Пустой аркан

АКТ VIII ЭПИЗОД БЕССИЛИЯ

Ночное время Клим провел особенно продуктивно. Прежде чем заглянуть к себе, он совершил изрядный крюк, и все ради того, чтобы справедливая расплата настигла излишне ревнивую девушку. Заскочив в курьерскую службу, в которой работал Гриша, он выцепил его адрес и немедля направился туда.

Дом нашелся быстро, и к великой удаче духа жила парочка совместно. Стараясь не обращать внимания на щелчки воображаемых часовых стрелок, он бесшумно проник в комнату и торопливо шагнул к кровати, на которой мирно спала искомая девушка. Гриши, по странному стечению обстоятельств, рядом не оказалось.

Ладонь зависла над лицом настолько близко, насколько возможно, при этом не касаясь чужой кожи. Расфокусировав взгляд, Клим смотрел вглубь черепной коробки и искал в ней часть, отвечающей за сновидения. Пару манипуляций и обычный тривиальный сюжет блужданий по неизвестным мирам превратился в сущий кошмар.

Отдаленным эхом юноша слышал ее учащенное сердцебиение, рваное дыхание и даже пот, стекавший по вискам. Надавив болезненные точки, он подготовил благодатную почву и лишь тогда зародил простую мысль: «Навсегда отвалить от Анелии». Большего ему не требовалось, и, покончив с делом, он вышел.

Клим думал сразу же уйти, однако глухой стук вынудил его свернуть дальше по коридору. Большая часть Гриши уместилась на диване, и только правая нога, не найдя себе достаточно пространства, свалилась на пол. Жалости к нему гость не испытывал, и все же мысленно пожелал парню разобраться в отношениях и сберечь свою личность.

Один щелчок пальцев — и Гриша, резко проснувшись, сел. Упершись локтями в колени, он задумался. Тем временем призрак изумленно уставился на свою руку, словно видел ее впервые в жизни. Сколько же возможностей в нем таилось, а он даже и не подозревал?

* * *

Утро началось с хозяйственных перчаток и десятка лезвий. С чистым почтовым ящиком мне стало гораздо спокойнее, и я, забежав наверх за красными наушниками, направилась в парк. Он принял меня радостно, будто только и ждал моего возвращения. И в этот раз обошлось без неприятных падений, чему я была несказанно счастлива.

После короткой пробежки у меня прояснилось в голове, а тело ощущалось бодрым и столь легким, что, казалось, я не шагала, а парила над асфальтом. И в таком приподнятом настроении я заглянула в швейный магазин за фурнитурой. Она всегда заканчивалась быстрее прочего, однако я не доводила до мига, когда мои запасы полностью иссякнут. Крючки, пуговицы, молнии, кнопки, парочка катушек ниток и десяток упаковок перламутровых бусин — все это богатство уместилось в небольшой бумажный пакет. Я расплатилась телефоном и неторопливо вышла на улицу. Носки кроссовок уже направились в сторону дома, как вдруг я заметила боковым зрением знакомый силуэт. Клим. Мне пришлось прикусить язык, чтобы случайно его не окликнуть. В конце концов, он меня не знал и даже не подозревал о моем существовании.

Поддавшись любопытству, я тихо двинулась за телесным двойником. Прытко лавируя между людьми, тот бережно нес в правой руке кейс медного цвета, а левой придерживал смартфон у уха. Разговора я не слышала, однако после него Клим резко остановился и начал озираться по сторонам. Я прекрасно осознавала, что он никоим образом не мог искать меня, и все же сердце нервно забилось в груди.

Спасительное сообщение от мамы пришло, как нельзя кстати. Опустив голову, я неспешно набирала ответ, пока юноша беззаботно проходил мимо меня. Я выдохнула и, немного выждав, возобновила слежку. Один пешеходный переход, несколько поворотов и скачок во внутренний дворик, чтобы вынырнуть абсолютно с другой стороны. Клим не терял своей уверенной походки, хоть и шел таким путем явно впервые.

Внезапно я упустила его из поля видимости, но расстроиться не успела, потому что заметила исчезающий за углом здания кейс. Выдохнув от облегчения, я на цыпочках подобралась ближе. И как же я не ожидала увидеть через дорогу напротив заброшенную почту, которая бурлила жизнью.

Целая съемочная команда стояла в нервном молчании, закончившееся приходом Клима. Все тут же заняли свои позиции, и не хватало только крика «мотор», чтобы начать работу. На секунду я думала развернуться и уйти, однако мое природное любопытство оказалось сильнее. Я лишь позволила себе заскочить в ближайший магазин за пачкой жевательного мармелада и разместилась на свободной скамье, откуда открывался замечательный обзор.

Опустив наушники на затылок, я наблюдала за причудливым узором передвижений людей и техники, которое было сравнимо не с танцем, а с расстановкой на шахматной доске. Выверенные позиции и ракурсы, сцены чередовались, будто по щелчку пальцев, и правил всем процессом упорядоченный творческий хаос, где Клим бесследно растворился.

Упаковка сладостей довольно быстро опустела на треть, мышцы еще не успели затечь, но я все равно сменила позу, не желая испытывать удачу. Казалось, что в этой толпе мне необходимо отыскать нечто важное. Эта мысль свербела в мозгу, пока я вновь не увидела Клима, да еще и не одного, а с девушкой. И ее я узнала. Она была на том самом поэтическом вечере и, насколько мне не изменяла память, читала что-то из Вордсворта.

«Надо же. Какая встреча, — усмехнулась я и закинула в рот сразу десяток кусочков мармелада. — Раз так удачно совпало, то заодно и выясним злодейка ли наша подозреваемая или нет».

Абстрагировавшись от всех остальных сотрудников на площадке, я сфокусировалась на ней. Она тронула за плечо юношу, и ее таро расцвело. Кто-то резко щелкнул нумератором дублей, и наваждение спало. Оба актера молниеносно включились в сцену и разыграли такую жаркую ссору, что у меня даже щеки запылали. И не только мне стало неловко, ведь прохожие все как один вперились глазами в землю и припустили трусцой, лишь бы быстрее скрыться с улицы.