Пустыня серца твоего

12 Карина

Я смотрела на закрытую дверь, пытаясь понять, действительно ли щёлкнул замок или этот звук – всего лишь плод моего воображения. Но было ли мне это важно? Жить вместе с Надином мне не придётся, а значит, у меня будет прекрасная возможность побыть в одиночестве и получить много личного пространства. А это, как мне казалось, были хорошие новости. «Ну, уже неплохо», – подумала я, пытаясь найти луч надежды там, где всё могло бы обернуться кошмаром.

Чтобы рассмотреть огромные апартаменты, я развернулась в другую сторону. Бесчисленные комнаты переходили одна в другую. Здесь висели великолепные гобелены, а вдоль стен стояли изысканные деревянные столы ручной работы. Подойдя к одному из них, я провела пальцами по инкрустированному дереву. «Рука талантливого мастера», – пронеслось у меня в голове. Сколько же времени ушло на создание такой вещи?

Интересно, кто-нибудь уже составил опись мебели и произведений искусства? Если нет, её определённо стоит сделать. Ведь это часть истории! Возможно, если в библиотеке есть исследовательские труды, я могла бы приступить к работе. Конечно, только если меня не заперли здесь, как узницу.

«А проверить это можно лишь одним способом», – пробормотала я, шагая по каменному полу к противоположной стороне комнаты. Но я не успела дойти до резных дверей – снаружи послышались шаги.

Обернувшись, я увидела пожилую женщину, которая направлялась ко мне. На ней было свободное длинное платье – лёгкое и, на первый взгляд, очень удобное. Её седые волосы были убраны в высокую причёску, золотые серьги раскачивались в ушах, а запястья украшала россыпь браслетов.

— Ты, должно быть, Карина, – сказала она с улыбкой. – Мне сообщили, что ты приедешь. Добро пожаловать в Зимний дворец. Меня зовут Юсра.

— Спасибо.

— Мы все так рады, что гарем снова оживает. Слишком долго в этих стенах царила тишина.

Услышав это, я невольно отступила назад.

— Вы считаете, что запирать женщин в гареме – это правильно?

— Разумеется. Традиции нужно сохранять. Их не следует считать устаревшими только потому, что они старые.

— С этим я согласна, но что хорошего в том, что женщин насильно заточают здесь, лишь для того чтобы угождать мужчине? В чём их выгода?

Лицо Юсры омрачилось.

— У женщин, живущих в этом гареме, прекрасная жизнь. А если кому-то из них посчастливится родить вождю детей, она останется здесь навсегда, даже если он потеряет к ней интерес.

— Так себе аргумент. И почему право решать остаётся за ним? Почему не за ней? А если она не захочет оставаться? Может, она захочет уйти в деревню и создать семью с настоящим мужчиной?

— Тогда она так и сделает.

— Вот так просто?

— Конечно. Снаружи нет замка, Карина. Единственный замок – с внутренней стороны, чтобы чужие не могли войти. Никого в Зимнем дворце никогда не держали против воли.

«Сегодня всё изменилось», – мрачно подумала я.

— Простите, – выдавила я. – Я устала. Всё здесь для меня ново и непонятно. Я не ожидала… этого.

Юсра снова улыбнулась.

— Гарем очень красив, ты сама увидишь. Здесь много удивительных вещей, есть на что посмотреть. Пойдём, я покажу тебе.

Я последовала за ней по коридору, ведущему к спальням. В комнатах стояли огромные кровати с прозрачными балдахинами, окна выходили в сад. Изящные потолочные вентиляторы разгоняли воздух, а великолепные ковры ручной работы раскрашивали пол в яркие цвета.

— Я взяла на себя смелость выбрать для тебя комнату, – сказала Юсра, входя в просторную спальню, из которой через стеклянные двери можно было выйти в сад. – Если она тебе не понравится, можешь переехать в другую.

— Комната прекрасная, – ответила я, стараясь не смотреть на кровать внушительных размеров. Ложе было чересчур большим не только для двоих, но, пожалуй, и для шестерых. В гарем Надин, скорее всего, не придёт. А значит, пока я здесь, мне ничего не угрожает. Беспокоиться стоит лишь в тот момент, когда он позовёт меня. Так я пыталась себя утешить, ощущая, как от волнения сжимается горло.

— Твои вещи здесь, – Юсра указала на чемоданы у стены. – Тебе помочь?

— Нет, спасибо. Я разберу их сама. – Всё-таки уже много лет я сама собираю и разбираю чемоданы.

— Я подготовила для тебя традиционную одежду.

«Традиционную для чего?»

Я последовала за Юсрой в гардеробную. Там стоял большой встроенный шкаф и несколько тумбочек с ящиками.

В шкафу висели длинные свободные платья. Я провела рукой по рукавам, украшенным замысловатыми узорами, и поняла, что они сшиты из шёлка, расшитого мельчайшими стежками. Разноцветные наряды с широкими рукавами-крыльями были один красивее другого.

Ткань оказалась совершенно прозрачной, и я осознала это только в тот момент, когда сняла платье с вешалки и поднесла его к свету.

У меня дрожали колени.

— Эм… а что под ними носят?

В улыбке Юсры мелькнула озорная искорка.

— Ничего, – рассмеялась она. – Тебе они понравятся. Когда я была моложе, я обожала такие платья. Бисер и узоры придают женщине скромность, но в то же время делают её загадочной в глазах мужчины. Ткань ласкает кожу, словно напоминая о прикосновениях любимого. Ты это почувствуешь.

«Слишком много информации», – подумала я, поспешно вернув платье на вешалку, и почувствовала, как щеки заливает румянец. Почему я вдруг покраснела?