Пустыня серца твоего

29 Карина

«Это старейшины», — подумала я, оглядываясь. Я немного нервничала. Почти все повернулись в мою сторону. «Может, они смотрят на Надина, — сказала я себе. — Ведь выдвигают сегодня его, а не меня».

В комнате у стен на столах стояли еда и напитки, были удобные диваны, на которых почти никто не сидел. Я наблюдала, как двое парней раздвигали створки дверей, ведущих на арену.

Я увидела Юсру.
— Не отходи от неё, — велел Юсре Надин.
— А где мои охранники? — поинтересовалась я.
— Держатся в стороне. Когда ты будешь возвращаться во дворец, они пойдут с тобой.

Я не отрывала взгляда от его тёмных глаз, не зная, что сказать.
«Пожелать удачи — звучит странно. Приятной церемонии — глупо». Пока я думала, Надин ушёл.

— Пойдём, — позвала Юсра и, взяв меня за руку, повела к мягкому дивану. — Отсюда будет хорошо видно, и заодно избежим толчеи.
Я невольно возмутилась — возможно, я как раз не хотела избегать толчеи, — но ничего не сказала.

Старейшины выстроились в ряд, Надин встал позади них. Все выглядели торжественно, как на важном мероприятии. Я услышала музыку, и люди стихли.

— Это процессия старейшин, — прошептала Юсра. — Они выйдут и представятся. Самый старший пригласит выдвинутого на пост вождя.
— Я не знала, что тут будут музыканты, — удивилась я.
Юсра улыбнулась.
— Мы любим музыку.
— Прекрасно.

Все мужчины выстроились в ряд. Несколько крепких парней, видимо, охранники, остались в стороне. Юсра оказалась права — с этого места всё было отлично видно.

Старейшины подошли к подиуму, который я поначалу даже не заметила. Старик, опирающийся на трость, медленно вышел вперёд. Он поднял руку, и музыка затихла.

— Благородные люди пустыни, мы, старейшины, предстаём перед вами.

Он говорил о важности мудрости и процветании деревни. Затем упомянул Бахаята, бывшего вождя, и выразил ему благодарность.

Юсра наклонилась ближе:
— Сейчас начнётся церемония выдвижения Надина.
Я повернулась к ней и прошептала на ухо:
— Кстати, он сказал, что наряд, который ты мне оставила, не такой уж традиционный.
— Я удивлена.
— Ага, прям поверила. Ты что, и правда думала, что я его надену? Вряд ли бы старикам понравилось глазеть на мою задницу.
Юсра тихо фыркнула.
— Или, скорее, слишком бы понравилось.

Я не хотела об этом думать.
— Где вообще были твои мозги, когда ты выбирала одежду?
— Я просто хотела показать Надину, что он теряет.

Я и понятия не имела, что на это ответить. Надин не проводил ночей в гареме, и, похоже, Юсра это поняла. Он просто ждал, когда станет ясно, беременна ли я, и тогда сможет меня отправить.

— Ты хитростью пытаешься заставить его провести со мной время?
— Я пытаюсь показать возможности, — ответила Юсра. — А ты против?
— Не совсем, — призналась я. Хотя на самом деле, самореализованная современная женщина должна бы возражать.

— Началось! — произнесла Юсра, показывая на арену. — Сейчас его объявят, а потом, через несколько дней, объявят противников.
— Каких противников?
— Ну, тех, кто не согласен с решением старейшин. Несогласный имеет право бросить Надину вызов.
— И что дальше?
— А дальше они будут сражаться.

Я уставилась на Юсру.
— Сражаться... как? То есть за них не голосуют?
— Нет. Претенденты сражаются на мечах.
— А они вообще в курсе, что уже наступил новый век? На мечах? И как они поймут, кто победил?

Юсра посмотрела на меня:
— Тот, кто останется в живых — победитель.
— Что?! — я вскочила с дивана. — Они дерутся насмерть?
— Да.
— А Надин знает, что такое возможно?
— Ну конечно. Это наша традиция.

«Глупая традиция», — подумала я, снова садясь.
Я не сводила глаз с Надина. Вот тебе и цивилизованный благородный мужчина! Чёрт побери, он же не станет кого-то убивать на этой арене? А вдруг станет? А если убьют его?

Я медленно села на место. Похоже, я рано расслабилась. Я понятия не имела, что меня ждёт, если с принцем что-то случится. И как глупо теперь звучали мои слова о взгляде шейха на выбор Надина. Конечно, шейх будет против того, чтобы его наследник сражался на мечах на потеху публике!