Путь целительницы, или хочу уюта

Глава 32. Заражен или нет?

Замерев на мгновение, мы ловили ртом влажный, тяжелый воздух, пытаясь настроиться на новые испытания. Он пах сырой землей, гниющими листьями и чем-то еще, металлическим и чужим. Наша миссия оказалась куда сложнее, чем можно было предположить, хотя изначально никто не ожидал, что она будет простой.

Мне было страшно. До дрожи в коленках, до тошнотворной тяжести в животе, сжимающей внутренности в ледяной ком. Я влипла во что-то невероятно грандиозное, пугающе загадочное и смертельно опасное. Теперь я понимала: шансы выбраться отсюда живой таяли на глазах, ведь если за всем этим стоят не слепые силы природы, а расчетливый разум людей, то правила игры изменились самым чудовищным образом.

— Пойдем? — Время вышло удивительно быстро, пролетев как одно короткое, прерывистое дыхание. С горестным вздохом, от которого заныла грудь, мне пришлось отстраниться от своих мрачных мыслей и молча кивнуть.

Магические щиты бесшумно погасли, рассеиваясь в воздухе легкой переливающейся дымкой, похожей на кружево из света и теней. Чья-то твердая и надежная рука взяла мою — мои холодные, почти онемевшие пальцы судорожно сжались в ответ — и повела обратно к палатке, укрывшейся в зловещей тени искривленных, будто скорчившихся от боли деревьев. Их ветви, черные и скрюченные, сплетались над головой в зловещий балдахин.

Теперь весь мир казался другим, чужим и враждебным. На зараженных, слоняющихся по городу в своем немом безумии, я смотрела совсем иным взглядом — не со страхом, а с едким, разъедающим душу подозрением, выискивая в их мутных, затянутых пеленой глазах проблески притворства, намерения, скрытого умысла. Да и само место, еще недавно бывшее единственной точкой опоры, теперь дышало обманом, казалось бутафорской декорацией, за которой скрывается нечто иное, чудовищное. «Ненастоящее» — неточное, слабое слово, но другого, чтобы описать это гнетущее чувство, я подобрать не могла.

В палатке на нас обрушился шквал вопросительных взглядов, тяжелых и неотрывных. Мы ушли, не предупредив и не объяснив причин, так что у них было полное право на молчаливый, но оттого не менее тяжелый укор.

— Народ, у нас появились новые сведения, — тут же, без предисловий, начал Принц, отвечая на немой вопрос, витавший в спертом, густом воздухе. Чуть позже он поманил всех в дальний угол палатки, заваленный ящиками с припасами, и с сосредоточенным, окаменевшим лицом воздвиг вокруг нас магические барьеры. Полупрозрачная пелена замерцала в воздухе, отсекая от внешнего мира мерцающим коконом, чтобы никто не мог подсмотреть или подслушать.

— Шон, можешь проверить нас? — пока Принц возился со щитами, я подошла к ученому. Он, не отрываясь, стоял над грубо сколоченным столом, заваленным пробирками и ретортами, и вместе с магом пытался разгадать тайну заразы. Воздух здесь пах травами, химикатами и озоном.

— Думаешь, мы могли заразиться? — он озадаченно посмотрел на меня поверх стекол очков. Глаза у него были уставшие, покрасневшие, очки съехали на кончик носа, на лбу блестели капельки пота, а каштановые кудряшки беспорядочно вились и запутались.

— Хочу исключить такую вероятность, — немного покривив душой, ответила я, чувствуя, как под взглядами остальных у меня по спине пробегают мурашки.

— Ладно, — просто кивнул он, отложив в сторону колбу с мутной жидкостью и взяв новый, чистый набор инструментов. Стекло звякнуло о металл.

Пока он готовился, звякая стеклом и металлом, Эллиан пересказал то, что ему поведала я, а также наши тревожные домыслы. Лица у всех становились все мрачнее.

— То есть, это искусственно созданная болезнь, которую создал ее отец, поместили в воду, и иначе, кроме как противоядием, это не вылечить? — Класен оторвался от своих исследований и теперь скептически, почему-то направляя этот взгляд именно на меня, смотрел на нас. — А еще есть вероятность, что теперь мы сами заражены.

— Да, примерно так, — безрадостно подтвердил Принц, скрестив руки на груди. — Если мы окажемся не заражены, значит, зачинщики — те самые люди из дома.

— А кто именно? — тихо спросил Эрни, до этого молчавший, даже уши поджал от напряжения. — Мы только Раскета знаем, он, видимо, там и главный.

— Думаешь, он? — перевел взгляд на него Логгер, потирая подбородок.

— Я готов. Кто первый? — Шон закончил приготовления и влез в диалог, держа в руках тонкий серебряный скарификатор, сверкнувший в тусклом свете.

— Я, — выдохнула я. Еще одной интриги я бы не пережила, поэтому лучше быть в курсе сразу.

— Возможно, — проводив меня взглядом, полным немой тревоги, ответил Принц. — Доказательств нет, но сидеть сложа руки больше нельзя. Лучше начать что-то делать.

Ученый мне проколол палец и взял каплю крови, ало-красную и почти черную в этом свете, аккуратно капнул на предметное стекло и стал что-то там высматривать, склонившись над окуляром микроскопа. Я с напряжением следила за каждым его движением, затаив дыхание, чувствуя, как стучит сердце где-то в горле, а в висках отдается тяжелый пульс.

— Чисто, — выдал он через минуту, которая показалась вечностью, и отстранился от прибора.

— Фух... — выдохнула я с такой силой, будто несла на плечах тяжеленный груз, и он наконец рухнул на землю. Напряжение чуть отпустило, позволив вздохнуть полной грудью.

— Кто следующий? — Ученый уставился на нас с интересом. Казалось, его все это не пугало. Он не слышал, о чем мы говорили, что ли? Или его пробирочки ему интереснее?

— Он, — бесцеремонно толкнула я Эллиана к ученому. Принц крякнул от моей наглости, но возражать не стал.

— Приступим, — вздохнул Эллиан, протягивая руку.

— Ты пила воду? — спросил меня Логгер, пока Шон работал с Принцем.

— Не помню, но, кажется, нет, не до этого было, — неуверенно ответила я. Я просто не обращала на такое внимание, было не до этого.

— Чист, — снова обрадовал всех Шон, и в палатке повис вздох облегчения, похожий на легкий ветерок.

— Давай, я следующий, — вызвался Логгер и уселся перед ученым.