Птица без крыльев

Глава 39

Это был банкет по случаю юбилея фирмы Роберта. Приехало телевидение, именитые политики и весь местный бомонд. Подготовка была грандиозной и началась еще за полгода до события. Гофман гордился своим успехом и достижениями. И конечно, я не могла остаться в стороне, и в этот день мне нужно было находиться рядом с ним.

Я ехала в машине с водителем. Люблю, когда машину веду не я. На улице шел снег, он переливался блестками в свете фонарей. Автомобили мчались навстречу, всюду люди, спешка. Мне вдруг подумалось, что я давно никуда не спешила. Давно потеряла священное чувство, когда наслаждаешься моментом и жизнь на мгновение кажется вечной.

Я чувствовала дикую усталость и апатию. Уже две недели мне снились кошмары и скакала температура. Близился конец номера, мое присутствие было необходимостью на работе, я не могла позволить себе отдых. В сущности, когда я могла себе позволить безответственность? Никогда... Вот и сейчас, вместо своего желания никуда не идти, машина везет меня на великолепный банкет, на котором Роберт будет кормить свое тщеславие. Статус большого человека всегда нуждается в доказательствах. «Масштабное должно быть заметным!» — все время твердит мне Гофман, а я искренне не понимала его слов. По мне, масштабное не нуждается в огласке. Люди и так понимают, с кем имеют дело.

Я лишена тщеславия и потребности в том, чтобы люди оценивали мои успехи. Гофман отличался этим от меня. Ему всегда требовалось подтверждение его статуса и могущества. «Александр тоже лишен тщеславия. Может, поэтому люди всегда тянулись к нему? Он был очень прост в общении и умел понимать людей», - от этой мысли мне стало дурно. Почему я подумала о нем? Разве уместно сейчас его вспоминать? Разве я все еще его помню?! Мысли закружились в лиричном вальсе, и мне стало грустно. Я вновь вспоминала его... Всю дорогу. Это всегда происходило неосознанно и портило мне настроение. Сегодня не было исключением, мысли принесли грустный осадок послевкусия.

Я снова вспомнила, как позвонила ему среди ночи. Как услышала его голос и дыхание. Вспомнила, как меня пронзила молния ужаса, и я долгие месяцы гадала, узнал он меня или на телефоне сработал определитель страны? И каждый раз я возвращалась к одной спасительной мысли, что все неважно и прошло. Мы потеряли друг друга навсегда.

Именно поэтому я не смогла уйти от Роберта. Не смогла сделать шаг в сторону и снова столкнуться с одиночеством. Мне удалось взять мысли под контроль.

Я вошла в банкетный зал со смешанным чувством спокойствия и разочарования. На мне было длинное платье изумрудного цвета с глубоким декольте. Меня сразу же встретил администратор и отвел за особый, хозяйский стол, где меня ждал Роберт, его близкие и приближенные.

— Замечательно выглядишь, — прошептал мне Роберт на ухо и бегло поцеловал в щеку.

Я была всем представлена как любимая женщина Роберта, и это совсем немного польстило моему самолюбию, хотя в то же время меня злил такой титул, больше похожий на клеймо. За столом в угрюмом молчании сидел Макс, увидев меня, его лицо немного просветлело. Я расцеловала его в обе щеки и подарила ему искреннюю улыбку. Он протянул мне бокал шампанского.

— Пейте, Синди! Иначе мы не выдержим такое большое мероприятие! Вы когда-нибудь видели столько лизунов в одном месте?

Макс смешно облизал губы, и я хохотнула, пригубив игристый напиток. Пожалуй, в компании Макса и алкоголя я способна вынести столь грандиозный вечер. Но я рано ликовала... Не успела допить бокал, как Гофман приказал быть рядом с ним, знакомил меня с влиятельными людьми и своими партнерами. Через четверть часа меня представили стольким людям, что в моей голове смешалось всё, и я возблагодарила небеса, когда Макс пригласил меня на танец.

Парень был явно не в лучшем расположении духа. Мы медленно двигались в танце и молчали. Я чувствовала его напряжение, но списывала всё на неинтересный ему вечер.

— Синди, я развожусь.

Услышав такую новость, я чуть было не споткнулась об собственную ногу.

— Не понимаю. Что произошло?

— Такая жизнь не для меня. Я хочу ехать добровольцем в Африку. Эвелина не понимает меня и не разделяет моих взглядов. Хотя до брака она всегда поддерживала меня.

— Отец знает?

— Нет. Он будет в ярости.

— Он должен узнать новость с твоих уст. Макс, но ведь у вас ребенок. Может, не стоит спешить?

— Я же не отказываюсь от сына. Буду платить алименты, помогать и навещать своего ребенка. Главное, чтобы пресса не полоскала имя отца. Мне-то всё равно, а он не заслуживает сплетен.

— Скажи ему как можно скорее, если ты уже точно решил разводиться.

— Решил. Уже даже нашел толкового специалиста. У него есть связи и большой опыт в разводах. Александр Сайлос! Говорят, он лучший адвокат в стране! Я рассчитываю на него!

Вдох-выдох. Вдох-выдох. Дышу. Мои щеки пылают огнем. Я перестала слышать музыку, голос Макса, и всё вокруг стало незначительным и неважным.

— Ты встречался с ним? Видел его?!

— Да, конечно. Он дал много ценных советов, — беззаботно ответил Макс. Он был слишком занят своими проблемами и не заметил, как изменился мой голос и поведение.

— Он женат?!

— Нет, он много лет в разводе. Правда, у него есть дочь.