Пустыня серца твоего

1

Просыпаюсь и понимаю, что я не одна. Рядом с кроватью стоят двое мужчин в форме охраны дворца. Сонно тру глаза, надеясь, что все еще сплю. День выдался тяжелым. Тетка словно нарочно сбрасывала на меня свою работу. А в дополнение к моим собственным обязанностям это приводило к тому, что к вечеру я не чувствовала ни рук, ни ног.

Что, в общем-то, неудивительно. Я должна была расплачиваться за приют. И быть благодарной родственникам за спасение.

Первая мысль, что приходит в голову — мне снится плохой сон. Наверное, насмотрелась на охранников, пока бегала по дворцу, вот они мне и мерещатся.

Нет. Охранники мне не приснились. Это вторжение вызвало у меня оцепенение, а не тревогу: в конце концов, я не сделала ничего плохого. Разве что съела лишнее пирожное за обедом. Впрочем, на кухне этого никто бы и не заметил — там постоянно готовят столько всего, что даже сосчитать невозможно. Да и вряд ли кого-то, кроме меня, волнует, что моя юбка может стать теснее.

Осторожно сажусь, придерживая покрывало у плеч, включаю лампу на прикроватном столике и щурюсь от вспыхнувшего яркого света.

Нервно откашливаюсь, а затем подаю голос: — Вы уверены, что не ошиблись комнатой?

— Карина Гонец? — с ужасным акцентом спрашивает охранник. — Вас хотят видеть.

Любопытство и волнение исчезают, и мне наконец становится страшно. Но показывать страх охранникам я не собираюсь. Может, они и ждут моей слабости. А может, им плевать. Я поднимаю подбородок и стараюсь говорить уверенно, чтобы они не заметили, как я дрожу.

— Да, это я. И кто же требует моего присутствия в столь поздний час?

Я, конечно, слышала, что королевская семья может позволить себе многое. Но мне обещали, что я под защитой дяди Мухаммеда. И до тех пор могу спокойно работать во дворце.

— Принц Али желает немедленно вас видеть.

— Принц?

Я с трудом сглатываю комок. Я почти никогда его не видела. За несколько месяцев работы на королевскую семью с принцем мне довелось встретиться лишь однажды. Не может быть, чтобы простая украинская девушка чем-то его заинтересовала. Это же принц. А мы в арабском мире. Он может выбирать себе лучших красавиц, зачем ему горничная?

— Зачем я ему понадобилась?

— Я не могу вам сказать. Вы пойдете с нами? — ровный, вежливый тон.

Может, охранник меня и спросил, но я чувствую, что отказаться мне никто не позволит. Неприятный холодок собирается в животе. Вот и закончилась моя арабская сказка. А ведь тетка, приглашая меня к себе, уверяла, что варварские обычаи не касаются королевской семьи. Что я буду в безопасности.

Да, война лишила меня выбора. Мой дом разрушен. Город в оккупации. Мне все равно пришлось бы уезжать из страны. Тогда тетка казалась настоящей спасительницей. Вместо того чтобы скитаться по Европе, я ехала к родным, где у меня была работа, жилье и возможность накопить деньги на новую квартиру дома.

— Конечно, — киваю охраннику. — Пожалуйста, оставьте меня на пару минут, чтобы я могла одеться, — или сбежать к черту. Крамольная мысль вспыхнула и тут же исчезла. Бежать тут некуда.

— В этом нет необходимости, — сообщает охранник. Он бросает мне халат, который лежал у изножья кровати. Только бы не показать, как я напугана. Им мои усилия — что комариный писк.

Запахнув полы халата, я завязываю пояс и надеваю домашние туфли, отделанные тонким шелком.

— Это какая-то ошибка! — пытаюсь достучаться до их разума. — Я ничего плохого не сделала.

Я была хорошей работницей. Вечеринки в своей комнате не устраивала, королевское серебро не воровала. Срок действия паспорта не истек, к другим сотрудникам относилась доброжелательно, налоги платила исправно. Внешностью тоже не отличалась. Самая обычная серая мышь — слишком светлые волосы, слишком тонкая кожа, которая постоянно краснеет на солнце, невыразительные светлые глаза. Может, в Украине я и могла позволить себе наростить ресницы или сделать маникюр, но, переехав к тетке, отказалась от этих процедур — я приехала не развлекаться и не в поисках жениха.

Зачем же я понадобилась принцу Али, которого почти не знаю? Я не могла его впечатлить. Он не мог меня захотеть. Вокруг него одни фотомодели вьются. Выбирай любую!

А тем временем охранники ведут меня куда-то вглубь дворца. Мне еще не доводилось бывать в этой части. И наверняка дорогу назад пришлось бы искать с трудом.

Меня заводят в лифт и нажимают кнопку подземного этажа. На самом деле в дворцах не бывает подвалов… там темницы. Я неплохо знала историю и понимала, что от темниц ничего хорошего ждать не стоит.

Двери открываются, и передо мной предстает длинный коридор с каменными стенами и настоящими факелами в железных держателях. Правда, освещение здесь было от расположенных на потолке электрических светильников. Это немного разряжало мрачную атмосферу.

Воздух в прохладном коридоре был тяжелым, словно пропитался вековым страхом.

По коже пробежали мурашки, и я пожалела, что вместе с халатом не завернулась в одеяло. Украшенные перьями домашние туфли на невысоком каблуке громко стучали по каменному полу, истоптанному ногами сотен узников. Я пристально смотрела в спину охранника, шедшего впереди. Это давало мне возможность чувствовать себя в относительной безопасности, поскольку перспектива увидеть что-нибудь другое пугала еще больше. Мысли о том, что за закрытыми дверями могут оказаться кнуты и орудия пыток, приводили меня, мягко говоря, в ужас. Я ждала, что вот-вот услышу пронзительные крики, но не переставала надеяться, что кричать буду все-таки не я. Болезненная тревога сковала горло, и стало трудно дышать.

Наверное, принц специально приказал провести меня по этому коридору, чтобы я прочувствовала каждую эмоцию. И стала сговорчивее.

Охранник подводит меня к открытой двери и жестом приглашает войти. Я расправляю плечи, глубоко вдыхаю и захожу в комнату.