Путь целительницы, или хочу уюта

Глава 10. Неделя в пути

В следующие три дня ничего интересного особо не происходило. Я усердно вязала себе уютный пледик, полностью погрузившись в ритмичное перебирание петель, под мерный стук колес и покачивание повозки. Совершенно не обращала внимания на приглушенное хихиканье членов моей команды — ничего они не понимают в истинном уюте! А вот закончу — еще завидовать будут, вот увидите.

Еще я немного сдружилась с Эрни. Он, оказавшись менее колючим, чем казался поначалу, даже показал мне на своей затертой карте маршрут, по которому мы двигались, и разрешил посидеть с собой на козлах, править, впрочем, не доверив. Наконец-то я смотрела не назад, на убегающую дорогу, а вперед, на новые горизонты. Даже разговорила эльфа, который все так же подтрунивал надо мной, называя «принцессой» на своем мелодичном темном наречии. В ответ он нехотя рассказал о своем темно-светлом происхождении. Оказалось, что его родители были путешествующими отшельниками, которые по прихоти судьбы встретились и полюбили друг друга. Мама была темной эльфийкой, а папа, соответственно, светлым. После рождения Эрни им пришлось надолго оставить свои странствия, и никому из родителей это не понравилось. К тому же богатыми они не были, что еще больше осложняло жизнь. Эльф даже признался, что до сих пор не понимает, на что они вообще жили. Мучались они с ним до его тринадцати лет, учили всему, что знали сами: языкам, умению понимать лес, охотиться, слышать природу, даже пытались брать с собой в походы, но ребенок больших расстояний выдержать не мог и быстро уставал. В итоге, годам к пятнадцати, они просто не вернулись домой, оставив ему лишь короткую записку. Парню пришлось выживать одному, работать, где попало, зависеть от милости богатых людей и аристократов, пока он по совершенной случайности не поехал с обозом в другой город и не помог проложить самый безопасный маршрут. С тех пор дела у него пошли в гору, но он все равно недолюбливал богатых, особенно тех, кто добился положения не своим трудом. А путешествует он в тайной надежде, что когда-нибудь встретит своих родителей, хотя сам особо не понимает, зачем ему это нужно. Хотя бы просто посмотреть им в глаза.

Во время его откровенности я так впечатлилась, что даже осмелилась положить руку ему на плечо в качестве поддержки, хотя знала, что темные эльфы прикосновений не любят. Ну, он же такой лишь наполовину... Эрни лишь вздрогнул, словно от прикосновения раскаленного железа, но отстраняться не стал. Дальше мы ехали молча, и это молчание было красноречивее любых слов.

Я рассматривала членов нашего отряда, которые все это время ехали на лошадях на достаточно большом расстоянии, чтобы не слышать наших бесед, но не видеть нас они не могли. А принц еще и недовольно косился, его взгляд был словно острие кинжала, вонзающееся в спину.

Эллиан... После того осмотра я не придумала ничего лучше, как избегать его, но так, чтобы не возникало лишних вопросов. Меня пугала и смущала моя собственная реакция на этого «найденыша», этот внезапный внутренний пожар. Так что лучший способ победить проблему — сделать вид, что ее нет. В принципе, это было даже не сложно, потому что сам принц тоже особо не спешил ко мне подходить и лишь изредка бросал на меня косые взгляды, думая, что я не замечаю. Я и не видела, честно говоря. Чувствовала. Эмпатия целительницы, чтоб ее! Это были горячие, почти физически ощутимые взгляды, их нельзя было перепутать, например, с тяжелым и прохладным взглядом телохранителя, или заинтересованным и любопытным — Эррина, более простым и открытым — Логгера, раздраженным — Самара, снисходительным — мага и спокойным, но в то же время немного свежим, если можно так сказать, взглядом Эрни. Нет. Взгляд Эллиана обжигал, согревал все тело, поджигая румянец на щеках, заставляя вспоминать нашу последнюю встречу наедине, его близость и тихий голос.

Кстати, об осмотрах... первые два дня все делали вид, что их не было, но как-то на ужине ко мне подошел Логгер и, почесывая затылок, попросил подлечить ему спину и... ну, то, чем он на седле сидит. Сказано это было в шутливой форме, но я чувствовала, что он нервничает, поэтому, видимо, и ерничает. Подлатала я его быстро: когда проблемы не игнорируют, тем самым их не запуская, справляться с ними легко. Мне хватило минуты, чтобы убрать зажимы и мышечные блоки.

Поступок Логгера будто открыл нужную дверь, и с тех пор ко мне подходили все с каждой болячкой, что доставляла дискомфорт в походных условиях. А еще я периодически занимала котелок и готовила там восстанавливающий отвар, потому что улетал он на ура.

К вечеру шестого дня я довязала таки свой пледик, который получился потрясающим: мягкий, теплый, большой и пушистый. Сначала я хотела сделать его белым, но с сожалением поняла, что долго он таковым не будет, поэтому выбрала пряжу цвета ночного неба — синюю, с голубыми квадратиками, напоминающими льдинки. На ужин вышла именно в нем, закутавшись с ног до головы, чем изрядно всех повеселила.

— Так вот, ты чем все это время там занималась? Приватизировала наши запасы? — беззлобно подколол меня Логгер, раскапывая ямку для будущего костра. Остальные были заняты, кто чем: маг расставлял кристаллы для защитного барьера, один из стражей с треском ломал сухие ветки, другой возился с лошадьми, принц и его телохранитель, кажется, ушли к ручью за водой, Эрни, как всегда, склонился над своими картами, что-то бормоча и регулируя маршруты. Идиллия. Было в этой суматошной подготовке к ночлегу что-то глубоко приятное и умиротворяющее.

— Если завидуешь, так и скажи! — фыркнула я, закутываясь в свое произведение искусства поплотнее, пряча в его складках улыбку.

Самар принес охапку хрустящих веток для костра, и вскоре среди них запрыгал первый оранжевый огонек, жадно принимая свою добычу. Позже вернулись и Эллиан с Искандером, принесли полные бурдюки воды. Я тут же заняла котелок и принялась колдовать над своим любимым травяным сбором, на который подсели уже, кажется, все.

И вот, удобно устроившись на каком-то примятом валежнике, я сидела, укутавшись в шерстяной плед, и держала в руках корявую, обугленную снаружи кружку, наблюдая, как в черное небо взлетают золотые искры от костра. Они смешивались с мириадами звезд, и на секунду мне показалось, что я снова перенеслась в прошлое, где бабушка рядом, и мы проводим с ней такие же уютные вечера вместе, в тишине и безопасности.