Птичка–эль и ее дракон

Глава 41

Утро наступило от скрежета, от противного повторяющегося скрежетания. Снова и снова этот ужасный звук непрошено вторгался в мое сознание и не позволял должным образом насладиться теплом мужского тела, что спало рядом.

И мне не было ни капельки стыдно за то, что я не хотела вставать с кровати, мне даже веки поднимать не хотелось несмотря на то, что по моим внутренним часам время приближалось к полудню. Я старательно игнорировала гвоздем впивающийся скрежет, но после пробуждения меня стало дико раздражать еще и ощущение песка в левом глазу. Это линза Честера бастовала против заточения. Пришлось мне сдаться обилию раздражителей и побрести вызволять невольницу.

У зеркала меня встретила растрепанная бледная голая девушка с забинтованной рукой и с синяками на лице – все пройдет. Глаз выглядел нормально, но вытащить линзу было необходимо и, на удивление, сложно. Мне удалось освободить свой глаз от медузы-линзы с энной попытки. Я закинула невольную вредительницу в стаканчик с водой, раз Честер ее хранил в жидкости, то и мне следовало, ведь я несу ответственность за медузного питомца, и собиралась вернуть ее хозяину целой и невредимой.

Желание спрятать свой поврежденный глаз под повязкой не вернулось, поэтому я была горда собой. Как долго мне хотелось оставить в тайне эту часть своего прошлого? А теперь я отказывалась скрывать свое настоящее – это такая же часть моей сути, наравне с другими особенностями моих личности, тела и души.

Дурацкий изнуряющий скрежет все продолжался и продолжался, и как же Оди еще не проснулся от этого кошмара? Обмотавшись первым попавшимся полотенцем, я отправилась на звук…

Источником этого издевательства оказался мой родной и дорогой Эстер! Он с драконьим упорством неспешно водил по стеклу когтем. Звук был просто отвратительнейшим, как и мое паршивое настроение.

Я уже хотела отругать своего братца за жуткую побудку, но Эстер взял и выплюнул у порога тушку какого-то небольшого пушного зверька, и что мне с ним делать? Драконья морда заглядывала мне в лицо своими бездонными глазами, ища похвалы, он переживал и решил подкормить, какая прелесть! Я рассмеялась над милейшим проявлением заботы, плохое настроение улетучилось, как будто его и не бывало.

Я провела по морде чешуйчатого добытчика и спросила:

– А кто тут у нас самый лучший охотник?

Дракону нравилось, когда я чесала по подбородку. Он прикрыл веки, продолжая его чесать, я нахваливала Эстера:

– Кто же тут у нас самый лучший, самый смелый и самый-самый заботливый?

– Я! – послышался голос Одериуса с постели. – Самый лучший муж, самый лучший добытчик и самый лучший охотник, все – я!

– Кто бы сомневался, конечно, ты и только ты… – ехидно пропела я и взглянула через плечо на этого самого-самого представителя рода человеческого. Оди беспардонно разлегся на всю кровать, бессовестно занял мою половину постели, его глаза горели огнем, а рот стал расползаться в порочной улыбке, каков паршивец, но краси-и-вый!

Но, я так просто не сдамся, будем считать, что я встала не с той ноги! Взяв тушку, я решительно направилась на кухню. Если Оди и думал, что я буду ее разделывать и так далее, то – это он ошибался, я просто закинула мясо в хладный шкаф. Мой демарш – всего лишь повод уйти. Мастер звал меня к себе еще утром, а я уже опоздала.

Вернувшись в спальню, я обнаружила занятый душ Одеруисом, и занятый же пруд Эстером, хоть второе я и не планировала использовать, но мне стало обидно. Я первая встала, а значит и душ по праву мой! Пришлось идти и отвоевывать территорию у наглого завоевателя. Завоеватель сразу сдался в плен, стоило мне только проникнуть на спорную территорию. В итоге, в нашей войне победили обе стороны, получив обоюдное наслаждение. Договор о перемирии было решено подписать в следующую встречу противоположных сторон.

Одериус быстрее меня оделся, поэтому он и готовил легкий перекус, который мы забросим в желудок прежде, чем разбежимся каждый по своим делам. Оди сообщил, что сегодня он узнает результаты и допроса, и разговора Правителя Юргана и нашего короля. Я, в свою очередь, предупредила, что полечу к мастеру Эверсу в лавку. Оди стряс с меня обещание сильно на мастера не обижаться и ни в коем случае его не бить, знал бы Оди, что всем приемчикам в моем арсенале я была обязана мастеру, то он бы так не говорил. Потом, в моих планах было наведаться к Грейс, и самое сложное на сегодняшний день –все рассказать Мэлу, пора.

По-деловому распрощаться с мужем не получилось. Одериус не отпускал меня так просто, то целовал, то обнимал, и никак не останавливался. Я заподозрила неладное…

– Не замечала, что так на тебя влияет угроза моей жизни… – буркнула я. Раньше Одериус не был такой ласковый, а теперь гляди-ка. А ведь меня не в первый раз пытались покалечить.

Одериус скривил недовольную моську и ответил:

– Колючка ты! Беги уже к Мастеру!

За недовольством я увидела и его беспокойство и пожалела о своих словах, кому, как не мне знать о потерях, какая же я дура! Понимая, что я была совсем не права, пришлось ластиться и выпрашивать прощение у своего мужа, а время неумолимо убегало прочь.

К своему дракону я вышла уже тогда, когда стало темнеть, еще чуть-чуть и активируют ириевые фонари. Подготовившись к полету, Эстер оттолкнулся с маленькой площадки его собственного домика и взлетел. Дракон быстро набрал высоту, и я позволила себе от души насладиться коротким полетом среди сереньких тучек и любимых мною сияющих башен.

Про королеву Еву и ее убийство-неубийство, я старалась не думать – это станет известно немного позже, из вторых уст, так сказать. И все же я даже не имела право размышлять о том, какой был интерес за пазухой у Орта так грязно предавшего своего венценосного друга, я слишком мало знала об их отношениях, и я совсем не знала королеву Еву.

Моей же задачей являлось – рассказать Мэлу всю правду и предоставить ребенку выбор, как и было обещано. Теперь он был сыном короля Рихарда, братом принцессы Лиры. Звучало, как шутка богов, но Эстер не мог ошибиться. И в Рихарде я не сомневалась, он не мог поступить недостойно. И, если Мэл захочет, то истинный отец примет Мэла в семью. Выбор Мэлу предстоял сложный... но мое плечо навсегда останется опорой для мальчика даже, если он выберет не меня.