Птица без крыльев

Глава 12

Никогда не верила в интуицию и силу предчувствия. Никогда. Мурашки от этого слова, но я отгоняю плохие мысли. Может, потому, когда впервые в жизни мне стало невмоготу работать, я решила устроить себе выходной. Прямо посреди рабочего дня.

У меня было прекрасное настроение, и мне захотелось пойти в парк. Купила себе кокосовое мороженое и бродила по улицам. Навстречу шли родители с детьми, и я улыбалась всем. Еще немного, и моя мечта исполнится. Я шла к этому восемь лет!

Пройдя вдоль набережной, позвонила мужу. Хотелось поделиться с ним радостным настроением. Быть может, он приедет ко мне? Было бы славно пройтись вместе. Его телефон был выключен.

Посмотрела на солнце. «Прекрасный день! Если солнце можно потрогать, то я хочу его обнять!» — я улыбнулась своим мыслям и позвонила Алану на работу, там ответили, что его нет на месте. Я нахмурилась. Наверное, он на встрече с клиентами.

Решив, что делать мне больше нечего, выпила кофе и взяла такси. Пока мы ехали, солнце скрылось. Поднялся ветер. Небо затянулось серыми тучами, как же непредсказуема погода.

Я зашла в нашу квартиру. Дома было непривычно тихо. Впрочем, я давно не возвращалась домой днем. Чаще я прихожу поздно вечером, когда Алан и Адиля уже готовились ко сну. Наверное, сейчас Адиля отдыхает. Восьмой месяц беременности дается ей еще труднее. Она стала очень замкнутой и прибавила двадцать килограммов. Впрочем, вес ее нисколько не портил.

Скинув туфли, я расстегнула пальто и направилась в спальню. Подойдя ближе к двери, я замерла. Сначала мне показалось, что я услышала стон, а потом еще один, и еще… Боже! Мне не кажется!

К горлу подступил ком, я резко распахнула дверь. Мои глаза видели, но мозг отказывался воспринимать информацию. Стоит ли говорить, что испытало мое бедное сердце, когда я увидела на собственной кровати Адилю, а рядом с ней своего мужа? Алан стянул с нее халат и медленно покрывал ее тело нежными поцелуями, скользя языком по тонкой шее. Алан что-то горячо шептал ей, а она тихо стонала в такт его поцелуям.

У меня в глазах потемнело. Я впилась ногтями в свою шею. Мне необходимо было причинить себе боль, чтобы привести в чувство свой отказывающийся верить в увиденное разум. В момент мне показалось, что не чувствовала ничего и вот-вот потеряю сознание. Позорно упаду к кровати, где двое влюбленных ласкают друг друга. К счастью, мне хватило сил устоять. Зрачки расширились от ужаса: Алан повалил девушку на кровать, она крепко обняла шею моего мужа и прижалась к нему. Еще немного, и он бы вошел в нее! Тогда я не выдержала и закричала. Мне казалось, я превращаюсь в призрак. Душа моя покидает тело, ибо я никак не могла им управлять. Силы покинули меня. Я не могла отвести глаз и пошевелиться. Просто стояла и смотрела на то, что происходило в моей спальне.

Арабка вскочила с кровати и судорожно пыталась натянуть трясущимися руками халат. А Алан, лежа на животе, спрятал лицо в подушку. Он тяжело дышал, и у него не хватило смелости взглянуть на меня.

— Прости... Простите, — лепетала Адиля, по ее щекам катились крупные слезы.

— Синди... — произнес муж на выдохе и поднялся с кровати.

Он хотел подойти, но я отшатнулась от него, как прокаженная. Безумными глазами блуждала по комнате и мотала головой. Нет... Нет... Нет! Я снова на краю пропасти. Я снова в шаге от падения. Нет! Я такого не вынесу! Я всего лишь женщина! Это выше моих сил! Предел! Алан говорил что-то, его губы шевелились, но я не понимала слов, мое сознание было в шоке. Я почувствовала, как задыхаюсь.

— Боже, — прошептала я и попятилась назад.

— Синди, стой. Пожалуйста! Давай поговорим!

Для такой ситуации есть слова? Есть объяснения? Чем я так не угодна судьбе?! Чем?! Если я заплачу сейчас, то только кровавыми слезами! Зажмурила глаза и попятилась к выходу. Схватила сумку и наспех влезла в свои туфли, а после выбежала из дома.

О, это отвратительное чувство беспомощности и трагичной любви! Невозможно описать или объяснить! Такое только можно испытать. Представим, что мир является огромной мозаикой с миллиардом деталей и каждый человек выступает в роли пазла на общем фоне целостного рисунка. В один миг мозаика рассыпалась и мой кусочек потерялся. Я больше никогда не стану частью рисунка. Не стану элементом общей картины. Края моего пазла стали гладкими, отныне это квадратик, который больше не впишется никуда.

Я долго шла по грязным и дождливым улицам мегаполиса и ненавидела каждую песчинку в этом городе. Все мое тело сжалось, скрючилось, и я вдруг остро ощутила, что постарела. Хотелось кричать, плакать, выть! Тем временем мое сжатое, словно пружина, тело брело куда-то. Не знаю, как я попала на пляж. Здесь было холоднее, я слышала крики чаек, видела бескрайний океан и содрогалась внутренне. Моя жизнь – она больше не моя. Она мне больше не нужна.

Я брела по берегу, мои ноги тонули во влажном песке. Туфли безнадежно испорчены, но тогда меня это совсем не заботило. Мелко моросящий дождь создавал антураж серому настроению воды. Вскоре он прекратился, и стало легче дышать. Крики чаек врезались в мои барабанные перепонки помимо моей воли. Я остановилась и невольно засмотрелась на резвых птиц. Чайки хаотично метались над водой, выискивая себе пропитание. Они горланили и опускались к воде, их острые глаза безостановочно смотрели сквозь белую пену. Казалось, что я теряю сознание. Силы покидают меня, спазм скручивал желудок, резкая тошнота рвалась наружу. Как во сне я подошла к скалам и присела на мокрые камни. Обняв себя дрожащими руками, неотрывно следила за полетом птиц, они меня гипнотизировали. Откуда-то издали послышался крик. Мне показалось, что это был последний крик моей души перед смертью. Я вдруг осознала, что готова. Готова умереть...