору, хотя на деле я лишь все больше падала вниз, пока в один прекрасный день не осознала, что нахожусь на дне.

Я ничего не сообщила Алану, носила страшную тайну лишь в себе. Пока Алан жил рядом и наслаждался жизнью, я умирала каждый день. Сходила с ума от безнадежности и беспомощности.

Все клиники в городе были пройдены мной. И все именитые, дорогие и бесплатные врачи твердили мне одно и тоже. Я была не способна иметь детей. Тайно от мужа я залезла в кредиты и провела несколько дорогостоящих операций, которые даже не давали надежды на то, что мое тело сможет исцелиться. Но я упорно шла на лечение и верила, что все можно изменить. Все тщетно. Пусто.

Я стремительно сходила с ума, мной владела одна лишь единственная мысль, и я делала все, чтобы изменить судьбу. Я хотела доказать каждому врачу и всей медицине в целом, что они ошибаются!

Так продолжалось около двух лет, пока кредиторы не начали преследовать меня, а вопрос мужа о том, что со мной творится, звучал чаще, чем признания в любви. Тогда мне всего лишь нужно было остановиться. Подумать о том, что жизнь моя сейчас тоже имеет смысл. Ведь у меня был Алан, и я была ему нужна! Мне нужно было поговорить с ним, рассказать ему о своем страшном диагнозе, взять его за руку и пережить страшные слова врачей. Увы, я не понимала этого тогда.

Закончилось все психологом, антидепрессантами и скандалами с мужем. Когда в порыве эмоциональной усталости я рассказала Алану все, что так тщательно скрывала от него, он был в бешенстве. И мне почему-то казалось, что злило его больше не моя тайна, ни кредиты и ни мое психическое состояние. Его злило то, что у нас не будет детей.

Выслушав, он ударил кулаком об стену, выругался и ушел из дома. Я не находила себе места, меня парализовал страх, что он ушел. Оставил меня одну. Алан не приходил всю ночь, и это подействовало на меня куда более сильнее, чем психологи и антидепрессанты. До моего сознания дошла страшная правда: все время думая о ребенке, я перестала думать о муже. И возможно, что теперь я потеряла нашу любовь и семью. Не знаю, как пережила ночь. Горькие мысли разливались в сознании, как яд, лишая меня способности верить в лучшее.

Утром Алан вернулся. От него пахло сигаретами и алкоголем. Он был пьян, но не потерял способности контролировать мысли. Как только я услышала его шаги в коридоре, немедля побежала к нему. Несколько бесконечных мгновений мы не отрываясь смотрели друг на друга. Мы словно пришельцы с разных планет досконально рассматривали хорошо знакомые черты.

— Алан, я...

Муж приказал мне замолчать, мое сердце замерло. В его глазах мелькнуло презрение.

— Неужели, Синди, ты могла подумать, что твоя бесплодность оттолкнет меня от тебя? Скажи, Синди, неужели ты такая дура?! Ответь?! Почему ты молчала? Почему не попросила помощи, а страдала рядом со мной!

Алан закашлялся, прочистив голос, он продолжил:

— Синди, ты знаешь, сколько я себе придумал?! Ты знаешь, как я переживал, видя твое состояние?!

— Алан…

— Заткнись, пожалуйста! Любое оправдание будет звучать глупо! Ты должна была прибежать ко мне со всеми проблемами. Черт возьми, это касается не только тебя! Это и моя жизнь! И я имел право знать, что происходит!