Пурпурный Рассвет. Лимон на снегу

Глава 4

К ночи метель только усилилась, и Кир начал переживать, что Игнат Витальевич не доберется завтра из города. Если снегопад продолжится с такой же интенсивностью, то коммунальщики просто не смогут расчистить горные дороги, и закроют перевал. Пару раз моргал свет, Лесной предусмотрительно достал свечи и поставил в фонари свежие батареи. Мама легла спать очень рано, начала клевать носом еще до вечернего выпуска новостей, и он отвел ее в спальню.

Лаборатория встретила привычным гулом зажжённых ламп, словно мурлыкающий кот, радостно встречающий хозяина. «Лимон» стоит у дальней стены, поблескивая магнитами и ожидая своего часа. Кир подошел ближе и приложил руку к прохладной металлической поверхности. Каждая деталь этого реактора, каждый провод и каждый элемент установленны и собраны лично им, Кир может по памяти нарисовать всю конструкцию с точностью до сантиметра. Вот так банальное любопытство выросло в возможность спасти не одну жизнь.

Усевшись за рабочий стол, Кир еще несколько раз просчитал реакцию с новым элементом и убедился почти в стопроцентной вероятности запуска работы реактора в теории. Осталось реализовать на практике. Несколько раз проверил все пусковые устройства, защитный контур, уловители. Удостоверившись в готовности к завтрашнему пуску, отправился спать.

Утром по привычке проснулся в шесть ровно. Спешно поел, не забыв усадить маму и подвинуть ей тарелку с бутербродами из ароматной копченой колбасы с сыром, подарок Приштина. Позавтракав, тут же отправился в лабораторию. Что бы добраться до заветного сарая, пришлось изрядно поработать лопатой – снега насыпало уже почти до колена. Запустив преобразователи, Кир выходил на улицу каждые пять минут, боясь не услышать, когда приедет Игнат Витальевич. Приштин приехал позже обещанного, ближе к пяти, на улице уже начало смеркаться. Большой серый внедорожник остановился чуть ниже по улице. Мужчина в этот раз одет совсем по-простому: джинсы, зимние высокие ботинки, теплый пуховик и черная вязаная шапка. В руках он тащит две увесистые спортивные сумки.

- Привет! Дорога очень сложная, пришлось задержаться. Сразу пойдем работать? – Игнат Витальевич решил не терять время.

- Здравствуйте. Я уже все подготовил. – Кир попытался взять одну сумку, Но мужчина показал, что донесет сам.

В лаборатории Приштин снял пуховик и достал из сумки два плотных комбинезона из специальной ткани.

- Смотри, что я нам раздобыл. Жаропрочные, с защитой от электричества и радиации. Я понимаю, что тут ее почти нет, но лучше перестраховаться. Бережёного Бог бережет, как говориться.

Комбинезон оказался великоват, и пах смесью пота и резины. Пришлось подвязывать его на манжетах и голенищах специальным скотчем. Еще раз проверив аппаратуру перед стартом, Кир заменил топливо для реакции.

- Ну что, запустим? – Игнат Витальевич очень взбудоражен и сгорает от нетерпения.

- Давайте. Преобразователи готовы.

- Тогда я пойду к пульту и начну контрольный отсчет, а ты проверяй реакцию.

Кир согласно кивнул и занял место у прибора, контролирующего ход термоядерной реакции. Игнат Витальевич встал у пульта, положил руку на клавишу пуска.

- Десять! Девять! Восемь! Семь!

Щелчок и темнота. Гул преобразователей смолк, и в лаборатории воцарилась полная тишина.

- Черт! Это еще что?

Кир наощупь, по памяти, добрался до верстака и взял заранее приготовленный фонарь. Луч света выхватил раздраженное лицо Приштина.

- Наверное, во всем поселке выключили. Вчера свет уже моргал, такое бывает.

- Вот же ж. У тебя нет резервного питания? Хотя о чем я спрашиваю. Где ты говорил у вас телефон? – Игнат Витальевич подошел к Лесному и взял у него из рук фонарь.

- Ближе всего до таксофона. Это через несколько улиц отсюда.

- Тогда поехали. – Мужчина уже стянул с себя комбинезон и начал надевать куртку.

Выйдя из лаборатории, попали под усилившийся снегопад, к которому прибавились порывы ледяного ветра. Температура значительно упала, пальцы на руках окоченели почти сразу, ноздри начинало колоть морозом.

Добравшись до джипа, залезли в успевший порядочно остыть салон. Кожаные сидения холодили ноги даже через штаны и Кир быстро промерз. Утробно заурчал дизель и внедорожник, перевалив через высокий сугроб, покатился по заснеженной дороге. Кир прилип к окну, рассматривая погруженные во мрак жилые дома. Все, уже началось. Света нет почти нигде. Лишь в некоторых домах алеют огоньки свечей, и разливается холодный свет фонариков. Машины побросали вдоль обочин, так как по дороге проехать могли только машины с высоким клиренсом, а таких в селе мало. Пешеходов нет, да и кто пойдет на улицу в такую метель. До таксофона ехали минут десять, хоть обычно такая дорога занимает минуты три.

Игнат Витальевич открыл бардачок, достал пригоршню железных монет и направился к телефонной будке. Кир пересел на водительское сидение и приоткрыл окно, стараясь уловить разговор.

- Да дома у меня стоит. Возьми прицеп на работе. Скажи, я попросил. Да понял я, что закрыли, бери трактор или грузовик. Пропустят, денег дай если что. Да «газон» залезет в перевал, пока еще залезет. Нужно как можно быстрее. И запас горючки возьми. Быстрее!

Когда Игнат Витальевич повесил трубку, Кир спешно вернулся на свое место и сделал вид, что ничего не слышал.

- Скоро нам привезут генератор. Думаю, нам хватит мощности запустить реакцию, генератор хороший, мощный. Поехали, пока в магазин заедем.

Вывернув на центральную улицу села, проехались до скопления магазинов. В продуктовом горит свет. Слышно, как за зданием тарахтит небольшой дизель-генератор. В помещении магазина довольно людно. Пахнет холодом, пивным перегаром и свежим хлебом. Возле кассы очередь, скупают не глядя продукты впрок, сметая все с полок, разбирают свечи, батарейки и спички. Несколько мужчин стоят чуть поодаль, возле высокого столика, где обычно местные забулдыги распивают разливное пиво. Они пьют исходящий паром чай из пластиковых стаканчиков, согревая красные от мороза руки, и что-то обсуждают. На куртке одного из мужчин еле читается выцветшая от времени надпись «Электросети». Игнат Витальевич сначала занял очередь к кассе, но потом направился к разговаривающим у столика. Кир остался ждать его у входа.