Птичка в клетке!

Глава 31. Неожиданное открытие

Утром Винс перемещался по освещенному ярким солнечным светом дому, только что не мурлыча от удовольствия. Мартовский кот, честное слово! И яйца без всяких просьб с моей стороны из прилегающей к кухне кладовки принес, и тяжелую чугунную сковороду на огонь поставил, и чай заварил. Я настороженно наблюдала за его довольной физиономией и никак не могла взять в толк: что его привело в такое хорошее расположение духа?

В другой ситуации я бы подумала, что на мужчину так повлияла ночевка в девичьей спальне, но ведь мы с Винсом сотни раз ночевали вместе – причем это подтверждалось не только его рассказами, но и моими воспоминаниями.

В конце концов я не выдержала и решила спросить у друга напрямую. Вдруг я не помню, а него сегодня день рождения?

- Просто день хороший, – отмахнулся тот, продолжая довольно щуриться на утреннем солнце.

К завтраку – не иначе как на запах шел! – вернулся Айк.

Пробурчал что-то невнятное, вымыл руки – хотя я просила не делать этого на кухне! – и сел за стол. В отличие от Винса, оборотень был просто образцом недовольства.

- Поедим – и обсудим ситуацию еще раз, – пообещала я, полагая, что знаю, в чем кроется причина его плохого настроения.

Но не угадала.

- Меня выгнала, а этого, – Айк возмущенно ткнул пальцем в сияющего аки начищенный медный таз Винса, – аж в постель пустила!

- Да, – пожала плечами, накладывая в тарелку омлет, – потому что Винс – мой друг, хоть я сейчас и не все из нашей с ним прошлой жизни помню. А ты просто…

Я задумалась. Говорить «хрен с горы» – это приемлемо для ведьмы с тракта, или временное проживание в доме Ордена семи братьев лишило меня привилегии использовать подобные выражения?

Так и не решив, просто махнула рукой. И без слов понятно, что я хотела сказать.

После завтрака, состоящего из яичницы-глазуньи, ветчины и хлеба, мы сели обсуждать дальнейшие планы.

И тут, к моему изумлению, выяснилось, что никаких дельных мыслей насчет избавления нас с оборотнем от тяготящей обоих истиннопарной связи, у этих двоих нет и не было! Все полгода поисков эти… эти балбесы надеялись на меня! Мол, «ты же ведьма, должна придумать».

Под моим хмурым взглядом из мужчин, как горох из дырявого мешка, посыпались гениальные предложения вроде: «просто передай кулон обратно из рук в руки» и «наколдуй ему отворот». Стоит ли говорить, что ни к чему дельному эти разговоры не привели?

Нет, кулон я честно попыталась отдать оборотню, вот только через секунду он уже снова лежал у меня в кармане.

- Нужно поговорить с Дамианом, – подытожила я.

В ту же секунду в дверь постучали. Винс, сделав мне знак не вставать, пошел открывать дверь… за которой обнаружился мой наставник. Будто только и ждал, когда мы начнем его обсуждать!

Он нас пока не видел, как и мы его, но голос узнали оба. И если я обрадовалась, то вот оборотень – не очень. Оно и понятно.

- А ты и правда ведьма, – прокомментировал Айк, направляясь к кухонной кладовке. Я быстро смахнула в раковину лишние приборы.

- Жаль, твое появление не предсказала. Успела бы сбежать куда подальше.

Обменявшись вполголоса любезностями, мы замолчали, ожидая, когда гость зайдет на кухню.

Надеюсь, Айк не начнет чихать от пыли в своем убежище.

Дамиан не торопился: сначала перебросился парой слов с Винсом, а уж затем вместе с ним вошел в кухню.

- Обживаетесь? – в голосе Дамиана проскользнула неожиданная нотка ревности, и я удивленно приподняла бровь.

- Чаю? – по-хозяйски предложил Винс, моментально преобразившийся из привычного весельчака в закрытого сосредоточенного мужчину. Ни тени утренней ленивой улыбки на лице!

- Да, пожалуй, – не отказался мой наставник.

Когда приличия были соблюдены, а чай выпит, я решилась заговорить о главном.

- Дамиан, мне, – глянула на Винса и тут же исправилась, – нам нужно с тобой поговорить.

- О чем? – наставник, задумавшийся о чем-то своем, далеко не сразу сфокусировал свой взгляд на моем лице. А меня вдруг будто обухом по голове ударило. Какие знакомые серые глаза!

Я лихорадочно разглядывала красивое лицо сидящего передо мной мужчины и поражалась удивительному сходству с женщиной из моих воспоминаний. Тот же прямой нос с небольшой горбинкой, те же серые глаза обведенной по краю черным радужкой, тот же оттенок темных волос, та же родинка на левой щеке.

Теперь, когда ко мне вернулись воспоминания о матери, я будто впервые увидела и Дамиана. Мозг лихорадочно работал. В моих воспоминаниях мать совершенно точно говорила не только обо мне, но и еще о ком-то. «Он не должен ВАС найти». Тогда я предположила, что речь может идти еще об одном ребенке – возможно, моем брате или сестре.

Если так подумать, то о родителях Дамиана я совершенно ничего не знала. Знала только, что он жил в доме Ордена с подросткового возраста, и что сейчас ему около тридцати лет. Не успев задуматься об уместности вопроса, я уже его задала.

- Дамиан, – мой голос внезапно охрип, – ты помнишь свою мать?