Пустые Истины

Глава 11. Конфликт.

Когда Астара поднялась над землёй, привлекая внимание к своему неторопливому движению по небосклону, нас пригласили на торжество прощания со школой. Мягко потрескивали поленья в костре. Приятно пахли нанизанные на жерди куски мяса. Запасливо принесённые бурдюки с напитком ярости, лежали вперемешку с молодым вином. Немного в стороне, рядом с костром, сидел незнакомый мне ангел из новоприбывших, и на неказистом барабане, выбивал сложный ритм руками. Я заслушался.

За уложенной прямо на землю широкой циновкой сидело уже семь наших выпускников. Получалось, что ждали лишь меня. Раис услышав, что я подхожу, обернулся.

– Ну, что, Раяк. Оторвёмся? – потирая руки, как обычно прямо заявил друг.

– А почему бы и нет. Подвинься, – согласился я, присаживаясь рядом .

– Надо же! – со смехом, заметил ангел. – Ещё не успел вырваться из школы, а уже так пятую точку разъел, что не помещаешься.

Все рассмеялись. Я тоже улыбнулся.

Наша весёлая компания с нетерпением ждала начала запланированного мероприятия. Неожиданно на освещаемый костром небольшой пятачок площадки вышли ранее пленённые нами дикарки. Два охранных воина, приведшие их, благодушно улыбались. Пленницы стояли, потупив глаза, боясь даже поднять голову. Мои товарищи оживлённо загалдели. Кто-то засвистел. Раис в нетерпении опять потёр руки.

– Ну что, красавицы. Вы к нам в услужение? – на правах командира с вожделением спросил он.

Охранные воины заржали. Дикарки ещё ниже опустили голову.

– Давайте, давайте. Уже мясо готово. Подсуетитесь. Чего стоите? – не сдерживаясь, прикрикнул пригнавший пленниц охранник.

Те начали суетливо доставать глиняные миски из принесённых корзин и разносить их по кругу. Потом раздали разукрашенные пиалы и под пылающими взглядами нашей команды, наполнили их до краёв вином. После пары подходов к спиртному, гомон в наших рядах усилился. Все возбуждённо шумели. Раис красиво напивался. Перебрасываясь лениво словами с товарищами, он успевал уделить внимание всем. Я же даже не мог представить во что выльется для меня возможность оторваться по полной. Вместе с вином в ход уже пошел и напиток ярости. Тоже вино, но с каким-то ярким букетом и слегка терпким вкусом. С непривычки выпив с пяток глотков, почувствовал, что мне определённо нравится вечеринка. И пленённые дикарки, снующие между нами, не казались такими уж уродинами.

Неожиданно подошла отмеченная мною в селе диких черноволосая кара. Потупив глаза, поднесла хмельной напиток и вдруг упала на колени.

От неожиданности я привстал с циновки.

– Чего ты падаешь передо мной. А ну, вставай.

Подхватив дикарку под руки, с трудом попытался поднять её.

– О, чёрный воин. Обрати на меня взор свой. Стань моим хозяином. – Со слезами в голосе пролепетала кара. – Пользуйся мной. Повелевай мной, – сложив руки у груди, со знойной теплотой бархатистого голоса начала умолять девушка.

– Какой я тебе хозяин, – недоумённо пожал я плечами, опуская руки. – После этой ночи вся наша команда расходится по своим деревням. А у нас там нет рабов, – пристально смотря в глаза пленнице, заявил я.

– Хорошо, пусть не рабыней, но подари мне хотя бы эту ночь, – не поднимая головы, заявила пленница. – Я девственница и не хочу, чтобы насильник, истребивший мою семью, стал первым моим мужчиной, – еле слышно промолвив, заплакала девушка.

– Но я тоже принимал участие в захвате твоего села, – багровея лицом, процедил я.

– Да. Но ты был не настолько жесток, как твои друзья, – тихо прошептала дикарка. – Пожалуйста, сделай для меня эту милость, – взмолилась пленница, вновь попытавшись упасть на колени.

Я еле удержал её, и, не обращая внимания на подколки товарищей, посадил рядом с собой на циновку.

– Как тебя зовут?

– Вела.

– Вела. Я не могу быть с тобой. У меня в племени есть невеста. И вообще. Как то это … не правильно. Да и к чему тебе это?

– Ты единственный, к кому я не испытываю отвращения, – смущаясь, ответила дева. – Я считалась первой красавицей своего племени. Подари мне эту милость, – держа меня за руку и пристально смотря в глаза, прошептал темноволосая красавица.

– Нет, Вела. Ты мне симпатична. Но я не могу. Извини.

– Тогда я погибну… Я не смогу жить.

– Ничего. Сможешь. Привыкнешь.

– Нет.

Поднявшись, она резко распрямила плечи и, дерзко взглянув последний раз мне в глаза, горделиво пошла к остальным пленницам.

Я пожал плечами. Настроение ушло вниз, но не на долго. Напиток ярости, смешанный с вином, заставлял двигаться. Я попытался выбросить из головы неприятный разговор.

Барабан завёл какой-то необычайно весёлый ритм. Все ангелы, как один, подскочили и, обнявшись за плечи, начали рычать и подпрыгивать, пританцовывая у костра. Явно мера выпитого вина, смешанная с напитком ярости, заставляла чудить по-взрослому. Я тоже пустился в пляс, обняв двух ближайших ангелов за плечи. Какой-то безумный транс. По- другому не скажешь.

Свет костра загадочными бликами отражался на наших лицах. Я оглянулся. В животе подпирало. Бросая взгляды со стороны в сторону, начал выискивать, где можно было бы справить малую нужду. За чертой света, отгораживающей ритуал вступления в ангелы, стояли собранные наспех из веток постройки. Видно для тех, кто не сможет дойти назад к себе после выпитого. Уйдя в темноту, за пределы освещения костра, по-быстрому решил возникшую проблему. Не торопясь, вернулся в праздничный круг, краем глаза наблюдая за воинами. Мои друзья не раз уже переводили взгляд с пленниц на ветхие сооружения. Как бы всё законно. Насчёт дикарок ничего наставниками не говорилось. Присутствие пленниц можно было воспринять двояко. Но мне, если честно, было всё равно. Я решил оставаться верным своей любви до конца, и в этом никто не смог бы меня переубедить. Первым не выдержал Рамит. Один из двух наших разведчиков, живущий по принципу: сначала влезем в неприятность, а потом избавимся от последствий. Одним словом, немного без мудрости в голове. Подхватив так неудачно попавшуюся в его поле зрения бывшую мою собеседницу, он зацепил её за ошейник и без разговора, поволок в сторону времянок.