Пустошь между выжившими: Молоховирус

24. Сан-Франциско

- Док, как у меня дела?

- Как сказать: хуже не бывает. Я прикрепил к твоему телу капельницу с вакциной. Но угнетая «Молоховирус» ты не можешь так быстро восстанавливаться как раньше. У тебя два пути. Во-первых, мы послабляем дозу: ты быстрее восстанавливаешься, но тогда приступы агрессии станут чаще. Во-вторых, продолжаем вкачивать лекарство: ты останешься инвалидом без возможности полноценной жизни, но с ясным умом.

- Значит, сохраняя свой ум я не смогу помочь сестре в случаи проблем.

- Можешь остаться в Фениксе, тогда её безопасностью займётся «Легион».

- Там слишком много тех, кто будет мечтать о моей смерти. Никому не нужен вечный герой, а вот чтить его память куда выгоднее.

- Ты меня понял.

- Спасибо, Док.

Выхожу из автобуса. Сестра ожидает возле грузовика. С трудом добираюсь до неё, но от помощи отказываюсь, делая соответствующие жесты.

- Как ты? Я так перепугалась, когда ты потерял сознание.

- Ничего особенного: простая усталость и прошлые раны. Готова увидеть своих подруг?

- Надеюсь, они не позабыли обо мне.

- Продолжим путь. После вас, - любезно открываю сестре дверь.

- Спасибо, - с той же любезностью получаю ответ.

Сан-Франциско – это самый огромный из Вавилонов. Климат сыграл решающую роль в выборе места для жизни. Миллионы людей поселились вдоль всего побережья практически до границ с Канадой. Управление мегаполисом двухполярное: банкиры и церковь. Одни предпочитают считать деньги, другие – количество прихожан. Благодаря такому разделению сфер влияний Вавилон остаётся одним из самых перспективных для развития городов в США. Однако правительство с их конституцией и президентом никто не спешит впускать на территорию. Хотя и до апокалипсиса, думаю, эти две могущественные силы продолжали подпольно руководить гражданами страны: сейчас это просто более явно.

Как таковых границ Сан-Франциско нет. Поселения плавно перетекают в большие города, а те в свою очередь объединяются дорогами с Вавилоном. Единая армия надёжно защищает условные границы. Несмотря на такую мощь отсутствует влияние на Пустошь. Пока многие оплоты цивилизации предпочитают оставаться сами по себе, как поступает и правительство США. До изобретения вакцины опасно постоянно разрастаться численностью людей. Лучше пользоваться услугами торговцев и контрабандистов, чем напрямую выстраивать рынок. Перемещение между поселениями и Вавилонами чётко регламентируется, отслеживается, тестируется на «Молоховирус». Чужаков никто не любит по понятным причинам.

Наш приезд ожидали. На границах Сан-Франциско нас встретила колонна военных машин. Мы проследовали через мелкие поселения прямиком к въезду в Вавилон. В мегаполис военные не поехали, а лишь указали маршрут к местным властям, где нужно доложить о своём приезде. Нельзя сказать, что Сан-Франциско намного роскошнее Феникса. Тут есть баланс между богатыми и бедными гражданами. Банкиры предпочитают не выделяться, а церковь придерживается политики сдержанности - эти слухи подтвердились в том, что я вижу. Можно было бы осесть и в этих краях, но кто знает, как дальше будут развиваться события. США всегда будет выделяться своей свободой и правом ношения оружия, а тут многое зависит от центральной власти. Пока нет гарантий, что баланс продолжит устраивать все заинтересованные во власти стороны.

Остановились возле залива: я ещё никогда не видел бескрайние воды. Пустошь практически выжжена солнцем и выветрена ветрами. Тут совершенно другая атмосфера. Вот почему здешние жители остаются менее агрессивными – есть ощущение достатка и жизни. Нельзя не отметить количество растительности: побережье залива полностью укрывается зеленью. К сожалению, нельзя расселить всех людей в таких живописных местах. А многие и сами откажутся, ведь привыкли к Пустоши и её пустынным землям.

- Прекрасно, не так ли? – присоединился Брэнч. – Постоянно провожу часть времени в Вавилоне на береге залива. Помогает вернуть мысли в правильное русло.

- Удивительная красота, - Анна-Мария приобняла за руку. - Вот бы так жить всегда.

- Поэтому ты и должна покинуть Пустошь. Хоть кто-то из нашей семьи заслуживает на большее.

- Жаль, что нас тут так мало.

- Наши пути расходятся? – обращаюсь к Доку.

- Да. Теперь в госпиталь, лекарства, обратная дорога на Пустошь, - Брэнч похлопал по плечу.

- Удачи тебе в твоей благотворительности.

- И вам обрести покой в душе.

Брэнч двинулся по своим делам. Теперь нас сопровождает только Кристоф и Элизабет. Незаметно поправляю свою капельницу в области спины. Теперь нужно выяснить, спасся ли кто из поселения 92. Наши автомобили двинулись к местным органам власти. В небольшом здании нужно было поставить несколько подписей, пройти обследование, ознакомиться с законами. Меня никто не проверял, ведь о состоянии Атараксиса давно стали ходить слухи. Хоть где-то авторитет помогает в решении личных вопросов.

После отправились в известный на весь Сан-Франциско паб. Где же ещё искать Секста, как не в подобных заведениях. Людное место, но меня никто не узнаёт – настоящее блаженство. Сестра поддерживаете, чтобы я мог идти. И таких калек тут много. Кристоф и Элизабет отправились вдвоём отдохнуть. Как обычно – чудило исчезает после приезда в город. Хоть что-то не меняется и радует этим.

- А вон и он.

В окружении нескольких телохранителей в самом углу сидел Секст. Он, как обычно, вёл свои дела в обход закону. Некоторых людей нельзя изменить. Вроде торгуй себе официально между Вавилонами и плати налоги – но можно же не платить. Второй вариант ближе этому торгашу. При виде меня стол мгновенно опустел. Мы уселись и нам подали напитки.

- Аплодирую могучему Атараксису. Наслышан о твоих подвигах. Но зачем так рисковать и приезжать сюда без сопровождения?

- Тебе ли не знать, что верить на Пустоши нужно только себе.

- Само собой. Но и ты уже не просто Скит на Пустоши.