Пустые Истины

Глава 10. Посвящение

С появлением на горизонте Астары, нашу восьмёрку, уже заслуженно ставшую чёрными ангелами повели в храмовое чистилище богини. Заходя в святое – святых школы, мы вели себя тише воды – ниже травы. Прежде чем войти в храм, необходимо было пройти чистилище. Это обязательно. Его ещё называли предхрамовым комплексом Мары. Само сооружение представляло собой здание, собранное полностью из брёвен лиственных деревьев. Пройдя длинным коридором, мы попали в совершенно пустую комнату, над входом в которую чернела надпись: «Оставь одежду, всяк сюда входящий». Написано чётким почерком. Ровные края букв, отблескивают густой чернотой наведенных линий. Видно к саже подмешали ещё что-то для стойкости цвета. Увидев эту надпись, непроизвольно задумался о смерти. Ведь приходим и уходим в мир мы голыми. А дела показывают истинную нашу ценность. Ничего сложного. Как в жизни. Право на виденье подсказок, даёт световая субстанция. Выбирает из разнообразия событий – ум. Но преподносит, видит и ведает всё же душа. Наш внутренний хранитель, помнящий древние основы установленные Марой . Нашего Мира, подаренного Марой. Да… Что ни говори, а чистилище настраивает на возвышенные мысли.

Раздевшись, всей толпой прошли дальше по коридору, оканчивающимся прикрытым циновкой круглым лазом. Спустившись по деревянной лестнице вниз, очутились в следующей комнате, посреди которой горел огонь, а над ним, окруженный раскаленными камнями, возвышался большой медный чан. Булькая, лопались, пузырьки. Вода в чане, закипая, выбрасывала в воздух белое марево. Стоял дурманящий запах цветов. Хорошо… Сухие травы во всех углах помещения. Это первый из малых комплексов Мары. Мы всей командой разместились на длинных скамейках. В помещении густой, тёплый пар. Глаза непроизвольно задерживаются на деталях. Где-то из бокового ответвления комнаты, прикрытого плотной тканью, вышел храмовый служащий и начал подливать воду на раскалённые камни. Пар тут же устремился в разные стороны, приятно обжигая кожу. Все удовлетворённо закряхтели от удовольствия. В дальнем углу помещения, в укромном уголке недоступном огню, для нас, были разложены одинаковые циновки, необходимые в проведении медитации. Очищение духа перед посещением большого комплекса богини. Рассевшись вдоль стен, наша группа приступила к медитации. Я, закрыв глаза, погрузился в транс, выйти из которого пришлось по сигналу прозвучавшего гонга. Вынырнув из внутреннего созерцания, увидел всё того же храмовника с поклоном указывающего на выход из зала. Вернувшись в комнату, где мы раздевались, свою повседневную одежду я не увидел. Вместо неё лежали разложенные в стопки чистые, праздничные хитоны из плотной ткани белого цвета. Рядом – сандалии со шнуровкой на толстой подошве, и красивые, тканевые плащи. Облачившись в одеяние, в благостном настроении мы всей толпой направились в основной комплекс. До этого никому из нас посетить его не получалось. Ученикам строго – настрого запрещалось входить в это помещение.

Идти пришлось совсем не далеко. Правда, прилично побродили, петляя длинными коридорами. Зайдя в просторное помещение, я так и замер, поражённый красотою открывшегося вида. Прямо перед нами в просторной зале стояла вырезанная из цельного дерева женская фигура. Образ Мары. Сложенные руки прикрывают грудь. Голова горделиво приподнята. Черты лица не резкие. Где-то даже не просматриваются. На губах, ели заметная улыбка. Как можно было создать такую красоту? – отстранённо мелькнула мысль. Всё мое внимание было приковано к лицу богини. По какой-то причине её глаза завязали лоскутом красной материи. Лицо совершенно, а увидеть, что сокрыто под яркой тканью невозможно. Богиня справедливости! Жизни и смерти. Как мне хочется, чтобы она непредвзято отнеслась к нам со своим судейством. О Мара, будь доброжелательной к своему воину, и ко мне лично. Находясь рядом, я почувствовал своё несовершенство. Будто бы что-то давило, заставляя отводить глаза в сторону. Словно можно надорваться от чрезмерного постижения прекрасного. Прямо какой-то гнёт красоты. Хотя, наверное, так и задумано. Не возможность одноразового постижения красоты совершенства богини. Охо-хо…. Правда, мне кажется, я слишком толстокож для этого. И не только я. Оглядываюсь, словно кто-то может прочитать мои мысли. Взгляды товарищей также бессмысленно блуждают по стенам храма. Украдкой отвожу глаза в сторону. По углам помещения высокие кувшины с цветами и всё. Вокруг чистый, прохладный воздух. Пройдя малое храмовое чистилище, дышится особенно легко. После проведения повторной медитации, перед храмовым изображением Мары, нам выдали по тёплому травяному напитку. Никто пока не додумался воспользоваться дармовой выпивкой. Значит, буду первым! Напиток приятно благоухал. Я тут же пригубил из кубка. Вкус терпкий и слегка сладковатый. Неоднозначно, но вкусно! Не привлекая к себе внимания, отставил напиток в сторону. Потом служащий храма торжественно вручил всей нашей команде по паре новеньких, чёрных крыльев, и повязал каждому на левую руку нить красного цвета. Символ защитников рода. Проведя обряд посвящения, храмовник тут же предупредил, что праздничное прощание со школой состоится ночью. У большого костра. С песнями и танцами. А мы сейчас, должны были проникнуться пониманием возложенных на нас надежд. Познать радость от служения Маре и роду. Говорилось много и долго, но напрягать голову, не хотелось. Я обратил внимание на надпись, выведенную крупными буквами на противоположной от нас стене: «Кто уверен – глуп, идущий к цели – сомневается, дотронувшийся – умничает. И лишь достигший и понявший – улыбается». Я улыбнулся, хотя ничего и не понял. Может потому, что еще чего-то там не достиг. Забавно. Как бы я ни старался, мне не понять наших предков, с их цветастыми нравоучениями.

На середину комнаты вышел глава школы и назидательно стал произносить речь. Я его практически не слушал. Больше рассматривал помещение. Подобно мне поступали и остальные воины, при этом, так же как и я, по идиотски улыбаясь. Видно стали дошедшими, но всё же не понявшими. Мысли путались. К тому же и напиток, поданный нам, имел, по всей видимости, пьянящее свойство. Хотя это не важно. Всё было торжественно и красиво. На сердце легко и непринуждённо. Здорово. Не задерживаясь подолгу на одном месте, мысли витали где угодно, но только не в храме. Подумалось о желанной дороге домой, Инре, о бурдюках, отбитых у Кара. О последнем дне и обещанном празднике. О том, что на вечеринке должно быть весело. Но весело стало так, что и не передать словами.