Птичка в клетке!

Глава 33. Истина где-то рядом

- Хватит! - я закрыла уши руками и крепко зажмурилась. Не слышу, не вижу, не думаю. Не слышу, не вижу, не думаю!

- Все, уползла в свою ракушку, – проинформировал моего наставника поразительно осведомленный Винс, – не слышит, не видит, не думает.

То, что поведали эти двое, повергло меня в самый настоящий шок.

Оказывается, Винс начал догадываться о том, что я не та самая заурядная ведьма, какой казалась раньше, почти сразу после стычки на поляне. Именно после попытки ритуального убийства моя сила значительно выросла – в десятки, если не в сотни раз. Тогда Винс объяснил себе это так же, как и я сама – раз весь ритуал пошел не по плану, значит, свою силу мне передала та ведьма.

Вот только вчера вечером, когда друг уходил за своими вещами, он успел переброситься парой слов с моим наставником. Тогда-то и выяснилось, что тело ведьмы почти сразу после моего появления в особняке Ордена нашли и даже без труда определили ее личность.

После этого откровения меня кольнуло острое чувство обиды: получается, Дамиан не доверял мне. Он хотел выяснить, правду ли я сказала о способе получения своей новой силы. Умом я понимала, что обижаться глупо, но на всякий случай решила все-таки затаить обиду.

В том, что я была с ним честна, Дамиан убедился почти сразу, но выяснил и еще кое-что странное: ведьма была слабой. Примерно такой же, как я, именно поэтому и грезила идеей насобирать по крупицам чужую магию. Слухи о ее попытках найти себе жертву ходили среди местных давно, что также подтвердило мою версию.

Это означало одно: она никак не могла передать мне такую огромную силу.

Тогда Дамиан принял решение найти мою мать – или хотя бы ее след, если она уже мертва, – ведь, судя по имеющимся в наличии фактам, она была одной из Верховных ведьм. А их опыт, сила и наследие в данный момент Ордену были просто необходимы.

Дамиан лично съездил в мой приют, пообщался со старшей настоятельницей и сразу же понял, что все ее рассказы о моей матери – просто глупая выдумка. Единственная ниточка оборвалась, и с тех пор братья Ордена предпринимали бесплодные попытки обнаружить новый след.

Только вот почему-то наставник забыл сообщить о своих планах и изысканиях мне. А Винс, который называл себя моим другом и спал в моей постели, так же удачно «забыл» рассказать мне случайно выясненную правду.

- Уходите, – велела я, не открывая глаз. – Все вон!

Прошла минута, и я решилась вернуться обратно в окружающий мир. Гостиная была пуста – мужчины ушли.

- Ничего себе, настоящая Верховная ведьма! – протянул Айк, выходя из кухни с огрызком яблока в руке. – Начинаю думать, что нужно попытаться соблазнить тебя еще разок. Какое сильное потомство могло бы родиться от нашего союза!

- Уходи!

Сил на споры у меня просто не было. К счастью, оборотень оказался понятливым малым и, ехидно усмехнувшись на прощание, исчез в тумане.

Причем в прямом смысле слова! На дворе стоял белый день, а все вокруг погрузилось в белесое молоко.

Айк снова возник на пороге, ткнул пальцем себе за спину и с укором заявил:

- Ты бы заканчивала хандрить. Смотри, что с погодой творится!

А потом ушел, теперь уже окончательно.

Я притихла. Неужели это из-за меня? Винс всегда шутил, что боится моей хандры, потому что когда я грущу, вечно портится погода. Что, если это действительно связано?

Похлопав себя по щекам, я заставила свое непослушное тело подняться с дивана и направиться на кухню. Мне срочно нужно было чем-то побаловать себя чем-нибудь вкусным, а заодно и отвлечься. Пошарив на верхней полке, я издала довольный возглас. Вот она! Еще вчера я заметила старую кулинарную книгу, оставшуюся от прежних хозяев, и тогда же решила, что обязательно изучу каждый рецепт. Кажется, время пришло.

Через час я отрезала огромный кусок ароматного яблочного пирога и с наслаждением сделала первый укус.

- Смотрю, настроение улучшилось, – я даже голову не повернула в сторону заглянувшего в распахнутое окно Винса, – кстати, я пришел на запах. Пахнет просто умопомрачительно. Могу я?..

Кивнула, не отвлекаясь от еды.

В конце концов, могу ли я винить его хоть в чем-то? Винс не сделал мне ничего плохого, наоборот – искал, помогал, защищал. Проделала бы я ради него такой путь, какой вынужден был проделать он? Пила бы в грязных тавернах, пытаясь заглушить боль разлуки?

Нынешняя я – нет. А прежняя? Ответа на этот вопрос я не знала.

- Очень вкусно, – похвалил Винс, когда мы с ним прикончили добрую половину пирога, – не знал, что ты умеешь печь.

- Я и сама не знала, просто рецепт попался хороший, – пожала плечами, – кстати, посуду моешь ты.

Друг бросил взгляд на гору грязной посуду в раковине и громко застонал.

- Любишь пироги есть – люби и противни мыть, – назидательно проговорила я, специально гнусавя.

Винс расхохотался, потянулся со вкусом, а затем поднялся и двинулся к раковине, огладив мимоходом горячей рукой мою спину. Я окаменела, лихорадочно пытаясь понять, почему от этого простого дружеского жеста меня бросило в жар. В результате было принято самое простое решение: сбежать.

- Пойду подышу свежим воздухом.

Винс кивнул, продолжая деловито греметь посудой.