Путь бедуина 1

Глава 2 Городская Пытка и Неудачная Торговля

Наконец, после двух дней пути, проведенных в попытках сдвинуть с места взбунтовавшегося верблюда (что в итоге свелось к тому, что Абу почти всю дорогу шел пешком, таща за собой упрямое животное), на горизонте показались очертания города. Он был больше, чем Абу мог себе представить: высокие стены, шумные улицы, толпы людей, верблюдов и ослов. Абу почувствовал странную смесь страха и надежды. Может быть, здесь, среди этой суеты, его проклятие рассеется?

Едва Абу въехал в городские ворота, как его хромой верблюд, казалось, оживился. Он заупрямился еще сильнее, отказываясь идти по мостовой, и попытался свернуть в узкий переулок, где как раз выгружали бочки с маслом. Результат был предсказуем: бочка опрокинулась, масло разлилось, а верблюд, испачкавшись в нем с ног до головы, издал звук, похожий на рычание. На Абу тут же налетел разгневанный торговец, начав кричать и размахивать руками.

"Ты, пустынный оборванец! Ты хоть знаешь, сколько стоит мое масло?!" – гремел он.

Абу, перепуганный и смущенный, только мог оправдываться: "Простите, сэр, это мой верблюд..."

"Твой верблюд – это твое проклятие! А ты – проклятие моего бизнеса!" – не унимался торговец.

К счастью для Абу, неподалеку сидел старый, мудрый старик, торговавший специями. Он вмешался, успокоил торговца, уплатив ему небольшую сумму за испорченное масло, и, взглянув на Абу с проницательной улыбкой, сказал: "Не слушай его, юноша. У всех нас бывают неудачные дни. А у тебя, похоже, они – дни обычные. Пойдем, поможешь мне расставить тюки со специями, а я дам тебе немного еды".

Так Абу нашел временное пристанище и первую за долгие часы работу. Он с усердием таскал тяжелые мешки, стараясь не споткнуться и не уронить ни одного. Ему казалось, что он наконец-то нашел занятие, где его невезение не сможет ему помешать. Но едва он поставил последний мешок с шафраном на полку, как порыв ветра (откуда взялся ветер в закрытом помещении, Абу не знал) сдул пыль со стеллажа, и та осела прямо на горку самого дорогого перца, испортив его товарный вид.

Торговец специями, увидев это, лишь тяжело вздохнул. "Абу-Бедуинел, – сказал он, – ты и здесь умудрился. Но знаешь что? Я вижу, что ты стараешься. Может, попробуем продать твои финики? У тебя ведь они есть?"

Абу с гордостью достал оставшиеся финики. Отец дал ему их для перекуса, но Абу решил, что это его единственный шанс хоть что-то продать. Он выложил их на прилавок рядом с разноцветными специями.

"Абу-Бедуинел, финики! Самые лучшие финики в городе!" – прокричал старик, пытаясь привлечь покупателей.

Первый покупатель, придирчивый старик с длинной бородой, подошел, осмотрел финики и сказал: "Эти финики выглядят уставшими. Наверняка они долго лежали. Дай-ка я попробую один."

Он взял финик, задумчиво пожевал его и вдруг чихнул. Оказалось, что на одном из фиников затаилась мелкая, незаметная пыльца редкого, но очень аллергенного цветка, который ветер занес в город. Старик, закашлявшись, сердито отбросил финик и ушел, бормоча проклятия.

"Бедуинел", – только и смог произнести Абу, наблюдая, как его единственные финики, которые он так надеялся продать, теперь лежали, испорченные неведомой напастью.

Торговец специями, видя его отчаяние, положил руку ему на плечо. "Не переживай, Абу. Бывает. Может, тебе стоит попробовать найти работу, где не нужно ничего продавать или пасти? Может, копать канавы?"

Абу, с трудом сдерживая слезы, кивнул. Работа, где не нужно было ничего продавать, казалась ему идеальной. Ведь что можно испортить, просто копая канаву?