Птица Сенмурв. Проводник. 1 книга

Глава 4

Глава 4

Подземелье, три ведьмы, Софи спасает проводника

1

Спертый воздух подземелья, запах плесени, пыли, крысиного помета  и гнили, словно темный мешок, накинутый на голову пленнику, оказал на меня такое же действие. Путаный лабиринт коридоров вызывал ужас. Липкая паутина, слизь, прозрачные мокрицы на сырых, каменных стенах, мыши – отвращение. Продвигаясь вперед и, натыкаясь на непонятные предметы, я то и дело вскрикивала от неожиданности. Открыв одну дверь, - наткнулась на тупик в виде кирпичной кладки, другую –  посыпалась какая-то старая рухлядь или мусор. Третья дверь привела в винный погреб. Прихватив с собой бутыль со спиртным, вернулась на исходную позицию. Куда же они увели Виктора? Почему я уверена, что их – женщин, было несколько?

Решив действовать по наитию, я съежилась и пошла вперед, доверяясь лишь внутреннему чувству. «Наверное, так крысы ищут сыр» - промелькнула мысль. Но быть крысой не прельщало. Я попробовала представить себя другим животным или пресмыкающимся, - ничто не устраивало меня, зато отвлекало от ненужных мыслей и страхов. Свеча догорала. Насколько ее хватит?

Каменный коридор становился уже и ниже. Деревянные перекрытия потолка были так низко, что кое-где приходилось идти, пригибая голову. Впереди проход плавно извивался, словно змея и раздваивался, как ее язык. В какую сторону идти? Освещение становилось слабым. На секунду задумавшись, я хотела свернуть в более глубокий проем. Нет. Логика здесь не уместна. Что же делать? Дышать становилось труднее.

 «Сначала - продлить дыхание свечи», - приказала я себе мысленно. Собрав поблизости мусор, какую-то ветошь, я быстро соорудила нечто, похожее на факел. Пригодилась бутылка со спиртным – смочив самодельный факел, запалила его. «Теперь выбери направление» -  отдала себе четкую команду. «Дышать глубже. Спокойнее».

Но в какую сторону все же идти? Какая разница? Ведь в любой крысиной норе притаился ужас, мрак и то, что подскажет воображение, - начиная от огромных пауков, крыс и кончая вампирами и чудовищами. Истерика и вопли, готовы были вырваться из меня, как пороки из шкатулки Пандоры. Неожиданно вспомнилась детская, деревенская считалочка: «Тут нет, тут нема, тут не будет никогда!» Она всегда выручала меня! Пусть выручит и сейчас! Посчитав, я уверенно направилась в более узкий проход.

Через какое-то время, подземный коридор стал расширяться. Я смогла уже двигаться в полный рост. Откуда-то пробивался слабый свет. Кладка была уже из другого камня. Пройдя несколько поворотов, впереди неясно проступили очертания железной двери. Возле нее горел факел. Тупик?  Если эта дверь лишь бутафория?

Она не сразу открылась. Лишь после того, как старые кованные, ржавые петли раскачались, а мое тело покрылось синяками, тяжелая дверь со скрежетом поддалась, не выдержав борьбы и моего отчаяния. Новый коридор, более просторный, отделанный коричневым рваным песчаником, открылся взору. Что таил он в себе? Все равно отступать было некуда, и я, перекрестившись, крепко сжимая в руке нож, вступила на неосвоенную территорию.

2

Наконец в глубине коридора пламя факела выхватило из тьмы еще одну дверь -старинную, дубовую, с коваными элементами. Растревоженные летучие мыши забеспокоились. Их писк и шелест крыльев производили жуткое впечатление. Напрягшись, я со всей силой навалилась на тяжелую дверь. Потом еще, еще и еще. Она не поддавалась. Я села на холодный каменный пол и готова была разрыдаться от бессилия. Но слез не было. Неожиданно я услышала за дверью какие-то слабые звуки, похожие на музыкальные инструменты. В моей руке был нож. Просунув его в щель двери возле  внутреннего засова, я нащупала щеколду и попыталась поднять ее. Через несколько минут нечеловеческих усилий - у меня получилась!

Дверь с легким скрипом открылась: передо мной предстало удивительное зрелище - большая комната тонула в мерцании свечей и в облаках благовоний. Блеск серебра, золота, мягкие персидские ковры и обволакивающая музыка наполняли ее. Прекрасные девушки играли на флейтах и еще каких-то музыкальных инструментах. Танцовщицы в прозрачных, восточных одеждах плавно кружились, осыпая лепестками роз полулежащего мужчину на шкуре леопарда. Полутень скрывала его лицо, но в отблеске свечей хорошо читались три темных фигуры старух, склоненных над ним: одна – с ножом, другая с - бокалом, третья - бормотала какие-то заклинанья из книги в костлявых руках.

 Я затаила дыхание. Что они собираются с ним сделать? Странная догадка мелькнула во мне и здесь же закипела ярость. Раздумывать не было времени. Вихрь безрассудной отваги пламенем огня вырвался наружу. С диким криком, смерчем я налетела на них.

- А-а-а-а! Прочь, ведьмы! – внезапно атаковав, я отбросила занесенный нож над моим другом (а это был именно он!). С неведомой для меня силой и бесстрашием, я расталкивала старух и визжащих девушек. Затем подхватила под руки, словно в наркотическом опьянении Виктора, и потащила его к выходу. Он еле перебирал ногами. У двери, на ходу я сорвала ковровую скатерть, - чаши фруктов, серебряные кувшины, звеня и расплескивая напитки, попадали вниз. Скорее бы выбраться отсюда!

Пытаясь найти обратный путь, я двигалась наугад, волоча на скатерти Виктора. Но каменный потолок подземного хода нависал еще сильнее, чем прежде, а стены, словно раздавливали. Запустение, затхлый, тяжелый запах, клейкая паутина, писк и шум крыльев летучих мышей делали атмосферу угнетающей. Видимо, перепутав поворот, я углубилась дальше или пошла по боковому ответвлению коридора, которым никто не пользовался много лет. Тело моего друга, казалось, было безжизненным и своей тяжестью мешало быстрому продвижению. Факел догорал.

На ощупь, постоянно натыкаясь на что-то, я медленно продвигалась вперед, - то спиной, таща за узел скатерть, то подталкивая бесчувственное тело сзади, окончательно запутываясь в узких проходах лабиринта. Силой воли приходилось контролировать свое дыхание и каждый шаг. Страха не было. Было желание увидеть свет.