Пустынный этюд

Пустынный этюд

Ибрагим ад Салам посмотрел на черную стену, что с огромной скоростью приближалась к его каравану. Бурю подобной силы он видел разве что в детстве, когда босоногим мальчишкой прибился к группе бедуинов идущих на восток.

Ибрагим поправил свои старые очки из слоновой кости и обмотал поводья вокруг руки.

Мгновение и раскаленный ветер ударил ему в лицо неся с собой миллиарды острых как ножи песчинок. Они резали ему лицо, обжигали щеки. Порывы ветра пытались сорвать с него одежду, завалить на землю, похоронить навек в этом раскаленном саркофаге.

Из последних сил Ибрагим шел вперед сопротивляясь ветру. В одно мгновение тьма поглотила обжигающее солнце. Вся пустыня погрузилась в полумрак. Он обернулся пытаясь отыскать среди песков и дюн силуэты своих друзей. 

Лишь бы не сбиться с пути, лишь бы не потерять друг друга в этой ненасытной буре.

Ибрагим посмотрел на небо будто ожидая увидеть там спасительные звезды, что укажут ему дорогу домой.

Все напрасно.

Тяжелая удушающая дымка заволокла пустыню и пожелтевший небосвод.

Но что это?

Что-то вспыхнуло на небе. Пронеслось как шальной буллит с запада на север.

Одно мгновение и звезда скрылась за грядою гор. Вспышка. Она озарила пустыню, вернула день в полночные пески. Через минуту раздался взрыв. Как рокот грома на ясном небе. Сквозь ревущий шторм Ибрагим увидел тонкую ленту дыма, что поднималась к кипящим небесам.

***

Зел’Кахаас изо всех сил схватил штурвал. Бесполезно. Он не слушался команд. Челнок трясло, подбрасывало в раскаленной тропосфере. Навигационный компьютер отказал еще при входе на орбиту. Надежды нет. Он посмотрел на драгоценный груз в хвостовом отделе. Увесистый и черный будто гроб.

Последняя надежда умирающего вида…

***

Буря улеглась лишь пополудни. Ибрагим раскинул лагерь у подножья небольшой горы, что поднималась над песчаным морем. Во время шторма куда-то подевались три бурдюка с водой и мешок зерна. 

Ну, хотя бы, все остались целы.

Он посмотрел на четырех верблюдов, что стояли в тени скалы. На мальчишек, что снимали с них поклажу и пытались развести огонь из высохшей травы. Далеко на горизонте все еще змеилась струйка дыма. Какое-то первобытное любопытство овладело Ибрагимом. Он не помнил подобных чувств с тех пор как еще мальчишкой пытался заглянуть за горизонт. Жаждил увидеть что же находиться там, за бескрайним морем песка и островерхих скал. Он подошел к своему Аль-Шарифу и провел рукой по грубой шерсти. Старый верблюд посмотрел на него кофейными глазами и кивнул головой. Он как будто-бы сказал Ибрагиму: 

“Вперед. Ступай за горизонт. Найди то, что ты так долго искал…”

***

Зел’Кхаас с трудом выбрался из развалин челнока. Его костюм порвался на спине, но инерционный демпфер каким-то чудом спас ему жизнь. Вокруг свирепствовал песчаный шторм. Куда не глянь простирался желтый океан, из которого торчали островерхие горы.

Как клыки какого-то огромного чудовища.

Борясь с песком и ветром Зел’Кахаас раскрыл грузовой шлюз. Там, среди покореженного металла и разорванных труб лежал его Ковчег. Целый и невредимый. Гладкий и блестящий как черный обелиск.

Зел’Кхаас подобрал с пола обрывки шлангов и потянул Ковчег на себя. Огромная глыба заскрипела и нехотя поползла к выходу. Острые песчинки хлестали его со всех сторон забивая дыхательные фильтры, сбивая с толку сенсоры. Зел’Кахаас взвалил на плечи шланг и и поволок Ковчег прочь от корабля. Каждый шаг давался ему с трудом. Свирепый ветер норовил сбить с ног, смешать с песком, похоронить его под слоем инопланетной пыли. 

Один в темноте. Так далеко от дома. Последний из старейшин.

Шаг за шагом он шел вперед неся на спине наследие своего народа. Его ботинки погружались в раскаленный песок. Его руки стерлись до крови. А он все шел и шел под палящим солнцем. Ведь наследие важнее плоти. Важнее кораблей и железяк. Важнее жизни…

***

Почти под самый вечер Ибрагим обогнул горную гряду, что разделяла долину на две равные части. Его корабль пустыни покачивался из стороны в сторону ступая по раскаленному песку. Теперь он ясно видел вдалеке дымящиеся обломки. Должно быть, это что-то большое. Пассажирский самолет? Один из тех, что привозил в его деревню заморские товары и новости о земле без солнца и песка.

Ибрагим пришпорил верблюда пытаясь рассмотреть среди обломков тела людей.

“Только бы успеть, только бы успеть...” – шептал он себе под нос погоняя усталое животное.

Но что же он увидел придя, наконец, на место катастрофы?

Груды покореженного металла, обрывки шлангов, обугленные детали. Не следа людей. В том, что должно было быть хвостом этого странного аппарата виднелось круглое отверстие из которого валил едкий черный дым. А рядом, на песке тянулась толстая прямая линия, что уходила куда-то за горизонт..

***

Зел’Кхаас упал на раскаленный песок. Его тело отказывалось идти дальше. Песчаный шторм утих и над его головой повисло безжалостное солнце. С большим трудом он встал на ноги и снял с себя бесполезный шлем. Вокруг на многие мили простирался равнодушный океан песка. Так далеко до дома и так мало сил. С жадностью он проглотил последнюю каплю воды, взял в руки залитый кровью шланг и потащил Ковчег на встречу солнцу.

***

Через полчаса Ибрагим добрался до конца этого странного следа. В лучах заходящего солнца он увидел черный прямоугольный обелиск высотой в два метра. В его тени на песке остался глубокий след – отпечаток тела, что упало обессилев на землю.

Но где же само тело?

В тени обелиска поблескивали крошечные кристаллы.

Неужели это...лед?