Пустельга и ворон

Глава 5

Утро выдалось прохладным. Легкий туман стелящийся по узким городским улочкам, пропитывал одежды путешественников липкой влагой. Небо выглядело хмурым, будто ещё не проснулось, а дома казались тусклыми тенями в этом сонном мире. Во дворе, перед воротами, уже ждали осёдланные кони. Росвен стояла у крыльца, натягивая перчатки. На ней был новенький тёплый плащ с капюшоном, а на поясе покачивались маленькие мешочки с травами и длинный красивый кинжал в дорогих ножнах, с замысловатой руной Ковена.

— Всё собрали? — спросила она, не глядя.

Ивейн спрыгнул с крыльца, поправляя ремень проходящий поверх груди:

— Почти. Осталось купить лошадь — и можно уезжать. Я договорился с торговцем на рынке, он обещал быть на рассвете. Ведьма, выберешь себе одну. Или две? — Невинно поинтересовался рыцарь.

Двушка, слегка опешила, но быстро взяв себя в руки нагловато улыбнулась.

— Возьму три, — игриво сказала она подойдя ближе к Ивейну, будто невзначай задевая его плечом.

Артур выглянул из дверей, неся сумку. Его лицо было сосредоточенным. Он старательно избегал смотреть на Росвен, но краем глаза постоянно отмечал каждое её движение. После вчерашнего он почти не спал. Рыцарь чувствовал себя преданным, хотя ведьма ему никогда и ничего не обещала. Но ему всё ещё слышалась та песня и голос Дегре, тихо шепчущий что-то у её ног.

Дегре вышел последним. Он казался спокойным и собранным, как всегда, но взгляд стал будто темнее и внимательнее. Он коротко кивнул:

— Я осмотрю путь за городом. Встретимся у южных ворот.

Когда он ушёл, Росвен тихо, пробормотала:

— Как странно смотрит. Будто что-то не так.

— Знаешь, — отозвался Ивейн, сдержанно улыбаясь, — хотел бы я однажды встретить человека, который смотрит “так“.

Они двинулись к рынку. Город уже начинал просыпаться — пахло хлебом, углём и мокрым деревом. Где-то каркали вороны. Возле кузницы уже стучал молот. Торговец, с которым договорился Ивейн, оказался молчаливым, и честным.

— Почитай редкость в наше время, — отметил Артур.

Выбирать не пришлось. Лошадь была одна. Она оказалась старой, но крепкой, со спокойным нравом.

— Мы точно не вызовем подозрений с такой? — спросила девушка, ощупывая потрескавшееся седло.

— Наоборот, — сказал Артур. — Молодая женщина в сопровождении двух мужчин. Возможно сестра или жена одного из них. Едут по своим делам.

— Или скрываются от властей, — хмыкнул Ивейн.

Росвен коротко усмехнулась, но взгляд ее остался напряженным.

Погрузив вещи, они покинули Дебри. За чертой пейзаж быстро сменился: серые стены остались позади, дорога пошла вдоль холмов с еще молодой зеленой пшеницей, что рябью шла при малейшем ветерке. По мере того как солнце поднималось над горизонтом, воздух наполнялся запахом скошенных трав и прогретой солнцем земли. Утренний ветер раскачивал ветви деревьев, отчего казалось, что листья шепчутся о чем-то своем.

Между путниками воцарилась тишина. Каждый был погружен в свои мысли, надежды и кошмары. О том, что позади… и о том, что ждёт впереди.

На горизонте снова показались силуэты холмов, а впереди, на пригорке, раскинулась старая осиновая роща. К ней вела узкая тропка, едва заметная в высокой траве. Росвен уверена повернула лошадь, побуждая рыцарей сойти с королевского тракта.

— Мне нужно осмотреться. Я быстро, — бросила она спешиваясь и не оборачиваясь, скрылась за деревьями.

Роща приняла её, будто давно ждала. Деревья стройными рядами уходили в само небо и девушка вдруг остро ощутила, как мала она среди этого безмолвного величия, как пылинка на шерсти зверя, не ведающего о её существовании.

На краю осинника лежал камень, обросший мхом. Он выступал из земли, словно обглоданная кость, брошенная одним из древних гигантов, о которых читала еще в детстве. Расчистив его, ведьма опустилась, подогнув ноги, и закрыла глаза. Дышать стало легче. Ровно. Глубоко.

Надо было успокоиться. Стереть из головы всё лишнее: тревоги, обиды, чужие взгляды, собственные ошибки. Почувствовать холодную, шершавую поверхность под собой, капли дождя, застывшие в камне, как крохотные кратеры, выслушать ветер — тот самый, что гонит тучи по небу, будто стадо. Подняться за ним — ввысь, а потом обрушиться вниз.

Сквозь глаза пустельги, кружащей в небе, ведьма смотрела на землю. Птица искала что-то чистое, обнажённое — холм, лишённый деревьев и кустов, как бритая голова отшельника. Северо-восточнее холма — водоём, источник, ручей или река. Дальше, среди зелени и тумана, чёткий отблеск воды, вот оно искомое место. Пустельга повела взор дальше.

В дне пути от рощи, на лесной окраине, вздымался нужный ей холм. Карты о нём, скорее всего, не знали — да и зачем, такие места ничем не примечательны. Росвен велела птице взглянуть шире: поле — как живое зеленое сердце; кладбище — след ушедшего прошлого; лесок — укрытие от живых и мёртвых.

Место было хорошее. Сильное. Темное. Точно спящее существо, что откроет глаз, стоит к нему обратиться.

Девушка хмыкнула. Вряд ли кто-то решится помешать им там. Люди обходят такие места. Боятся. Правильно делают.