Столица герцогства, Аэлендор, оглушила их. Не звоном кузнечных молотов или криками торговцев — Вергилий привык к этому. Его оглушила магия. Весь город был ею пропитан. Она вилась дымкой над крышами магических лавок, пульсировала ровным светом из-под мостовых, образовывала сложные узоры на стенах богатых особняков. Это был не просто город; это был живой организм, чье сердцебиение было магическим.
[Магическая теория: Уровень 5!]
[Вы погрузились в зону с аномально высокой концентрацией маны. Скорость анализа увеличена.]
Повозка миновала шумные рынки и свернула в квартал, где воздух дрожал от силы, а прохожие смотрели свысока. И вот, она предстала перед ними: Башня Грозового Ордена. Не просто высокое строение, а монолит из темного, отполированного камня, уходящий в самое небо. Молнии, не гаснущие никогда, бежали по ее граням, не причиняя вреда, но демонстрируя безраздельную власть.
Лорд Альрик, не оглядываясь, проследовал внутрь. Лираэль, бросив последний уничижительный взгляд на Элиана и Арни, скрылась за массивными дверями.
Их же отвел сурaовый стражник в каморку в самом низу башни, в подвале, где пахло сыростью и мышами. Комната на двоих с двумя соломенными тюфяками. Это был новый вид унижения — быть принятым в цитадель знаний и быть сброшенным в ее подполье.
— Ваша новая жизнь, — бросил стражник. — Завтра вас определят на работы. Не шляйтесь без дела.
Дверь захлопнулась. Арни, подавленно, опустился на тюфяк.
— И это... все? Мы снова в подвале.
— Нет, — ответил Вергилий, его голос был тих, но тверд. Он стоял посреди комнаты, закрыв глаза. — Мы не в подвале. Мы в самом сердце магического потока. Чувствуешь?
Он чувствовал. Вся Башня была гигантским манным проводником. И даже здесь, на дне, текли мощные, хоть и остаточные, потоки энергии. Для других это было «грязной» маной, непригодной для использования. Для него, с его [Магической теорией], это была библиотека.
На следующее утро их определили на самую черную работу — в архивные хранилища в подземельях. Их задачей было перемещать тяжелые, пыльные фолианты, подметать полы и выносить мусор. Для Арни это был приговор. Для Вергилия — билет в рай.
Пока Арни отчаянно пытался справиться с грудой книг, Вергилий делал свою работу с той же эффективностью, что и на лесоповале. А затем, когда никто не видел, он касался переплетов.
[Взгляд Астрального Видения] и [Магическая теория] работали в унисон. Он не читал книги — у него не было на это времени. Он сканировал их. Его уникальный навык позволял ему на мгновение ощущать суть содержимого, улавливать основные концепции, записанные в виде манных отпечатков.
Большинство томов были скучными трактатами по истории Ордена или базовыми учебниками по стандартным заклинаниям. Но иногда он натыкался на жемчужины.
«О природе мана-каналов...»
«Теория элементального синтеза...»
«Запрещенные практики до-Системной эры...»
Он впитывал все, как высохшая земля впитывает первую воду. Его разум, голодавший по структурированным знаниям об этом мире, наконец-то получал пищу.
[Осознание! На основе анализа манных отпечатков в архивах получена информация.]
[Знание «История Магических Гильдий» добавлено.]
[Знание «Основы заклинательской этики» добавлено.]
[Вы обнаружили фрагмент информации о «Несвязанных» — сущностях, призываемых без санкции Системы.]
[Получено: 10 Очков Знания.]
Очки Знания! Та самая валюта, необходимая для его Уникального навыка. Их было ничтожно мало, но это было начало.
Именно в архивах он нашел свою первую настоящую лазейку. Заметив, как старший архивариус, сухопарый маг по имени Корвин, неделями бьется над сложной манной матрицей, защищавшей один из древних свитков, Вергилий не удержался.
Он подошел, делая вид, что подметает пол рядом.
— Простите, господин архивариус, — робко начал он. — Эта спираль на третьем уровне... она ведь должна резонировать с нижним руническим кругом, а не противостоять ему? Кажется, здесь ошибка в фундаментальной логике.
Корвин резко обернулся, его глаза горели заинтересованным огнем за стенами раздражения.
— Ты? Подметальщик? Что ты можешь знать о логике матриц?
— Ничего, господин. Я лишь иногда вижу узоры в пыли, — солгал Вергилий. — И этот узор кажется... несбалансированным.
Он указал на едва заметную нестыковку в энергетических потоках, которую тот пропустил, будучи слишком поглощенным силовым решением.
Архивариус уставился на матрицу, затем на Элиана, затем снова на матрицу. Он провел жезлом, внеся крошечную коррективу. Матрица вспыхнула ровным светом и беззвучно распалась. Свиток был свободен.
Корвин медленно повернулся.
— Мальчик. Как тебя зовут?
— Элиан, господин.
— Элиан... Ты будешь помогать мне в архивах. Лично. Забудь о подметании.
Так у Вергилия появился его первый покровитель внутри системы. Не могущественный магистр, а раздраженный ученый, ценящий ум выше происхождения. Это был маленький, но критически важный плацдарм.
В тот же вечер, возвращаясь в свою каморку, он почувствовал чей-то взгляд. Он обернулся. В конце коридора стояла Лираэль. Она не сказала ни слова. Она просто наблюдала. И в ее глазах уже не было чистой ненависти. Было нечто более опасное — холодный, расчетливый интерес.
Она видела, как ничтожный батрак не просто выживает, а начинает карабкаться. И ее «ядовитый» интерес только рос.
Вергилий вошел в свою комнату, где Арни уже спал. Он сел на свой тюфяк и закрыл глаза. В его сознании уже складывалась карта Башни, не архитектурная, а энергетическая. Он знал, где находятся сильнейшие потоки, где хранятся самые ценные книги, кто из магов что изучает.
Он начал с самого дна. Но он точно знал, что каждый кирпич в этой Башне Молний может стать его ступенькой наверх.
Отредактировано: 05.10.2025