Птичка в клетке!

Глава 37. Ритуал

- Ты уверена, что этот нож подойдет?

Сомнение в голосе Винса только усилило мою лихорадочную нервозность.

- А есть другой? – огрызнулась, тут же пожалев об этом. – Прости.

Ритуал передачи жизненной силы был прост, как пять копеек. Произнести заклинание, разрезать свою ладонь и дать Дамиану выпить несколько капель крови.

Вот только сначала нужно было на это решиться. Если б только знать точно, что мы и правда родные брат и сестра!..

Рывок – и я снова в воспоминании из прошлого. Мальчик-подросток – аккуратно подстриженные темные волосы, дорогая одежда, длинные ловкие пальцы, – завязывает шнурок на моем розовом ботиночке, не забывая ласково журить меня за рассеянность.

- Сестренка, ну ты что! Нужно было сразу сказать мне, что шнурок развязался. Так ведь и упасть можно!

Я киваю, пребывая в уверенности, что старший брат не сердится на меня всерьез. Он вообще никогда на меня не сердится!

Мальчик поднимает голову и смотрит на меня до боли знакомыми ласковыми серыми глазами.

- Винс, начинаем, – я мгновенно стряхнула с себя оцепенение. Медлить дальше было нельзя.

Напарник, как и всегда, стал моей поддержкой в трудную минуту. Он держал передо мной книгу с текстом заклинания, хотя можно было обойтись и без этого – слова буквально врезались в мою память. Едва последнее слово было произнесено, Винс вложил мне в ладонь тщательно наточенный его умелыми руками нож. «Чтобы было не так больно», – сказал друг, в последний раз проверяя остроту лезвия ногтем.

Ни сомнений, ни страха, ни сожалений. Один резкий взмах – и на моей ладони открывается рана. Она глубже, чем я планировала, и очень болезненно пульсирует, но я отлично умею терпеть боль.

Алые капли одна за другой капают на бледные губы Дамиана.

Я застываю в ожидании, не в силах сделать вздох или хотя бы зажать рану на руке.

Винс стоит напротив и молчит. Его напряжение читается в каждой черте: в сжатых в тонкую линию губах, в угрюмо сведенных бровях, в скованной позе.

Время становится вязким и густым, словно деревенский мед или свежая смола. Я ощущаю, как медленно капает кровь из раненой ладони, и полет каждой капли длится сотни лет.

Не знаю, сколько на самом деле прошло времени, но в какой-то момент мир вокруг словно отмер – завертелся юлой, засиял яркими красками, зазвучал голосами птиц.

- Алька, смотри!

Винс осторожно приподнял повязку на боку Дамиана, и я пошатнулась – то ли от внезапно нахлынувшей радости, то ли от слабости.

Рана на боку моего брата затягивалась буквально на глазах.

- У тебя получилось! Я же говорил, Птичка! – Винс подхватил меня на руки и закружил, но тут же опомнился, аккуратно посадил возле дерева и спросил, с тревогой рассматривая рану. – Магия еще не вернулась? Ты сможешь залечить порез?

- Я могу.

Голос был тихим и хриплым, но главным было не это. Дамиан пришел в сознание!

- Как ты? Бок болит? Силы есть? А магия?

Вопросы сыпались из нас с Винсом как горох из дырявой корзины, и наставник тихо рассмеялся. Сел, провел пальцами по свежему ярко-розовому шраму на боку, будто не веря, что минуту назад там еще была ужасная рана, и внезапно перевел взгляд на меня:

- Давай сюда свою руку, героиня. Сначала я тебя вылечу, чтобы случайно кровью не истекла, а потом вы в подробностях расскажете, как вытащили меня с того света.

Я послушно вытянула вперед пострадавшую ладонь. В груди было тепло, на сердце – легко. Ни одной черной мысли!

Да, ощущался некоторый упадок сил, но это было ничтожной ценой за спасение новообретенного старшего брата. Я всю жизнь считала себя сиротой и – что уж скрывать! – страдала из-за этого, а оказывается, у меня в этом мире все же был кто-то родной.

Я смотрела на двоих мужчин, внимательно наблюдавших за тем, как под действием магии медленно затягивается рана на моей ладони. Родная душа и родная кровь. Что еще может быть нужно?

- Итак, – Дамиан выпрямился и принял более удобную позу, будто готовился долго слушать… или долго говорить. Оказалось, и то, и другое. – Сначала вы расскажете, как меня спасли, а потом я расскажу, что случилось в особняке Ордена.

Мы с Винсом переглянулись, и друг одними губами прошептал: «сама».

Честно говоря, я понятия не имела, как лучше начать рассказ. Как вообще сообщить человеку, что ты – его родная сестра? Это ко мне по счастливой случайности начали возвращаться детские воспоминания, а вот он, судя по всему, вообще ничего о времени до своего попадания в Орден не помнит.

Поэтому я не нашла ничего лучше, чем показать ему использованное заклинание. Авось, сам догадается! Руки заметно дрожали, когда я лезла в сумку, куда Винс успел сунуть укра… одолженную на время у Главы Ордена книжицу. Страницы путались и убегали из-под пальцев, а нужное заклинание все никак не находилось.

- Вы – родные брат и сестра, – внезапно выдал Винс, все это время с непередаваемым выражением лица наблюдавший за моей мышиной возней, – поэтому мы использовали вот это заклинание.

Друг забрал из моих рук книжицу, моментально нашел нужную страницу и, пользуясь тем, что все остальные молчат, продолжил:

- Уверенности в вашем родстве у нас не было, хотя к Альке и вернулись некоторые детские воспоминания. Но ты умирал, поэтому, сам понимаешь, выбора у нас не было. Неминуемая смерть против призрачного шанса на спасение.